Одиночество Мередит - Клэр Александер

Я наполнила миску теплой водой и жидким мылом — заодно и вымою все. У меня семь шкафов, так что несколько часов работы мне обеспечено. Принимаясь за дело, я почувствовала, как немного расслабились плечи. Целый день, который нечем заполнить, — это мой личный ад. Но сейчас, по крайней мере, эта проблема решена.

Я переставила миску Фреда на столешницу, чтобы освободить место для содержимого первого ящика, и заметила, что еда в ней нетронута.

Фреда не оказалось ни на пурпурном кресле в гостиной, ни на удобном кресле на верхнем этаже у лестницы, ни под кроватью. Я трижды обошла дом, проверяя все места, где он обычно любит валяться, и даже те, куда он точно не смог бы попасть, например шкаф с одеждой и шкафчик в ванной, — потому что так поступают люди, когда они в отчаянии. Я звала его по имени, пока не начала рыдать так сильно, что уже не в состоянии была произнести ни слова.

В доме его не было. Я широко открыла заднюю дверь и осмотрела свой крошечный двор. Там стоит круглый столик с двумя стульями, когда-то ярко-синими, а теперь выгоревшими и ржавыми. Несколько пустых цветочных горшков, в которых собирается дождевая вода: из них любят пить маленькие птички. Запертый ящик со случайным набором инструментов, который не открывали годами. Фреду негде было спрятаться, некуда попасться в ловушку. Может быть, он перепрыгнул через забор. Я никогда не видела, чтобы он прыгал так высоко, но знала, что кошки на это способны. Он мог перепрыгнуть и быть сейчас где угодно.

Сгорбившись за кухонным столом и обхватив руками голову, я попыталась вспомнить, когда видела его в последний раз. Прокручивала события в обратном порядке, как кинофильм, заставляя себя пережить их заново. Он спал на теплом бетоне, пока мы с Томом сидели у задней двери. Проснулся, когда разбился стакан. Вскочил и побежал, но не в дом. Когда я спустилась вниз, Том уже ушел, осколки были убраны, а задняя дверь закрыта.

Надо позвонить Тому, подумала я. Делать этого не хотелось, но он был единственным, кто мог мне помочь.

Он ответил сразу же:

— Мередит?

— Я звоню не для того, чтобы обсуждать вчерашнее, — быстро сказала я. — Фред пропал. Ты видел его до того, как ушел?

— Не уверен. Как ты себя чувствуешь? Я так волновался.

— Том, пожалуйста. Я потеряла Фреда. Это единственное, что меня беспокоит.

— Хорошо. Дай подумать… По-моему, я его не видел, нет. Во всяком случае, не в доме. Разве он не лежал снаружи? Я не помню, чтобы он после этого приходил. Черт… Я закрыл заднюю дверь. Прости, Мередит. Я не подумал.

— А он не мог незаметно проскользнуть мимо тебя? — Не знаю, зачем я это спросила. Фреда в доме не было.

— Наверное, мог. Может, он где-нибудь прячется?

— Я везде смотрела.

— Мередит, прости. За все.

Я понятия не имела, что ему сказать. Смотрела в кухонное окно, кусала губу. Представлять себе жизнь без Фреда было абсолютно невыносимо.

— Я пойду его поищу.

— Спасибо, — прошептала я.

После двухчасовых экспериментов с расстановкой кухонной утвари я все еще не могла решить, должны ли кружки стоять в левом углу над чайником или в правом рядом с тарелками. Я чувствовала тупую боль в глазах и понятия не имела, который час. Есть не могла: мне казалось, что желудок ссохся до размеров горошины. Вылить предназначенный Фреду суп я тоже не могла, так что он покрылся морщинистой пленкой.

Раздался звонок, и я бросилась к входной двери. Я готовилась к плохим новостям, но при виде Тома с пустыми руками сердце все равно сжалось.

— Мне так жаль, Мередит. Я обошел всю улицу и ближайшие четыре, его нигде нет. Но я уверен, что он вернется. Он же домашний кот.

— Спасибо, что попытался.

Я обвела глазами пространство позади него в надежде заметить рыжий комочек. Голос у меня звучал странно: я не знала, как теперь вести себя с Томом.

— Я оставил свой номер в каждом доме. Но, слушай, я правда думаю, что он вернется. Возможно, он свернул не туда, но он сообразительный, разберется. Соскучится по тебе и захочет вернуться.

— От этой мысли мне еще хуже, — пробормотала я.

— Прости.

Том выглядел так, будто вот-вот заплачет.

— Перестань извиняться, Том. Ты ни в чем не виноват.

Я натянула рукава свитера на ладони. Сегодня похолодало — не самый подходящий день, чтобы выставлять на солнце босые ноги.

— Можно я зайду на пару минут?

— Я устала. Не могу… Я сейчас думаю только о Фреде.

— Я понял. Давай составим план. Повесим несколько объявлений, у тебя есть его фотография?

Я кивнула:

— Я только его и фотографирую.

— Понятно. Пришли мне на почту свежую фотографию, я ее распечатаю, сделаю несколько объявлений. Вернусь завтра, расширю область поиска. Зайду в другие дома. Мы найдем его, Мередит.

— Ты такой хороший, Том.

Он пожал плечами:

— Я действительно думаю, что он вернется. Возможно, он уже сейчас сидит у задней двери.

— Надо пойти проверить.

— Да, но… не сиди на кухне всю ночь, хорошо? Поспи немного. Выглядишь измотанной.

— Дерьмово я выгляжу.

— Измотанной. Послушай, ты ведь знаешь, что можешь поговорить со мной? О чем угодно. Хочешь, скажи, чтобы я отвалил и не лез не в свое дело. Я переживу. Но никогда не прощу себе, если с тобой случится что-то, что я мог бы предотвратить.

— Если я покончу с собой — ты это имеешь в виду?

Я скрестила на груди руки и просунула большой палец правой руки под левую манжету. Потерла покрытую рубцами кожу.

— А ты думаешь об этом? — Том пристально посмотрел мне в глаза. Провел руками по волосам. — Господи, Мередит. Не могу поверить, что мы обсуждаем это у тебя на пороге.

Я смотрела на него в ответ и продолжала тереть руку.

— Думаешь?

— Иногда, — прошептала я.

— Мередит…

Он потянулся ко мне, но я отстранилась. Сказала одними губами «прости» и смотрела в его грустные карие глаза, пока не закрылась дверь. Повернула замок, накинула цепочку и медленно пошла на кухню ждать Фреда.

2015

Я услышала, как что-то щелкнуло. Шаги. Затем Сэди оказалась на коленях, а ее лицо — в нескольких дюймах от моего. Я никогда не видела ее такой серьезной. Она шевелила губами, но я не могла расслышать ни слова. Я попыталась ей улыбнуться, но было странное ощущение, будто мой рот уже и так растянут и не способен вернуться в нормальное состояние. Хотя ничего не казалось