Планы на лето - Ася Лавринович

– Да не из-за меня! – отмахнулась Соня. – А к Антону мы поедем вместе. И не обсуждается.

– Еще чего? Но тебя и туда не приглашали, – напомнила я.

– А как я тебя отпущу одну? – не отступала Соня.

– Да я особо и не собиралась… – призналась я, но Аверина уже загорелась идеей утереть нос Вовке и посмотреть, чья вечеринка круче.

– Это получается, им можно отжигать с Оленькой и Мартой, а нам дома сидеть и у окошка их ждать?

Я вспомнила, с каким безразличием Матвей сидел в кресле и даже не посмотрел в мою сторону. Постепенно я заразилась настроем Сони. Действительно, почему мы должны ждать их дома?

Я написала Давиду и приняла его приглашение. В конце концов, с Соней не так скучно ехать. Мы решили, что в любое время сможем оттуда свалить.

Дождь на время прекратился, хотя нарастающие раскаты грома вдалеке по-прежнему слышались. За нами приехал Давид вместе со своим другом, представившимся нам Женьком. Соня тут же завела с ним непринужденную беседу.

Мы с Давидом расположились на заднем сиденье. Перов сразу взял меня за руку.

– Я рад, что ты передумала и приняла приглашение. Мои друзья будут рады видеть тебя.

Не знаю, насколько это правда, потому как друзей Давида мне так и не удалось расположить к себе. Я была в их компании несколько раз и все время чувствовала себя неуютно.

Оставшийся путь мы с Давидом преимущественно молчали, в то время как Соня с Женьком бурно обсуждали недавно вышедший сериал. Антон жил в небольшом коттеджном поселке с закрытой территорией. Дом стоял в самом конце улицы с красивыми каменными постройками и потемневшими после грозы крышами. Через забор свешивался мокрый куст сирени. Давид открыл кованую калитку и пропустил нас вперед. По ухоженному огромному участку разносились басы. Компания незнакомых парней и девушек расположилась под навесом.

– Наш правильный мальчик Давид пришел с будущей невестой! – пошутил кто-то, и остальные громко рассмеялись. – Представь нам свою девушку…

Давид немного замешкался и все-таки представил меня. Я кивала всем, чувствуя себя не в своей тарелке из-за чужого внимания. Из нашей школы здесь были Перов и еще один парень, тоже одноклассник Матвея. Остальные ребята оказались гораздо старше. Соня, в отличие от меня, сразу влилась в компанию. Уже успела усесться с Женьком на качели и, хохоча, продолжила разговор. Видел бы Аверину сейчас Вова, у него бы точно сразу крышу сорвало. Пусть Соня ревнует и надумывает себе что-то, я брата отлично знаю: к Авериной он относится серьезно и никогда не завел бы отношения на стороне. Я уже решила, что зря мы сюда приехали. Дурацкая затея. Вова и Соня поссорятся теперь еще сильнее, а крайней точно останусь я – «затащившая» Аверину в чужую компанию.

Пока я подумывала вызвать такси, Давид взял меня за руку и повел в глубь участка. В руках у него был стакан пива, запах которого я не выносила, но ничего про это Перову не сказала.

В конце красивого зеленого сада находилась белая беседка. Музыка здесь звучала намного глуше. Нас обступили деревья, которые шумели на ветру. Небо по-прежнему оставалась грозовым. Вдалеке над лесом сверкнула зеленоватая молния, а через пару секунд послышался раскат грома.

В беседке я обнаружила раскрытую коробку с пиццей и напитки.

– Это кто-то оставил? – спросила я.

– Это для нас с тобой, – улыбнулся Давид. – Примирительное свидание. Я предупредил пацанов, чтобы нам никто не мешал.

И снова рядом с нами раздался удар грома.

Давид первым сел на скамейку с мягкими подушками и потянулся за пиццей. Я, поколебавшись немного, все-таки присела рядом. Мы молчали. Давид потягивал пиво, а я уставилась в свинцовое небо. Между нами явно возникла неловкость, но Давид делал вид, что все хорошо. Как и всегда, уверен в своей неотразимости и привлекательности. Когда порывистый грозовой ветер растрепал мои волосы, Перов протянул руку и поправил прядь, убрав ее за ухо.

– Даже не верится, что для меня школа закончилась, – сказал Давид, откусывая кусок пиццы. Я пока к еде не притрагивалась. – Сдам экзамены и наконец свалю отсюда.

– Будешь учиться в Москве? – спросила я.

– Я посвящу себя музыке, – важно сказал Давид. – В Москве больше связей и перспектив.

Только сейчас я поняла, что мы ни разу не обсуждали наше совместное будущее. Или хотя бы планы на это лето, а уже почти месяц считались парой.

– Хорошо, что у меня еще целый год, потому что я так и не определилась, чем хочу заниматься, – сказала я, чтобы поддержать беседу.

– А на каникулы какие планы?

Я неопределенно пожала плечами.

– Может, к родителям поеду. По крайней мере, хотелось бы провести лето с семьей.

– Ох, черт! – покачал головой Давид. – Неужели мы с тобой летом расстанемся?

Я не понимала, есть ли в его голосе сожаление, но на всякий случай сказала:

– Но у нас ведь друг перед другом нет никаких обязательств?

Давид как-то странно на меня посмотрел и широко улыбнулся.

– Точно. Сейчас мы оба просто нравимся друг другу, и нам не нужно клясться друг другу в вечной любви. Мне это нравится.

Я кивнула. По крыше забарабанили первые хлесткие капли дождя.

– А ты почему не ешь? – Давид пододвинул мне коробку с пиццей. – Хочешь, я тебя покормлю?

Я почувствовала себя очень глупо, но все-таки откусила пиццу, которую протянул мне Перов. Дождь зашелестел в листве, стало еще сумрачнее, и на территории зажглись фонари. Гром расколол небо, и со стороны дома послышался женский визг. Интересно, чем занята Соня? Почему-то перед глазами тут же всплыла картинка со свадьбы, когда мы танцевали под дождем.

Из-за ливня в беседке стало холоднее. Давид заметил, что я дрожу, и предложил:

– Может, зайдем в дом?

– Да, я, пожалуй, погрелась бы.

Перов уже успел выпить пару бокалов пива. Не знаю, сколько он пригубил до этого, но со скамейки он встал, слегка покачнувшись. Взял меня за руку и повел в дом. Участок уже опустел: все перебрались в тепло. Дождь хлестал по зеленому ухоженному газону, на котором валялись бутылки и коробки из-под пиццы. В доме было шумно и многолюдно. В коридоре в хаотичном порядке стояло несколько пар обуви. Из большой комнаты доносилась музыка, громкие голоса, женский смех.

– А где здесь туалет? – спросила я на ухо у Давида, случайно коснувшись губами его мочки. Наши взгляды встретились, и в полутьме глаза Перова показались стеклянными.

– Я тебя провожу.

Поднялись на второй этаж, и Давид толкнул одну из дверей. Я заглянула внутрь