Рождественские тайны - Донна Ванлир

Глория повернулась к ней.

– Ты самый невыносимый человек из тех, с кем мне приходилось вести слежку! Ты можешь дышать как все нормальные люди?

Машина Кристин выехала с парковки на дорогу. Мириам быстро выдохнула, будто вынырнула из воды. Глория схватила ее за запястье и потянула к машине.

Я спешно пересекла задний двор и бросила сумки в сарай. Когда Зак и Хейли вбежали в дом, мое сердце все еще бешено колотилось.

– Моего бойфренда понарошку сегодня не было, – сообщила Хейли. – Он ходил на собеседование.

Я не слушала. Сказала детям переодеться в пижамы, дождалась, пока они включат ночники, и взяла Глорию и Мириам за руки.

– Сегодня мне подбросили модель самолета! – зашептала я. – А еще игру для Зака, набор украшений и набор туфелек принцессы для Хейли.

Они улыбнулись и пожали мне руки.

– Во второй сумке оказались две игрушечных собачки, карточная игра, две кассеты с детскими фильмами и конверт с тремястами долларами!

Я достала конверт из кармана фартука и продемонстрировала Глории и Мириам. У них вытянулись лица. В комнату ворвались дети, и дамы засобирались домой.

– Ну что, чувствуешь дух Рождества? – поинтересовалась Глория, на прощание обнимая Зака.

Он помотал головой.

– Мама сказала, в этом году не будет подарков. А вы его чувствуете?

Глория лучезарно улыбнулась.

– Рождество у меня на кончиках пальцев!

Усевшись в машину, Мириам уставилась на дом.

– Мы же не сошли с ума, верно?

– Смотря кому ты задаешь этот вопрос, – ответила Глория. – Мы ведь не спускали глаз с ее машины!

Мириам повернулась к подруге.

– Тогда как туда подложили подарки?

– Наверное, это произошло, пока мы возились с мусором.

– Ты хочешь сказать, та свинья с пакетами нас просто отвлекала? Специально?

Глория уткнулась лбом в рулевое колесо.

– Больше мы спиной к машине не поворачивались.

– Ну хорошо. Мы выбросили мусор, кто-то подложил подарки в машину Кристин, а потом что, исчез?

Глория пожала плечами.

– Наверное, в мире есть вещи, которые нам знать не положено.

Впервые за все время дамы ехали домой молча.

Глава двенадцатая

В среду утром над дверью цветочного магазинчика зазвенел колокольчик. В дверь зашел Маршалл.

– Доброе утро, Дуайт!

Дуайт вышел из-за стойки и направился к холодильной витрине у противоположной стены.

– Маршалл, это самый красивый букет за все время моей работы. – Дуайт достал из-за стекла вазу с цветами, и Маршалл улыбнулся.

– Вот это да! Красота-то какая!

– Цена у них тоже сногсшибательная, – усмехнулся Дуайт. – Может, тебе лучше присесть?

Маршалл взял у него букет.

– Цена не имеет значения. Не каждому счастливчику выпадает шанс жениться на такой потрясающей женщине, как Линда.

Дуайт вернулся к кассе.

– А мне такое обычно говорят женщины. Может, хоть с третьей женой повезет.

Маршалл осмотрел букет со всех сторон.

– Напомни-ка, что здесь за цветы?

Дуайт указал на каждый:

– Лизиантус, пион, орхидея, роза, ландыш, стефанотис и, конечно, гортензия. Совершенно роскошная! – Он записал покупку и снова посмотрел на друга. – Знаешь, Маршалл, у нас не каждый день продаются букеты по сто сорок долларов за штуку. Ты бы хоть сказал что-нибудь.

– Ну, это потрясающий подарок на годовщину. Просто идеальный. Я бы и вдвое больше заплатил.

– Что ж ты раньше-то не сказал! – воскликнул Дуайт, принимая оплату. – Давай заверну.

– Ну уж нет.

– Пойдешь с ними в магазин? А что, пусть все видят. Попроси кого-нибудь сфотографировать тебя.

Дуайт перетянул букет лентой, отдал Маршаллу и распахнул перед ним дверь, впуская в помещение морозный воздух.

– С годовщиной, Маршалл!

Я повернула ключ зажигания, и мотор опять закряхтел. Понадеявшись, что сегодня утром машина покапризничает и снова заведется, я попробовала еще раз. И еще раз. Безуспешно. Мы с детьми побежали к Долли и позвонили в дверь. Никто не ответил. Хейли нажала на кнопку звонка повторно, а я заглянула в окошко на двери. Свет не горел.

– Так, бежим обратно домой, – скомандовала я.

Зак открыл дверь, и я схватила телефон, чтобы позвонить на работу. Трубку снял Крейг.

– У меня машина не заводится, приеду на автобусе, – сообщила я.

– Ура, мы едем на автобусе! – обрадовалась Хейли.

Я намотала детям на шею шарфы и поглубже натянула шапки, потому что до остановки пешком целых пятнадцать минут. Пока мы дошли до перекрестка, у меня замерзли ноги. Для того чтобы перейти на другую сторону улицы, пришлось постоять на пешеходном переходе, и я втягивала голову, прячась от ветра.

– Гляди, Джейсон! – воскликнула Хейли.

К остановке подъезжал автобус, так что я взяла дочку за руку, чтобы перевести через дорогу, как только загорится пешеходный «зеленый».

– Зак, смотри! – Хейли помахала рукой проезжающей машине, которую я не успела разглядеть.

– Мам, это был мой парень понарошку! Он сегодня вернулся.

– Наверное, едет в центр Глории, – предположила я, пока мы переходили дорогу.

Мы успели на автобус, и Хейли потянула меня к сиденьям напротив пожилого мужчины с букетом цветов.

Я пошевелила пальцами ног, чтобы хоть как-то согреться, и откинула голову на подголовник, уставившись в окно. Неужели еще и машина сломалась? Как же мне оплатить ремонт, счета из больницы за осмотр Хейли и арендную плату за жилье? Я закрыла глаза, чтобы не заплакать.

– Какие красивые! – произнесла Хейли.

– Спасибо, – поблагодарил пожилой мужчина.

– Моя мама любит такие цветы.

Открыв глаза, я увидела, что Хейли указывает на гортензию.

– Моя жена тоже, – ответил он.

– Это для нее? – спросила Хейли.

– Да. У нас сегодня годовщина.

– Поздравляю! – сказала я. – И сколько лет вы вместе?

– Сорок четыре года.

– Вот это да! Так давно, что моей мамы еще на свете не было! – воскликнула Хейли.

Мужчина рассмеялся, а я сжала коленку дочери, намекая, что некрасиво приставать с расспросами. Она проигнорировала и задала новый вопрос:

– А дети у вас есть?

– Трое. Я всегда считал свою жену красавицей, но после рождения детей она стала еще красивее.

– Почему? – спросила Хейли.

Мужчина пожал плечами.

– Знаешь, говорят, материнство красит женщину. – Тут он посмотрел на меня и улыбнулся.

– И какая она, ваша жена?

Он наклонился поближе.

– Не в обиду твоей маме, но моя жена самая красивая на свете. У нее голубые глаза, а волосы в молодости были черные, как смоль. Конечно, со временем у нее появилась седина, но я считаю, что в каждом возрасте есть своя прелесть. Ей, правда, седые волосы не нравились. И морщины тоже, но я считаю, они только добавляли ей очарования.

Я смотрела на него и не могла представить, что можно так долго кого-то любить. Не могла представить рядом с собой мужчину, который после стольких лет был все так же влюблен