Не сдавайся! - Сара Тернер

– Да, может, так и сделаю.

– Вот и славно.

Папа снова включает радио, довольный, что помог решить мою проблему. Когда звучит песня Love Me For A Reason, он грозит радио пальцем:

– Ну что за глупости. Boys 2 Life в восьмидесятых еще не существовало! Напишу на них жалобу.

– Это Boyzone.

– Да? А кто же тогда такие Boys 2 Life?

– Никогда таких не было. Ты путаешь Boyzone, Boys II Men и Westlife [17].

– Так и есть! – смеется папа. – А еще были Boyzlife, ирландцы, и «так и есть» я сказал с ирландским акцентом, ты заметила? Твоей сестре нравился тот блондинчик, Киган вроде.

Я картинно хлопаю себя ладонью по лбу и, когда песня заканчивается, переключаю обратно на станцию с песнями восьмидесятых, чтобы остаток пути папа проехал с удовольствием.

Бóльшая часть меня хочет согласиться на предложение родителей и отвезти им детей, чтобы позвать Джори выпить, но еще бóльшая часть знает, что я так не поступлю. Чем дольше мы не видимся, тем острее я понимаю, что «веду себя странно» не только из-за задетой гордости. Веду я себя странно потому, что и чувствую себя странно, а это потому, что у Джори есть девушка. Если мы снова пойдем в паб, не уверена, что смогу сдержаться и ничем не выдать правду. Что я ревную. Ревную к ней. К ним.

Вернувшись, мы заходим в пустой дом, и папа говорит, что пойдет разомнет ноги – поищет маму с Тедом.

– Наверное, твоя мама где-то тут неподалеку, сплетничает. Хочешь, пойдем вместе?

– Нет, спасибо. Лучше ты сам. Скоро увидимся.

На коврике в прихожей я нахожу обернутую в коричневую бумагу небольшую посылку, как-то просунутую через щель для писем. На посылке – мое имя заковыристым почерком. Несу ее на кухню и срываю бумагу.

Внутри – «Джейн Эйр». Книга из библиотеки, в прозрачной пластиковой обложке поверх. Кручу ее в руках. Я не ходила в библиотеку с тех пор, как не вернула им три книги ужастиков для подростков в школе. Мама предоставила мне выбор: отработать штраф, выполняя работы по дому, или никогда больше не брать книги в библиотеке, и в сердцах я выбрала второй вариант, поэтому библиотечная книга с моим именем на упаковке озадачивает еще больше. Среди бумаги, которую я сорвала, нахожу также рукописную заметку на открытке с узором Уильяма Морриса:

«Дорогая Бет,

думаю, идея с книжным клубом отличная, может, вот эта книга подойдет в качестве первой? У меня есть своя, так что, когда автобус от „Заботы о пожилых“ возил нас в город, я взял в библиотеке вторую для Вас. Предлагаю выбрать вечер на следующей неделе, встретимся у Вас. Может, Вы могли бы прислать удобное время в сообщении? Мне не помешает практика в обращении с телефоном. Тем не менее, если Вы сейчас слишком заняты или сомневаетесь, пожалуйста, просто верните мне книгу и забудем об этом. Я понимаю, что у меня больше свободного времени, чем у Вас.

Всего хорошего,

Альберт».

Не знаю почему, но от записки Альберта и библиотечной книги у меня слезы наворачиваются на глаза. Эмми повеселилась бы от души, увидь она меня в слезах над книгой от ее соседа, – и это вскоре после того, как я плакала над его подарком в виде мешочка для прищепок. Тянусь за телефоном и нахожу его в контактах: «Альберт Сосед». Никаких других Альбертов я не знаю, но мне нравится оставлять описания у каждого имени – одна из немногих привычек, унаследованных от мамы, в чьей телефонной книжке встречаются «Тревор Чистильщик водостока» и «Кэрол Жена Пита». Включаю кипятиться чайник и пишу ответ:

«Как насчет среды?»

Через пару минут приходит СМС:

«ПРИВЕТ БЕТ ЭТО АЛЬБЕРТ Я АЖ ПОДПРЫГНУЛ КОГДА ТЕЛЕФОН ПИКНУЛ СРЕДА ОТЛИЧНО ДО ВСТРЕЧИ»

Глава восемнадцатая

Почти сразу же становится очевидно, что Альберт относится к книжному клубу куда серьезнее меня. У меня уже зародились подозрения, когда я увидела его с целой папкой – с блокнотом и материалами из интернета, которые он распечатал во время своего путешествия в библиотеку, – а теперь, когда он предлагает нам сесть за стол, а не на диван, я понимаю, что нужно было прочитать побольше. Открываю бутылку красного вина и наливаю нам обоим по бокалу.

– Это что, бланки заданий? – Перегибаюсь через стол посмотреть, что он достал.

– Скорее, подсказки. Я говорил с Патрицией из библиотеки – она курирует работу с компьютерами для развалин вроде меня, – и она подсказала мне страничку в интернете с идеями для книжного клуба. Все бесплатно! Я заплатил только пять пенсов за бумагу, когда попросил распечатать. Разве не чудесно?

Он передает два листка мне, и его воодушевление так заразно, что я не могу не улыбнуться.

– Так, помню, вы сказали, что еще не дочитали, так что обсудим ту часть, докуда вы добрались. У вас книга под рукой?

– Ой, да. Секунду!

Хватаю ее с разделочного столика, быстренько расправив загнутый уголок пятой странички, чтобы Альберт не понял, что я и первую главу не дочитала. Листаю страницы, изо всех сил стараясь сделать вид, что просто вспоминаю. Будто в школьные годы вернулась.

– Хм-м-м, не помню точно, где остановилась, но Джейн только что приехала в Торнфилд.

Альберт сияет улыбкой. Никогда не видела его таким счастливым, даже когда он возился в саду, подстригая кустики. Хорошо, что я успела проглядеть краткое содержание вечером, когда уложила Теда, а потом сидела на полу у кроватки, пока он не уснул, – и не зря. Саму историю Джейн Эйр я примерно знаю, но только благодаря фильму.

– Так что ж, в таком случае начнем вот с какого вопроса… – Альберт смотрит в свои записи. – Мистер Рочестер говорит Джейн: «Если вы слеплены из иного теста, чем большинство, это не ваша заслуга». Что скажете об этом заявлении?

– Мне кажется, он говорит загадками, – отзываюсь я, но Альберт ждет серьезного ответа. Лучше бы я прочитала книгу, хотя вряд ли бы поняла больше, даже если бы прочитала.

Альберт задумчиво потирает подбородок.

– Все не так просто, согласитесь. Думаю, его потрясла сила характера Джейн. Нужно помнить, что тогда было другое время, старомодные взгляды и ценности. Полагаю, мои представления о том, что допустимо при ухаживании, сильно отличаются от ваших, а мистер