Камбэк - Лили Чу

– Джихун состоит в к-поп группе, – говорю я вслух, пробуя слова на вкус. – По сути, он является частью корейского варианта NSYNC[70].

– Чхве Джихун – исполнитель и автор песен одной из популярнейших поп-групп на земле, – поправляет Алекс. – Он известен как Мин.

– Выходит, он знаменит. – Я нахожу канал, полностью посвященный Джихуну, стильно прогуливающемуся по международным аэропортам. – Селебрити.

– Знаменитый – не то слово, – говорит мой сопровождающий с восторженным придыханием. – Они превосходят по популярности большинство артистов по всему миру. Тебе ведь это известно, не так ли?

– Я этого не знала. Да и откуда мне это знать?

Алекс поворачивается ко мне всем корпусом.

– Ты же не в пещере живешь? – Встречая мой непонимающий взгляд, он вздыхает, очевидно, вспоминая, что во всех вопросах, выходящих за рамки работы, я действительно пещерный человек. – Разве ты не читала материалы, которые я прислал тебе для ознакомления?

– Бегло просмотрела. В конце концов, до официального начала работы с «Хайфен» еще две недели. У меня все по плану!

– Не могу поверить, что ты не узнала его даже без этого, – Алекс сокрушенно качает головой.

– С чего бы мне его узнавать? Ты узнал бы вот так сходу лучшего певца из Норвегии? Египта?

– Я бы узнал, будь они так же знамениты, как StarLune, но мы можем обсудить это позже. Мистер Чхве не преувеличивал, когда сказал, что тебе нельзя возвращаться в свою квартиру.

– Почему нет?

– Их уже встречали такие толпы в аэропортах, некоторые фанаты даже чуть не погибли в давке. К тому же существует потенциальная угроза жизни.

– Прошу прощения? – Я откладываю телефон в сторону, настораживаясь.

– Да, в таком огромном фандоме не обходится без людей с психическими проблемами, и они не слишком обрадуются, узнав, что у Мина из StarLune есть девушка.

Смертельные угрозы – это уж слишком, и в голове не укладывается, поэтому я цепляюсь за факты.

– Я не его девушка. Он – двоюродный брат моей соседки по квартире. Кузен Ханы.

Алекс закатывает глаза:

– Я тебя умоляю! Я видел его лицо, когда он говорил о тебе.

Это приятно волнует меня, но момент не самый подходящий, чтобы насладиться этим ощущением. Я делаю такой глубокий вдох, что на выдохе досчитываю до одиннадцати.

– Послушай, Алекс, все это очень ново для меня, поэтому давай-ка притормозим. Хана, моя соседка по квартире, сказала, что ее двоюродный брат оказался здесь из-за разрыва каких-то личных отношений. Он никогда не представлялся как человек, которому нужна охрана, чтобы зайти в магазин.

Алекс натягивает маску пиарщика, хорошо знакомую мне по совещаниям с его участием.

– Я отвезу тебя к мистеру Чхве в безопасное место. Дальше он все сам объяснит.

– О боже! Моя работа. Что же будет?! – Фирма «Йестерли энд Хавингс» болезненно консервативна, и мне не видать повышения, если вся эта история выплывет наружу.

– Пока все в порядке. О тебе никто не знает. – К моему удивлению, он поворачивается и успокаивающе кладет руку мне на плечо. – Я обещаю, что сделаю все возможное, чтобы твое имя нигде не упоминалось.

– Ты можешь это сделать?

Он водит языком за щекою, думая, как сформулировать ответ.

– В настоящий момент все складывается хорошо.

– Но нет никаких гарантий.

Алекс пожимает плечами:

– В этой жизни не существует стопроцентных гарантий. Поклонники StarLune, хотя и пассионарные, в подавляющем большинстве люди разумные и понимают, что мистер Чхве заслуживает личной жизни.

Я обдумываю это.

– Как ему вообще удавалось передвигаться по городу, прежде чем его узнали сегодня?

– Маски, шляпы, азиат в красивом европейском районе города. Никто не ожидал, что он окажется здесь, и я полагаю, что ему крупно повезло.

– А потом везение закончилось, – говорю я.

Мы сворачиваем на Авеню-роуд.

– Одна из фанаток заметила мистера Чхве в продуктовом магазине, сфотографировала и проследила за ним до самого дома. Обычно фанатская этика предписывает выждать некоторое время, прежде чем публиковать сообщение, чтобы обеспечить кумиру конфиденциальность, но предполагаемое исчезновение мистера Чхве опрокинуло все нормы и правила.

– Вот откуда они знают, где я живу.

– Где он остановился, поскольку о тебе еще не упоминалось, – поправляет он. – К счастью, она не смогла проникнуть внутрь. Еще более удачно то, что вы с ним никогда не выходили из дома вместе, после того как его опознали.

– Тогда между нами нет никакой связи.

– На данный момент нет, но фанаты и репортеры прочесывают ваш район, выясняя, где обитает мистер Чхве. К тому же у твоей соседки такая же фамилия.

– По крайней мере они родственники, так что я буду всего лишь соседкой его кузины.

Он бросает на меня неопределенный взгляд.

– Что? – сердито спрашиваю я.

– Ари, не могу поверить, что говорю это – и, пожалуйста, отнесись к этому как можно профессиональнее, – но люди никогда не подумают, что ты была всего лишь соседкой.

Я хмурюсь:

– Почему это?

Он теребит в руках свой телефон.

– Господи, посмотри в зеркало. Ты не… уродина.

Я чувствую, как жар заливает мое лицо.

– Алекс!

– Это объяснило бы его таинственное исчезновение, особенно если кто-то видел вас вместе. Фанаты ни за что не поверят в такое совпадение: чтобы симпатичная женщина оказалась соседкой его кузины, и между вами ничего не было. Так не бывает. Ты же знаешь природу людей. Такому айдолу, как мистеру Чхве, достаточно засветиться в разговоре с женщиной, как тут же поползут слухи о свидании. – Он качает головой. – Гетеронормативная и навязчивая публика.

Я закрываю лицо руками:

– Этого не может быть.

– О нет, еще как может. Извини, что приходится так все излагать, но ты знаешь характер моей работы. Я смотрю на восприятие. Оптика бывает сильнее реальности, и я делаю то, что лучше для всех вас. – Он выглядит опечаленным. – Это бардак, Ари. Настоящий бардак.

– А где Хана? И те двое других, Кит и Дэхен?

– Все в безопасности и с мистером Чхве.

Звонит его телефон, и я смотрю, как мимо нас проезжает мужчина на велосипеде. Джихун бежал не от бывшей, а спасался от своей жизни мировой знаменитости. Почему? Надоело чувствовать себя связанным по рукам и ногам популярностью? Устал от внимания заискивающей толпы? Я обхватываю голову руками, и тут ко мне возвращается воспоминание. Проблемы на работе. Я-то думала, речь идет о повседневной офисной драме, но на самом деле он говорил о StarLune. Возможно, это его песню мы слышали в машине, а я даже не догадывалась.

Мой разум, как «Ленивая Сьюзен»[71], вращается по кругу,