Бабушка, которая хотела стать деревом - Маша Трауб

Карина ничего не знала про новый участок и не понимала, с чего вдруг Самвел решил потратиться на «будку», как она это называла, в колумбарии, а не на что-то нужное и важное. Каждый вечер хотела поговорить с мужем, но так уставала и так плохо чувствовала себя по вечерам, что откладывала разговор.

Интересно, Самвел станет на нее злиться, что она сорвала его репетицию? Врачи в больнице говорили, что перелеты и волнения для нее сейчас крайне нежелательны. Счастье, что только обморок, а не инсульт или инфаркт, учитывая возраст. Получалось, что она тоже не сможет лететь репетировать похороны мужа. И это Самвел еще не знал про родную сестру, которая решила гулять в парке и собирать кленовые листья с новым возлюбленным, а не лететь на поминки.

– Мама, ты как? – В палате появилась заплаканная Зара. Георгий держал букет цветов.

– Все хорошо, я не помню, что случилось, – призналась Карина. – А с кем Ани?

– Как – с кем? С нами, конечно! Что ты решила устроить? Испортить мне нервы? Ох, всегда так делала! Вот, пей, я тебе нормальный кофе сварила. – В палату ворвалась Наира, выгружая на тумбочку помимо термоса с кофе еще гору контейнеров с едой. Ани побежала к бабушке и залезла на кровать, как делала это всегда. На пороге палаты с букетом стоял Гиви.

– Ох, что вы застыли? – возмутилась Наира. – Гиви, дорогой, это мой зять Георгий. Георгий, это мой дорогой Гиви.

Мужчины пожали друг другу руки.

– А где Самвел? Он улетел? Сегодня должен был… – вспомнила Карина. – Он выбрал себе место, где хочет лежать? Мы все здесь… как он отрепетирует поминки? Как вас всех сюда пустили?

– Ох, дорогая, давай ты сейчас о себе немножко подумаешь! – воскликнула Наира. – Ты нас так напугала! Какое счастье, что здесь работает Жорик. Сын тети Варсеник, которая вышла замуж за Резо. Ты помнишь? Нет? Тетя Варсеник – наша родственница по отцу. Жорик, ты представляешь, он давно уехал в Москву, у него двое детей – Софа и Малхаз, здесь его называют Миша.

– Не помню, – призналась Карина.

– Жорик! Из Батуми! Ну как ты можешь не помнить тетю Варсеник! – возмутилась Наира.

– Варсеник я помню. Очень хорошая женщина, добрая и приятная, – сказала Карина.

– Да, маму все вспоминают добрым словом. – На пороге появился еще один мужчина.

– Ох, дорогой, какое счастье, что мы к тебе попали! – Наира бросилась обнимать врача.

– Вообще-то я травматолог, из другого отделения, – признался тот.

– Какая разница? Ты сегодня ел? Конечно, нет. Вот, поешь, что тетя Наира тебе приготовила. Твоя жена тебя кормит? – Наира открывала контейнеры и выдавала их неожиданно обретенному дальнему родственнику-врачу. Тот послушно ел.

– Ну, наш мальчик, – восхищенно комментировала Наира, – так вкусно ест! Мне так приятно! Гиви, дорогой, ты видишь, как мальчик ест, будто его никто не кормит. Жорик, ты должен меня познакомить со своей женой! Я научу ее готовить так, чтобы тебе было вкусно! Вот, возьми, это детям. – Наира выдала врачу здоровенный контейнер с домашним печеньем. – Дорогой, только скажи, что Карина не умирает!

– Она не умирает, – ответил Жорик, пытаясь прожевать очередной кусок пирога, который подложила ему на тарелку Наира.

– Ох, как хорошо, – всплеснула руками Наира, – мне одного умирающего брата достаточно для нервов. Не хватало еще невестки. Хотя это в стиле Карины – всех перепугать.

– Тетя Наира, ну что вы такое говорите! Мама же не специально! Она тоже перенервничала из-за папы, – встала на защиту матери Зара.

– Да, мой Самвел с детства умел всем нервы делать, – подтвердила Наира. – Жорик, дядя Самвел, мой младший брат, муж Карины, тебе он, получается, тоже родственник.

– А что с ним? Какой диагноз? – спросил строго, как врач, Жорик.

– Ох, никто не знает. Кажется, что-то с головой. Умом тронулся, в общем, – отмахнулась Наира. – Понимаешь, объявил всем, что неизлечимо болен и теперь подбирает себе место на кладбище и репетирует поминки.

– Так он улетел или нет? Зара, ты знаешь, где твой отец? – спросила обеспокоенно Карина.

– Я ему звонила, он не ответил. Телефон отключен, – ответила Зара. – Я о тебе беспокоилась, поэтому папе не перезванивала.

– Значит, точно улетел. В самолете ведь надо отключать телефоны, – заявила Наира.

– Пусть не возвращается с репетиции. Хочет – пусть умирает как хочет и лежит где хочет. Раз бросил меня сейчас, – тихо сказала Карина. – Зара, если твой отец хочет дорогое место на кладбище, а не машину тебе в подарок – я не буду спорить. Если себе новый костюм требует на один вечер, чтобы его сжечь, а не новое платье для Ани, что я могу поделать? Прости меня, дочка. – Карина заплакала.

– Бабушка, не плачь, – пролепетала малышка Ани. – У меня есть платье. Вот какое красивое. – Она показала на свое платье.

Тут, не сдержавшись, заплакала Зара.

– Какой-такой костюм на один вечер? – воскликнула Наира. – Мой брат точно с ума сошел! Карина, что ты позволяешь своему мужу? Нам с Ани очень нужны новые платья! Или моему брату некуда деньги девать? Так скажи ему, чтобы мне отдал, я знаю куда!

– Наира, сама ему скажи, – сказала, вытирая слезы, Карина. – У меня больше сил нет.

– А есть какое-то заключение врачей? Результаты анализов? Я могу показать коллеге, может, он что-то подскажет? – предложил Жорик.

– Дорогой, какое счастье, что мы тебя встретили! Вот, съешь еще печенье, – залепетала Наира. – Ты так похож на свою мать. Варсеник такая душевная была женщина, такая добрая. Даже сплетничать с ней было неинтересно. Только хорошее обо всех говорила.

– Нет заключения и анализов тоже. Потому что Самвел придумал себе болезнь, – призналась Карина. – Не пойму, зачем ему это понадобилось? Хотел в Тбилиси съездить, так кто против? Почему спектакль устроил, а?

Все замолчали, не зная, что сказать.

– Я позвоню Аркаше, узнаю, прилетел папа или нет, – наконец сказала Зара.

– А я позвоню Лоле, – объявила Наира, – если мой брат решил репетировать без нас, я его сама убью, клянусь! У меня свадьба скоро! Его похороны сейчас совсем не вовремя!

– Свадьба? – подал голос Гиви.

– Да, дорогой, свадьба! – подтвердила Наира.

– С кем? – уточнил аккуратно Гиви.

– Гиви, мой дорогой, ну, конечно же, не с тем вдовцом, которого Самвел пригласил для меня на свои поминки!

– Ты ничего