Бабушка, которая хотела стать деревом - Маша Трауб

сто роз и бриллианты? Мне это уже совсем неприятно. Знаешь, как я радовалась, когда Гиви собрал букет из листьев! Слушай, искал непременно красные. По кустам ползал. Такой букет получился, я чуть не плакала. Зачем мне розы? Мне хочется с Гиви опавшие листья собирать. По парку с ним гулять. Он такой умный. Знает все растения, цветы, так интересно рассказывает. Я не только на свидание сходила, еще и на экскурсию. В нашем возрасте это очень полезно – узнавать новое, память тренировать. У Гиви такая память, что я восхищаюсь. Он с виду не такой, как Тигран. Тот был высокий, стройный, интересный мужчина. А Гиви – он тихий, нежный, неприметный. Но если открывает рот, я в кролика превращаюсь. Он ну точно удав. А я стою и слушаю. И все женщины тоже. Как только Гиви начинает говорить, все замолкают. Все становятся кроликами. Карина, я так тебе скажу. Мужчина должен быть не львом, а удавом. Когда мой дорогой брат умрет, найди себе удава.

– Наира, я рада, что ты счастлива. Ты так красиво рассказываешь про Гиви. Пусть у вас все будет хорошо. Я сама скажу Самвелу, что ты не поедешь на его репетицию. Лучше идите с Гиви в парк, и пусть он собирает тебе букет из опавших листьев, – искренне пожелала Карина, едва сдерживая слезы. – Но скажи, почему ты так не любишь Нину? Как я должна на нее смотреть?

– Я люблю Нину, просто не понимаю, зачем она это сделала. Надеюсь, что не со зла, просто язык очень длинный. Рассказала моему Тиграну, что я с Рустамом на свидание ходила. Хотя и свидания никакого не было. Ты же знаешь, мы с Рустамом с детства знакомы, родители наши дружили, ну мы были как брат и сестра. Но разве людям что докажешь, если решили языки распустить? Тигран тогда от меня отказался. Ну вроде как свою честь показал, что он такой гордый. На самом деле не хотел, конечно, бросать, – ответила Наира.

– Это когда было? Лет пятьдесят назад? – Карина начала массировать виски – голова нестерпимо болела.

– Какая разница? Если бы не Нина, я бы вышла замуж за Тиграна на год раньше. А так мне пришлось ждать. Она украла у меня целый год жизни! Ты не представляешь, как я тогда страдала. Думала, умру от позора. Это сейчас в нашем возрасте год – ничто, уснул и проснулся, а когда ты молодая и еще все вокруг тебе в уши льют, что пора замуж, что опоздаешь… Сама знаешь, как это бывает. Вот я тогда целый год как оплеванная ходила. Все соседки сплетничали, как меня Тигран не хочет замуж брать и почему именно не хочет. Такие причины сочиняли, что лучше бы книги писали – я бы почитала. Ну эти, фантасты! Придумывали такое, что я даже смеяться устала, только удивлялась, откуда у людей столько злости и желчи. Не понимала, зачем они на мне упражняются. Я-то им что плохого сделала? Ничего. Наивная дурочка, ровесница их дочерей. Зачем они про меня так? А если про их дочерей такие же небылицы начнут сочинять, они как себя почувствуют? Хорошо им будет? Те, кто языками чесал, подумали о том, как мои родители страдали? Нет. А зачем? Самое ужасное в сплетнях то, что их услышат родители, дети, друзья. Прежде чем открыть рот, сто раз подумай об этом, я так считаю. Иначе слезы матери, которая слышит разговоры за своей спиной, будут на твоей совести. И не важно, поверила она или нет. Но проплакала несколько вечеров. Как моя мама. А отец так мне и не поверил, и я ему долго не могла это простить. Он считал, раз я дала повод, значит, уже виновата. В чем? Что сходила с другом детства, считай с братом, в кафе? Смеялась, пила вино, танцевала? В этом была виновата? Почему он допустил мысль, что я могла вести себя неподобающе? Разве я давала повод усомниться? Разве хоть когда-то обманула? Нет. Мама плакала, отец молчал.

Уже и Рустам с Тиграном разговаривал, и невесту свою приводил, сто раз сказал, что я для него как сестра, а кто женится на сестре? Тигран верил, но сплетни уже во рты назад не засунешь. Ему тоже тяжело было. Вот и ждал год, когда на кого-нибудь другого соседки переключатся и от нас отстанут. Вроде бы и бросить меня не мог, потому что пообещал моим родителям, что женится. Слово нарушить не имел права – я его невестой давно считалась. И все равно бросил, чтобы честь свою защитить. Чтобы его тряпкой не назвали. Моим родителям он, конечно, все объяснил, поклялся, что все равно на мне женится. А остальное так, для соседок. Я ему всегда была благодарна за терпение. Если бы он на мне не женился, я бы точно замуж не вышла. Кому нужна девушка, которую жених бросил, да еще и сплетни за ней, как фата, тянутся? Может, он и любил меня, не знаю. А может, и нет, только хотел и слово сдержать, и собственную репутацию не опорочить. Или потому, что родители давно за нас все решили, даже в каком доме мы будем жить. Для всех был очень выгодный брак. Мне в приданое – дом и машина, родители Тиграна – тоже люди небедные. Все пришлось продать, когда мы в Москву переезжали. Я никогда не спрашивала, что Тигран чувствовал на самом деле. Сейчас бы спросила, конечно.

Мы с ним были еще слишком молодые, ничего про жизнь не понимали. Зачем нас поженили? А вдруг бы мы не стали мужем и женой, если бы не родственники, которые заставили это сделать? Если бы не обязательства перед семьями? А вдруг бы я нашла другого мужа, а Тигран – другую жену? Почему нас приговорили друг к другу? Тигран мне нравился, он всем нравился, но я его не любила. Не понимала, как это – любить. Замуж, да, очень хотела. Потому что так положено. А Тигран? Он всегда хотел большую семью, много детей. А вышло так, что я его подвела. Его мечта не исполнилась. Значит, не была я ему по судьбе предназначена. И он мне. Чего уж говорить, вспоминать… Но я хотя бы сейчас имею право на счастье. Свое собственное. Не по чьему-то желанию или решению. Гиви меня понимает, чувствует. У него нет своих внуков, поэтому он сразу полюбил Ани. Так с ней играет… Рассказывает про листочки, цветочки. Она слушает. Тигран никогда бы