Планы на лето - Ася Лавринович

– Спасибо, – тихо сказала я, – знаю, что ты беспокоишься.

– Ну вот и все, – смущенно буркнул Вова, и мы продолжили путь к подъезду.

В лифте мы ехали молча, но я не переставала с интересом рассматривать лицо брата.

– Что? – нервно спросил Вова, заметив, что я не свожу с него взгляд.

– Значит, Матвей относится ко мне серьезно?

Вова засмеялся и уже привычно меня обозвал:

– Какая же ты, Катька, все-таки дура!

* * *

По школьному двору эхом разносились слова директора. Я услышала их еще издалека и прибавила шаг. Дина уже была на линейке и бомбила меня сообщениями. Я забежала на территорию школы и тут же увидела одиннадцатиклассников – нарядных, взволнованных и счастливых. Главное, что я не пропустила школьный вальс, очень уж хотелось посмотреть на танец Вовы и Сони. Они долго репетировали у нас дома, и я покатывалась со смеху, глядя на Вовкины пируэты. Брат тот еще танцор, но ради Сони согласился вальсировать.

Десятые классы стояли чуть в стороне. Я пробралась сквозь толпу и отыскала Динку.

– Много пропустила? – запыхавшись, спросила я.

– Не-а, только Анна Антоновна слезы лила и шмыгала в микрофон, – сообщила Дина, кивнув на нашего завуча. – Ой, Кать, какая ты красивая сегодня!

Динка смотрела на меня во все глаза, а я лишь смущенно улыбалась. Да, собственно, из-за этого я и опоздала – долго прихорашивалась. Я поискала среди выпускников Матвея, но не увидела, зато встретилась взглядом с Давидом. Мы не виделись с того злополучного вечера. Давид тут же отвернулся.

– А где Матвей? – спросила я у Динки.

– Мальцев? – удивилась подруга. – Наверное, тоже к вальсу готовится. Ему еще первоклашку доверили, которая будет последний звонок давать.

– А как же Перов?

Дина хихикнула, прикрыв рот ладонью.

– А ты не знаешь?

– Не знаю что? – не поняла я.

– Ах да, ты же все пропустила…

– Да что такое?

– Шшш, – словно нарочно зашипела Динка, – вальс начинается!

Я завертела головой, высматривая начало танца, а Дина, все-таки сжалившись надо мной, склонилась и зашептала:

– Перова отстранили – за неподобающий внешний вид. Он всех первоклашек распугал. Потом сама увидишь…

Первоклассники вышли на сцену и торжественно дали клятву в стихах выпускникам. Я тут же разглядела среди родителей маму. Она стояла рядом с Авериными-старшими и аккуратно промакивала глаза бумажным платочком.

Грянула музыка, и наконец начался школьный вальс. Зря я смеялась над Вовой. Он классно держался и бережно вел в танце Соню. А Матвею в партнерши досталась маленькая первоклашка, в паре с которой он смотрелся очень трогательно. И это хорошо, потому что в другом случае в меня вселилась бы Аверина и я сгорела от ревности.

Я не могла налюбоваться, рассматривая вальсирующего Матвея. Высокий, стройный и очень красивый. И как же ему идет строгий костюм! Похожие чувства я испытывала, когда впервые увидела Мальцева на сцене. Меня снова переполнила нежность.

Динка пихнула меня локтем, я оторвала взгляд от Матвея и посмотрела на нее, не в силах сдержать счастливую улыбку.

Потом звучали напутственные слова, благодарности, песни, слезы… После линейки я искренне поздравила Вову и Соню. Мама вручила брату букет и разревелась. Растерявшийся Вовка крепко ее обнял. Смутившись, я отошла в сторону и столкнулась с Матвеем.

– Вот и все, – сказала я ему вместо приветствия и улыбнулась.

– Все, – согласился Матвей. Мы стояли посреди залитого солнцем школьного сквера. А вокруг плакали, смеялись и обнимались выпускники.

– В школе больше не будем видеться.

– И все лето – тоже, – добавил Матвей. И мне показалось, что в голосе его прозвучало сожаление.

– И все лето, – теперь повторила я, понимая, что на самом деле совсем скоро уеду на другой континент и несколько месяцев не увижу Матвея.

– Кать, я тебе еще давно хотел сказать… – начал Мальцев, но я вдруг, поддавшись эмоциям, крепко его обняла и, привстав на носочки, шепнула:

– Поздравляю!

Скорее всего, мы простояли, обнявшись, намного дольше положенного. Но мне так сильно хотелось к нему прикоснуться… Когда я выпустила Матвея из объятий, заметила, как на нас пялится Перов. Одарив нас злым взглядом, Давид отошел к друзьям, а к нам тут же подлетела Соня.

После торжественной линейки выпускники вместе с родителями собирались на банкет.

– Кать, я с тобой не смогу домой пойти. Там за мной мама приехала, на дачу зовет, – подойдя ко мне, сообщила Динка.

Проговорила она это так жалобно, что мне стало смешно.

– Конечно, – улыбнулась я.

Дина перевела взгляд на мою маму, которая, не переставая, обнимала смущенного Вову. Возможно, подруга решила, что я чувствовала себя в эту минуту покинутой.

– Физический труд помогает справиться с душевной болью, – криво усмехнулась Динка. Дачу подруга терпеть не могла, но мама каждое лето увозила ее трудиться на грядках. Хотя в словах Дины была и истина, ведь она всеми силами пыталась забыть предательство своего парня. С того самого дня, когда мы увидели Виташа с другой, Дина вычеркнула его из жизни и, безусловно, до сих пор сильно переживала.

– А я прогуляюсь, – сказала я, – музыку послушаю. На улице настоящее лето.

Попрощавшись с Диной, я завернула за угол школы, воткнула наушники, и только включила плейлист, как кто-то взял меня за локоть. От неожиданности я вздрогнула, обернулась и увидела Давида. Перов мне искусственно улыбнулся.

– Что тебе надо? – громко спросила я и лишь потом вытащила наушники.

– Ты теперь с Мальцевым? – спросил Давид. Дикция у него была какая-то странная. Я поначалу даже не разобрала, чего он от меня хочет. – Быстро же ты.

– Тебе какое дело? – нахмурившись, спросила я. Уже хотела обратно воткнуть наушники и развернуться, когда Перов вдруг злобно усмехнулся.

– Хочу понять, за что он сделал со мной вот это… – Давид снова растянул губы в улыбке, на сей раз продемонстрировав зубы, и я поняла причину, по которой его отстранили от последнего звонка. «Неподобающий вид» – выбитый передний зуб. Я даже не думала, что его отсутствие может настолько изменить внешность, по крайней мере Перова. Не сдержавшись, я вдруг нервно рассмеялась.

– Что ты ржешь? – еще больше оскалился Давид. – Ты понимаешь, что у меня все по дням расписано? Интервью, выступления, экзамены, выпускной, в конце концов…

– Ну, к выпускному еще успеешь зуб вставить, – подбодрила я Перова, но тот не оценил мою поддержку.

– Мальцев мне еще за это заплатит, – зло проговорил Давид, – или заяву напишу, или подловим его в темном переулке, он костей не соберет.

– Заяву не ты один можешь написать, – сказала я.

Давид как-то затравленно на меня