Детектив с одесского Привоза - Леонид Иванович Дениско

— Итак, подведем некоторые итоги, — сказал Дунаев и начал излагать факты.

В двадцать часов пятьдесят минут дежурный по городскому отделению милиции поднял телефонную трубку, и она взорвалась отчаянным мужским криком:

«Милиция? Немедленно приезжайте! Из-под двери течет кровь».

«Куда приезжать?» — спросил дежурный.

Назвав адрес, звонивший добавил:

«Ищите девушку с модной прической, волосы темные, одета в зеленое пальто».

«А почему именно ее вы подозреваете? И кто вы?» — поинтересовался дежурный.

В трубке послышались гудки.

Передав это сообщение в Приморское районное отделение милиции, дежурный сказал: тому, кто звонил, судя по голосу, лет тридцать, он воспользовался телефоном-автоматом, в трубке был слышен шум трамвая.

Выехав по указанному адресу, эксперт-криминалист Трибрат установил, что преступник отмычкой не пользовался, двухстворчатую входную дверь квартиры Тищенко он открыл с помощью «фомки» сложной конфигурации: отогнул верхний и нижний шпингалеты, потом отжал половинку двери.

— Дальше все, очевидно, происходило так, — начал размышлять вслух Дунаев. — Приехала мать, позвонила, вставила ключ в замочную скважину, стала звать Петра, то есть дала преступнику информацию о себе. Быстро сориентировавшись, он снял цепочку, на пороге ударил чем-то по голове женщину, втащил ее в прихожую, а сам удрал. Прихватил ли что-нибудь с собой, нам пока неизвестно. Дверь аккуратно закрыл на средний замок. Раньше, когда пробрался в квартиру, «утопил» язычки замков, кроме среднего. Выпрямил шпингалеты — защелка среднего сработала, и на всякий случай повесил дверную цепочку.

— Правильно, — кивнул Трибрат. — Оставлять дверь открытой — рискованно. Кто-то мог помешать собирать и паковать вещи. Хуже всего для нас то, что непрошеный гость механика Тищенко не оставил в квартире следов. Если не считать те, по которым я определил конфигурацию «фомки». В следственной практике одесского уголовного розыска впервые фиксируется такой способ взлома входной двери. Я не ошибаюсь, можете не сомневаться. Так что не надо думать о том, что «почерк» поможет нам обнаружить личность преступника. Его просто так не возьмешь, подбираться придется с другой стороны. Видать, преступник с головой...

— Действовал в критической ситуации, но не растерялся, — вставил Дунаев. — Чует мое сердце, мороки с ним будет до черта. А может, это она?

— Действовал мужчина. У меня сомнений нет, — уверенно сказал Трибрат.

— Доказательства? — спросил Дунаев. — Врач утверждал, что старушку могла ударить и женщина. Тот, кто позвонил дежурному, тоже советовал искать девушку.

Трибрат облизал губы — была у него такая привычка, — помолчал, потом ответил спокойно.

— Чтобы отогнуть шпингалеты «фомкой», надо иметь немалую силу. К тому же я еле дотянулся до верха двери. Выходит, преступник не ниже меня. А что касается роста, то, как видите, бог меня не обидел.

— С этим, высоким, могла быть и женщина или девушка, — после небольшой паузы сказал Дунаев. — И именно она чем-то вызвала подозрение и того, кто звонил в милицию. Кто звонил? Его надо найти! Что-то мешает ему назвать себя. Вряд ли это был квартирный вор. Если здесь вообще замышлялось такое преступление. Мог забраться в квартиру кто-то из знакомых той девушки, ждал хозяина, чтобы отомстить. И вдруг откуда ни возьмись мать Тищенко... Преступник не стал бы звонить в милицию, ему хорошо известно: чем скорее мы приедем, тем быстрее выйдем на него. А ему это ни к чему, ведь на нем висит нападение на женщину, и он не знает, осталась ли она живой. Задерживаться в квартире опасно, поэтому затянул жертву в прихожую, закрыл дверь и сразу же дал деру. Следовательно, высокий мужчина — раз. Девушка с модной прической, волосы темные, зеленое пальто — два. Тот, кто вызывал милицию по телефону, ему лет тридцать, как считает дежурный, — три. И, возможно, еще и четыре: кто-то вступил в лужу крови, оставил отпечатки следов на полу и ступеньках. Это — не преступник. Во-первых, он не стал бы ждать — пока кровь вытечет из прихожей на лестничную площадку, минут пятнадцать прошло бы. Да и вообще преступник не допустил бы, чтобы кровь увидели за входной дверью. Наконец, он попросту обошел бы лужу, ибо кровь на обуви — очень серьезная улика. Во-вторых, отпечатки указывают, что обувь сорок первого размера, выходит, человек этот среднего роста, а преступник — высокий. Что же мы имеем? Квартирную кражу или что-то другое? Куда девался Тищенко? Почему он не сдал объект вневедомственной охране? Чем вызвала у кого-то подозрение девушка в зеленом пальто? Кто этот таинственный незнакомец, позвонивший в милицию? Почему вдруг обрываются кровавые следы на ступеньках? Кто-то снял ботинки или испарился?..

Дунаев перешел к вопросам, чтобы всех приобщить к разговору. Глядишь, и возникнет какая-нибудь версия. Или даже несколько версий.

— Можно мне? — поднял руку, будто школьник, инспектор уголовного розыска старший лейтенант Ревчук.

Следователь кивнул.

— При повторном осмотре лестничной площадки я кое-что обнаружил, — Ревчук внимательно посмотрел на присутствующих, будто проверяя, какое произведет на них впечатление это его сообщение. — Несколько свежих обгоревших спичек, пятно крови на перилах — как раз напротив того места, где обрываются кровавые следы. Думаю, что таинственный незнакомец, как сказал товарищ