Первая в списке - Магдалена Виткевич

Через некоторое время мимо меня пронеслась бегунья. Черные леггинсы с флюоресцентной розовой отделкой. Розовая куртка. Она неслась прямо к дому, в котором жила Ина. Я присмотрелась к ней. Да, это могла быть она. Правда, в Интернете она выглядела совсем иначе, да и в другой одежде. Внезапно она остановилась и достала из кармана телефон.

– Ина Рыбиньская, слушаю вас, – сказала она, переминаясь с ноги на ногу.

Бинго! Это она. Судьба благоволила мне. Я очень гордилась своим открытием, достала телефон и сделала несколько кадров. Инстинктивно. Сама не знаю зачем.

Я подумала, не подойти ли к ней. Подойду и просто скажу: «Привет, я Карола, а ты первая в списке». Так что ли? А она тоже скажет «привет» или вообще ничего не скажет и пойдет по своим делам. А дальше как?

Мне этот вариант показался идиотским. Жаль, что мама не оставила никаких инструкций, как общаться со всеми этими людьми. А оставила бы – мне бы наверняка было легче сориентироваться.

Пока я сидела у дома на скамейке и читала книгу, до меня дошла разница между Варшавой и городами поменьше – здесь, во всяком случае в этом микрорайоне, царила всеобщая бесчувственность. Вот если бы у нас под домом кто-то читал книгу, рано или поздно к нему кто-нибудь подсел бы, поговорил, просто поинтересовался, почему он так сидит вот уже три часа. В худшем случае какой-нибудь местный выпивоха попросил бы помочь ему парой грошей на пиво. А в Варшаве? Все спешат. И мало того, что на работу несутся запыхавшиеся, так еще и хобби у них такое – тоже бегают.

Мой телефон зазвонил. Это Филипп.

– Вопрос закрыт? – спросил он.

– В принципе да, – констатировала я, решив, что за пару часов было сделано немало, во всяком случае рекогносцировка была основательной. Дело оставалось за малым – составить и реализовать такой план осады, чтобы эта Ина не отвертелась от разговора. – А у тебя?

– Все тип-топ. Еду к тебе. Через полчаса должен быть.

Я посмотрела на часы: шесть вечера. Как быстро пролетело время. Я вышла за ворота «хорошо охраняемого жилого объекта», как убеждали на сайте, и уже там ждала Филиппа.

Пришел вовремя, как и положено деловому человеку, но не в костюме, а в джинсах и толстовке, которая некоторое время назад побывала моей.

– Неужели ты не могла предупредить, что моя любимая толстовка будет пахнуть женскими духами?

– Прости… Я не постирала…

– Да ладно, проехали… В принципе, мне было очень мило и приятно, но, конечно, я вызывал нездоровый интерес.

Я рассмеялась.

– Сестра звонила, – сказал он уже немного серьезнее.

– И?

– Похоже, неплохо отрывается. Черт бы ее побрал.

– Тебя это должно радовать.

– Радует, радует, просто я думал, что она в большой шумной компании, а ей, оказывается, не скучно и вдвоем.

– Ты ей доверяешь?

Филипп недоумевающе посмотрел на меня.

– Она не дура, так что вряд ли сделает что-то такое, о чем могла бы пожалеть. Но ты знаешь, понятие глупости относительно. То, что для одних глупость, для других – хлеб насущный. А он старше ее – вероятно, и в голове у него что-то другое.

– Думаешь, он хочет ее использовать?

– Внешне он человек вполне приличный, даже добрый, – признался Филипп. – Но понимаешь, для меня она всегда будет моей маленькой сестренкой.

Я улыбнулась.

– Здорово, когда у тебя есть старший брат.

– Здорово быть старшим братом, – добавил он, помолчав.

Я рассмеялась.

– Ты, наверное, хочешь поехать через Плаву и заглянуть к ним.

Он был удивлен.

– Откуда ты знаешь, что именно это пришло мне в голову?

– Потому что ты, как Павляк из сериала «Все свои», даже радио готов починить, лишь бы не терять сестру из поля зрения.

Филипп рассмеялся.

В это мгновение зазвонил телефон.

– Привет, братишка, – послышалось из динамика.

– Привет, Ника. Как ты там?

– Отлично, если ты спрашиваешь, как мы проводим время… А ты опять на трассе?

– Да, из Варшавы возвращаюсь. Через минуту могу тебе помахать.

– Всего лишь? А почему бы тебе не навестить нас? – В ее голосе звучал нескрываемый энтузиазм.

– Не хочу вас беспокоить, – сказал Филипп.

Услышав это, я не сдержала улыбки: да неужели!

– Приезжай! В конце концов, один выходной ты можешь себе позволить.

– Ника… я… я не один.

– О!!! Наконец-то! Привези ее сюда быстро!

– Поговорим потом. – Филипп явно чувствовал себя неловко. – Ты на громкой связи.

– Это супер!!! Привет, незнакомка. Мой брат классный парень, хотя, как говорится, долго запрягает…

– Доминика! – оборвал ее Филипп.

– Привет, Доминика, – вклинилась я в разговор. – Я просто… просто автостопом.

– Какая разница. Можете приехать. Автостопщица тоже человек. Я спешу, потому что Арек какой-то массаж заказал. Филипп, мне ведь не придется на этом массаже лежать голышом? Я ведь могу остаться в трусиках?

Разговор вышел на такие детали, что Филипп места себе не находил.

– Можешь, – ответила я за него.

– Ну тогда супер. Ладно, счастливого пути. Мне пора. Пока.

– Пока, – буркнул Филипп и через минуту пожал плечами. – Ну, и как после этого я могу не беспокоиться за нее?

– Не волнуйся. Девушка в трусиках – чего еще тебе от нее надо? – поддела я его.

– Какие же все женщины злые, – серьезно заявил Филипп. – А особенно несовершеннолетние.

*

Мы подъехали к моему дому еще до полуночи.

– Может, зайдешь выпить чаю? – спросила я.

– Вот если бы ты была совершеннолетней, ты могла бы пригласить меня выпить. – Филипп улыбнулся. – Не слишком ли поздний час для чаепития?

– Пойдем, – попросила я его. Мне не хотелось оставаться одной.

Он испытующе посмотрел на меня:

– Хочешь поговорить?

– Нет, просто я не хочу сейчас оставаться одна, – сказала я. – Ну так зайдешь или как?

Филипп кивнул:

– Если на минутку, то да.

Мы сели за стол на кухне. Я приготовила чай.

– Хорошо, что ты пришел.

– Что-то случилось? Разговор с Иной пошел не так?

– Нет. Я с ней не разговаривала. Пока я только наблюдала за ней. Мне придется съездить туда еще раз.

– Предлагаю свои услуги, – улыбнулся он. – В Варшаву я езжу часто. Да и не только туда: если возникнет необходимость, скажи – устроим.

Мы сидели молча. Прядь волос упала мне на лоб. Небрежным движением он откинул ее, погладил меня по щеке. Я закрыла глаза. Он провел пальцем по моим губам. Это было так интимно, загадочно и приятно. Он приблизил ко мне свое лицо. Я чувствовала его дыхание. Он продолжал нежно гладить меня.

Через некоторое время у соседей часы пробили двенадцать раз.

Я открыла глаза. Он