Чудесный замок - Элизабет Мид-Смит

– Конечно, Дав, – вмешалась жена.

– Спокойно, моя голубка. Сэр, соблаговолите присесть. Буду рад поработать для вас. Рекомендация юных леди лестна для меня. Они прелестные молодые особы. Мы с женой до сих пор горюем, что они уехали от нас.

– Говори о себе, Дав, – проворчала жена. – Наши теперешние жильцы лучше этой троицы. Извините, сэр, но правда для меня превыше всего.

– Возьметесь вы покрасить окна или нет? – несколько жестко спросил Ноэль, поднимаясь. – Если вы заняты, так и скажите. Я найду другого маляра. Мое время ограничено.

– Конечно, он возьмется, сэр, – сказала миссис Дав. – Скажи джентльмену «да», Дав, и поблагодари его. И сделай поскорее работу.

– Я, конечно, очень занят, сэр. Неделями не могу урвать ни минуты для отдыха. И все-таки я благодарен прежним жильцам за ваш приход. Вот окончу ремонт у Куков, а мистер Мартин, у которого мясная лавка, может подождать. Да, сэр, я согласен поработать у вас.

– Завтра рано утром. Вот мой адрес. Слуга покажет вам, что делать и даст указания относительно цвета. А теперь я спешу, уезжаю в деревню по неотложному делу. Вам, наверно, неприятно будет услышать, мистер Дав, что мисс Дэйзи Мэйнуеринг потеряла значительную сумму денег и была в таком отчаянии, что ушла из дома. Я, конечно, ни минуты не верю, что она их потеряла. Думаю, их у нее украли. Ладно, до свидания. Я должен разыскать ее и постараться поймать вора. Итак, приходите ко мне завтра, мистер Дав.

– Да, сэр, очень сожалею, что у вас такие неприятности, – сказал Дав с полным самообладанием, но Артур заметил, что маляр слегка изменился в лице, и это только подтвердило его подозрения. Выйдя на улицу, он снова посмотрел на часы и сверился с расписанием. Ночной поезд, которым он собирался ехать, доставит его в Розбери рано утром. Надо успеть. Он прыгнул в двуколку и поехал сначала домой. Там он дал указания слуге.

– Краски купите сами, Лоусон. Смотрите, чтобы они были хорошо размешаны и нужного оттенка. Маляр придет рано утром. Уберите цветы с балкона и запомните, Лоусон: за ним не надо строго следить.

– Что вы имеете в виду, сэр?

– Только то, что вам не следует все время находиться в комнате, где он будет работать. Иногда заходите, конечно, но не думайте, что он вор, пока он себя таковым не покажет.

– Слушаю, сэр. Ваши приказания, конечно, будут выполнены, но там много художественных ценностей, сэр.

– Не имеет значения, Лоусон. Делайте, как я сказал.

Когда слуга вышел, Ноэль вынул из кармана пятифунтовую банкноту, сунул ее в конверт и положил его на камин. Конверт не был надписан, и могло показаться, что деньги попали туда по ошибке. Потом Ноэль снял с пальца дорогое кольцо и бросил его на маленький поднос, где лежали распечатанные письма.

«Вот я и расставил капкан, – сказал он себе. – Бедная моя девочка, надеюсь, я поймаю твое чудовище».

На следующее утро Дав, весьма довольный заказом и ничуть не догадываясь о том, что он под подозрением, прибыл в квартиру Ноэля. Он был ленив и редко брался за работу, но для него было лестно, что такой блестящий джентльмен выбрал именно его. Нисколько не переживая из-за исчезновения Дэйзи, он воображал, что этим выбором он обязан именно ей.

«А она ничего, неплохая малышка, – подумал он. – Раз уж она мне помогла, может, я и оставлю ее впредь в покое. Благодаря ей я получил неплохой барыш позавчера, даже сумел отложить несколько соверенов. Но, боже, в каком ужасе она была, когда я унес этот чек!»

Квартира Ноэля Даву чрезвычайно понравилась. Он не видел красоты в простом убранстве Чудесного замка девочек, но здесь, хотя он был неспособен оценить подлинную ценность гравюр и статуэток, тем не менее понял, что толстые турецкие ковры и изысканная мебель гостиной стоят очень дорого.

Лоусон, следуя распоряжениям хозяина, но ошибочно предположив, что Дав – его протеже, принял его сердечно, дал указания по работе и оставил одного. Дав, насвистывая, скоблил и красил. У него было прекрасное настроение, он ощущал себя мастером и под конец решил, что положение британских рабочих не так уж плачевно. Он все больше проникался благодарностью к Дэйзи Мэйнуеринг и все больше склонялся к мысли, что надо оставить ее в покое.

«Если я буду ласков с малышкой, может, она мне еще таких заказчиков найдет, – думал он. – Что ни говори, она – маленькая леди, и друзья у нее благородные, раз смотрят за мной вполглаза». Проработав два-три часа, Дав почувствовал жажду. Он не привык к длительному, упорному труду. На балконе было жарко от яркого солнца, а комната казалась такой уютной и прохладной. Он увидел Лоусона, который шел по улице, удаляясь от дома, и решил, что ему тоже полагается передышка. Скинув ботинки, Дав ступил в комнату и оглядел ее оценивающим взглядом. Полистал книги и альбомы с гравюрами, но ни книги, ни гравюры не заинтересовали его. Осмотрел камин, полюбовался своим отражением в каминном зеркале. Увидел на подносе письма, – он бы их с удовольствием почитал, но читал Дав плохо и медленно. Несколько сигар лежали в маленьком ящике на краю каминной полки. Не долго думая и считая это в порядке вещей, Дав положил пару сигар себе в карман. После этого он вдруг перестал чувствовать себя честным британским трудягой. Позвенел Дэйзиными соверенами в кармане, порадовался этому приятному звуку. Перебирая письма на подносе, он вдруг заметил среди них золотое кольцо с печаткой. Оно могло стоить больше, чем весь заказ у Ноэля. «Ростовщик Исаак может дать за него два фунта десять шиллингов или даже три фунта, – подумал Дав. – Ясное дело, он его забыл здесь, а если и хватится, подумает на этого славного парня Лоусона».

Обследование комнаты продолжилось, и к моменту возвращения Лоусона пятифунтовая банкнота тоже оказалась в кармане Дава, который насвистывал за работой еще веселее, чем прежде. Вернувшись домой вечером, он и не подозревал, что капкан захлопнулся.

Едва Дав ушел, посыльный принес телеграмму с оплаченным ответом, адресованную Лоусону.

Лоусон прочел следующее:

«Найдите в гостиной, на каминной полке, открытый конверт. В нем купюра в пять фунтов № 11267. Найдите кольцо, которое я забыл на подносе для писем. Срочно телеграфируйте их сохранность.

Ноэль»

Далее был указан адрес для ответа. Бедный Лоусон провел мучительные десять минут, обследуя каминную полку. В конце концов он был вынужден ответить, что ни кольца, ни денег не нашел.

Прошло немногим более двух часов, и верный слуга получил вторую телеграмму. В ней значилось:

«Имею основания быть уверенным, что маляр Дав – вор. Немедленно идите в ближайший полицейский участок, дайте им номер банкноты и с одним из них следуйте к Даву. Его адрес: Эден-стрит, 10, Джанкин Роуд, Холлоуэй. Наймите кэб. Если кольцо и деньги при нем, потребуйте ареста.

Ноэль»

Вот так и получилось, что в тот вечер, когда Дав спокойно наслаждался роскошным ужином с салатом из омаров и бутылкой портера, в комнату неожиданно вошли два полисмена в сопровождении Лоусона. Дав встретил их весьма крепкими выражениями и вообще вел себя нервно и агрессивно. Но, несмотря на его сопротивление, истерику миссис Дав и ужасный вой – не то рыдания, не то смех, исходившие от их сына Томми, Дава тщательно обыскали и нашли похищенное, в результате чего в тот же вечер посадили в тюрьму.