Первая в списке - Магдалена Виткевич

– У меня день рождения, – прошептала я.

– Как это день рождения? – спросил он, пораженный.

– Просто. Мне сегодня восемнадцать. – Я встала и подошла к холодильнику. – Мама полгода назад купила шампанское. На этот случай. Сказала, что в этот день обязательно должно быть шампанское. Неважно, сколько это будет стоить, шампанское в такой день просто обязано быть.

Я достала бутылку из холодильника.

– Выпьешь со мной?

Филипп кивнул:

– Конечно.

Я приготовила бокалы. Филипп взял у меня бутылку, открыл ее и разлил шампанское по бокалам.

– Ты удивила меня этим своим днем рождения… – сказал он. – Я даже не успел придумать, что пожелать тебе… Еще сегодня утром я и представить себе не мог, что в полночь буду сидеть у тебя на кухне и пить с тобой шампанское.

– Я тоже не думала. Я была уверена, что буду пить его одна. Только сейчас понимаю, что не сумела бы его открыть, – пожала я плечами.

– Иногда парень на что-то годится, не так ли? – Он поднял бокал. – Карола… Желаю тебе счастья.

Здоровья. Тебе и всем, кто рядом с тобой. Чтобы твои проблемы быстро разрешились. Чтобы ты, наконец, могла проснуться утром и чувствовать себя совершенно беззаботно. Чтобы тебе не приходилось ни за кем гоняться, ничего утрясать, нервничать. Чтобы ты могла просто жить.

Я заплакала.

– Не плачь, малышка.

Я встала и отвернулась, чтобы скрыть слезы. Мне не хотелось выглядеть плаксой. Через некоторое время я почувствовала, что он стоит за мной. Близко. Вплотную. Я повернулась к нему и оказалась в его объятиях. Я почувствовала себя в полной безопасности, под надежной защитой. Это был не изнеженный, слабый мальчик, с которыми до сих пор мне приходилось иметь дело. Это был сильный, зрелый мужчина. Мы стояли, прижавшись друг к другу. Филипп гладил меня по голове, по спине. Он был таким высоким, что мог целовать мои волосы. Я почувствовала легкое прикосновение его губ на моей голове. Он посадил меня на кухонную тумбочку и взял мое лицо в свои ладони. Некоторое время мы смотрели друг другу в глаза. Филипп как будто колебался. Мои губы непроизвольно приоткрылись. Он понял это как приглашение.

Он коснулся меня своими губами сначала нежно, а потом все настойчивее, даже властно, как будто он долго этого ждал. Я сидела на тумбочке, касаясь его своими ногами, а он осыпал поцелуями мое лицо, шею. Потянулся ладонями к моей блузке. У меня вырвался шумный вздох, положивший конец безумству поцелуев.

– Карола…

Я закрыла ему рот поцелуем. Его руки блуждали по моей спине, животу. Я запустила руки ему под толстовку, которую еще недавно сама носила. Он был теплым, но, в отличие от моего тела, под его кожей можно было ощутить твердые мышцы, игравшие при малейшем его движении.

– Карола… мне надо идти. – Он вдруг отодвинулся от меня. – Я должен уйти отсюда, потому что… в противном случае мы можем наделать такого, о чем оба потом пожалеем. О чем ты будешь жалеть.

– Филипп… останься, пожалуйста…

– Нет, Карола. Я не могу. Потому что мне очень… очень не все равно, что с тобой будет. Я сам пока не понимаю, что между нами… но я не хочу все испортить.

Я покачала головой. Я чувствовала примерно то же самое. Но меня захватила страсть наших поцелуев, и я хотела большего, хотела продолжать дальше, меня тянуло к неизвестности. Мое дыхание участилось, руки задрожали, и я соскочила со столешницы. Филипп наполнил наши бокалы шампанским, протянул мне мой, а свой быстро выпил до дна и тут же наполнил его снова.

Я встала рядом с ним. Мне так хотелось прижаться к нему. Я колебалась какое-то время.

– Иди сюда, малышка, – улыбнулся он.

Так и стояли мы, обнявшись, он гладил мои волосы, целовал их. Я чувствовала, что внутри меня вот-вот начнется извержение вулкана эмоций.

– Мне пора, – прошептал он, поймав мою руку. – Я приду завтра. И послезавтра. И всегда, когда ты захочешь. – И направился к выходу.

Я улыбнулась, почувствовав в себе какую-то странную силу, уверенность. Наверное, как и каждая женщина, на которую мужчина смотрит так.

– Я буду ждать тебя, – сказала я, встала на цыпочки и поцеловала его в губы. Сначала мягко, потом настойчиво и страстно. Он притянул меня к себе. И я снова ощутила его руки под моей блузкой, его губы на моей шее, руки, крепко сжимающие мое тело и потом мягко, мимоходом скользящие по груди. Его мышцы напряглись, он смотрел на меня из-под прищуренных век, как будто сам не верил, что это снова происходит.

– Еще немного, и я действительно не уйду, – он взялся за ручку двери.

– Ну и не уходи. – У меня пересохло в горле от жара, захватившего наши тела.

– Завтра я буду. Спасибо тебе. Спасибо за все.

Он вышел не оборачиваясь. Я подбежала к окну. Он оглянулся, только когда покидал двор. Махнул рукой и послал мне воздушный поцелуй.

Восемнадцатый день рождения. Я чувствовала, что все получится. Потому что теперь я была не одна.

*

На следующий день Филипп пришел, как и обещал. Только я успела встать, принять душ, накинуть короткое вязаное платье, как раздался звонок в дверь. Волосы у меня были мокрые, я только что сняла полотенце.

Сначала я увидела цветы. Из-за букета выглядывал улыбающийся Филипп. В другой руке он держал коробку.

– День рождения без торта не считается. – Поставил коробку на стол, достал из кармана свечи.

Он пытался не смотреть мне в глаза, будто боялся увидеть в них следы того, что произошло накануне ночью.

– Восемнадцать роз! – воскликнула я.[14]

– И восемнадцать свечей, – сказал он. – Всего тебе самого лучшего, малышка. Надеюсь… – Он взял меня за руки и задумался. – Надеюсь, что первые минуты твоей взрослой жизни будут началом чего-то нового, хорошего. Я думал об этом всю ночь. Ты ведь даже младше моей сестры. И что еще вчера я говорил тебе, что это бессмысленно, что у нее какой-то старик…

– Тсс. – Я приложила ладонь к его губам. – Что суждено, тому и быть.

– Ты не жалеешь о вчерашнем вечере?

– Жалею… Жалею, что ты ушел.

– А уж как я об этом пожалел, ты даже не представляешь. Я пошел домой пешком. Лотом побежал. Такой избыток энергии, что не знаешь, куда ее девать…

Я улыбнулась.

– Сегодня возвращаются бабушка с Майкой. Ты не сможешь остаться.

– Успокойся, Каролина, успокойся. Все придет в свое время. Порежь лучше торт.

В его обществе я иногда чувствовала себя маленькой девочкой. И мне от этого было хорошо. В