Проект 9:09 - Марк Х. Парсонс

Идти на вечеринку мне совсем не хотелось, но не рассказывать же всем о причине, поэтому я просто пожал плечами и поинтересовался:

– А тот скелет-бармен снова появится?

София откинулась на угол дивана и посмотрела на меня.

– А это будет хорошо или плохо?

– Oh, es muy bueno![21]

– Отлично, потому что уж он-то такую вечеринку точно не пропустит. Это мой двоюродный брат Роберто, с ним не соскучишься.

– Здорово. Он мне очень понравился. – Я встал и посмотрел на Олли. – Ты готова? У меня еще есть дела.

Сначала мы ехали молча, но потом я все же не выдержал.

– Послушай, я тебя выручил: согласился составить компанию, чтобы вы с Сетом пообщались. А ты мне свидания устраиваешь!

– По-моему, именно это тебе и требовалось.

– В таком случае я мог бы пригласить Кеннеди. Почти уверен, что она бы пришла.

Олли посмотрела на меня с удивлением.

– Тайны хранить умеешь? – спросил я.

Она кивнула.

– Я серьезно, не вздумай разболтать вашей компашке модниц.

Олли снова кивнула.

– В пятницу вечером мы с Кеннеди пили кофе. И она со мной заигрывала.

– Да ладно! – изумилась Олли.

– Хотела, чтобы я сделал ей новое портфолио. Ну… помимо прочего. – Я помолчал. – Но мы разговорились. И знаешь что? Со стороны кажется, будто у нее все прекрасно, но на самом деле и у Кеннеди жизнь не сахар, не лучше нашей. Вот ни капельки.

– Ясно… – Олли склонила голову набок с явным сочувствием, хотя и не была горячей поклонницей Кеннеди Брукс. А потом покосилась на заднее сиденье. – Однако, раз она сегодня не с нами, надо полагать, ты дал ей от ворот поворот?

Я кивнул.

– Не пойми меня неправильно, но, просто интересно, почему?

– Помнишь, как мы поехали в «Такос де Энсенада» после вечеринки на День мертвых? Когда ты прочитала мне лекцию о хитроумных уловках коварных женщин.

– Помню. Ты бросил самую клевую девчонку в школе, чтобы спасти свою любящую сестру от огненной смерти за рулем машины Сета. – Олли выглядела виноватой. – За это, кстати, я тебе действительно благодарна.

– В таком случае прекрати меня сватать!

Она пропустила мои слова мимо ушей.

– В прошлую пятницу я сидела дома, в полной безопасности. Так почему ты снова ей отказал?

Я пожал плечами:

– Возможно, усвоил урок? Проникся мудростью твоих предостережений?

– Возможно. – Она глянула на меня. – Но что-то сомневаюсь.

Глава 27

Хотя, вероятно, существует область, в которой фотография не может сказать нам больше того, что мы видим своими глазами, есть и другая – в которой фотография показывает, как мало мы способны увидеть глазами.

Доротея Ланж

Я ОТВЕЗ ОЛЛИ ДОМОЙ, СХВАТИЛ СУМКУ С КАМЕРОЙ и пошел на угол. Ничего потрясающего не случилось, но я уже усвоил, что самый большой секрет хороших фоток – просто вытаскивать себя на место, вечер за вечером, и тогда, если нечто потрясающее вдруг появится перед вами, вы не упустите его, слоняясь по дому и залипая в интернете.

Закончив съемку, я пошел в кофейню и довольно долго там сидел. По той же причине.

А позднее вечером, сделав уроки, открыл свой сайт. Вопреки ожиданиям, я так и не привык к тому, насколько он стал популярен, и каждый раз слегка удивлялся статистике. На самом деле сайт уже жил сам по себе. Несколько десятков человек начали собственные «Проекты 9:09» и выкладывали свои работы, в том числе и дедушка восьмидесяти шести лет, который большую часть времени проводил в кровати из-за артрита. Его территория съемок ограничивалась видом на центр Бруклина из квартиры на третьем этаже, откуда он запечатлевал уличную жизнь на участке тротуара длиной в сто шагов – в память о жене, Джессике, с которой прожил шестьдесят лет, прежде чем та умерла от рака. И фотки у него получались сногсшибательные. Не сочтите за сантименты, но именно такие вещи и заставляли меня радоваться тому, что я вообще решил сделать этот сайт.

Кстати, ко мне обратилась редактор городского еженедельника «Ви Джи Вангард». Она как-то узнала о моем сайте и фотографиях и написала, что они были бы рады напечатать обо мне небольшую статью, типа «местный фотограф творит добро». Круто. Я ожидал, что мы просто поболтаем по электронке или еще как, но ей захотелось увидеть мой проект в действии.

На следующий вечер она встретила меня на углу незадолго до 9:09, а потом по большей части просто стояла поблизости, наблюдая, как я фотографировал трех женщин, шагавших к своей машине после похода в артхаусный кинотеатр на соседней улице. Я спросил, что они думают о фильме, и, пока те делились впечатлениями, мне удалось поймать несколько удачных кадров.

Потом мы пошли в «Финч», взяли кофе, и она порасспрашивала меня о сайте и моем увлечении фотографией: почему я этим занялся, как начинал, чего хочу добиться. Когда мы закончили, уже я принялся задавать вопросы – о ее методе работы. Так как заметил, что она не использует диктофон, а делает кучу заметок от руки. Женщина объяснила, как обычно подходит к написанию статей для «Ви Джи», и я очень пожалел, что с нами не было Асси: она бы тоже наверняка с удовольствием послушала.

Перед уходом редактор попросила меня отправить ей «несколько моих лучших снимков», и я пообещал сделать это как можно скорее.

В голове было несколько вариантов, но, вернувшись домой, я понял, что уже принял решение. Загрузил фотку и написал сообщение:

Еще раз спасибо, что нашли время на интервью. Отправляю вам снимок в высоком разрешении. Он, на мой взгляд, лучше всего выражает то, к чему я стремлюсь.

Я подумал еще немного, добавил к фотографии название и нажал на кнопку «Отправить».

Это все было замечательно, но в школе-то ничего не поменялось. Асси вела себя так же, как в первое время нашего знакомства: тихая, вежливая, если к ней обратиться, – и совершенно равнодушная. Словно я вообще пустое место.

Я пытался с ней поговорить. Например, за обедом спросил, когда можно будет почитать новые главы из ее книги. И что она мне ответила? Пожала плечами и сказала: «Понятия не имею. Дам тебе знать, если вообще закончу».

Когда Асси собралась уходить, я попробовал перевести все в шутку и назвал ее миледи. Она резко обернулась:

– Чего тебе надо?

– Да я же просто пошутил, и…

Она подняла руку, прервав мои объяснения:

– Нет. Я имею в виду, чего ты, черт возьми, хочешь?

Я? Чего я хочу? Ну… Как насчет «перестать чувствовать себя хреново»? «Чтобы все снова стало как прежде»? Может, «прекратить ходить как в воду опущенный»?

Но прежде чем я успел связать два слова и выговорить их вслух, она ушла, жутко раздраженная.

– Я требую возврата денег, – сказал я Сету. – Ты не такой хороший волшебник, как я думал.

– В каком смысле? У тебя проблемы с сайтом?

– Нет, с ним все отлично… насколько я понимаю, – честно говоря, сайт меня мало волновал. Я склонил голову в сторону Асси, сидевшей за дальним концом соседнего столика. – Я о другом. Ты предсказал полгода хождений кругами, прежде чем мы сойдемся.

– А. Так то был свами Сет, а не волшебник Сет. Волшебник из меня куда круче, чем свами.

– Это точно. Потому что все, похоже, закончилось, так и не успев начаться.

– Ой… И как ты?

– Если серьезно, то фигово. Ни черта не понимаю. Между нами никогда ничего не было. Тогда почему меня так колбасит из-за того, что между нами ничего нет?

– Не знаю. Правила логики вряд ли применимы к отношениям.

– И не говори… Кстати, тут еще вот какая странная фигня приключилась…

Я рассказал ему о Кеннеди и нашем с ней разговоре в кофейне – в том числе о предложении провести «гламурную фотосессию» и о том, как я ей дал от ворот поворот.

– И теперь она тебя на дух не переносит? – предположил Сет.

– Я бы тоже так решил, но в этом-то и странность. Она со мной очень приветлива. Не так, чтобы прямо бросаться на меня, просто приветлива, по-нормальному. Как будто мы приятели или типа того.

– Послушай, я, конечно, в отличие от твоей сестры, в таких делах мало понимаю, но сдается мне, это уже не «коварная девчонка морочит тебе голову». Возможно, ты ей и правда нравишься.

Я фыркнул:

– Или Кеннеди нравится то, что, по ее мнению, я могу для нее сделать.

– Может,