Любовь по обмену - Елена Сокол

Как же все-таки у них удобно все устроено.

В душевой у меня дома лейка торчит прямо из стены, чуть не под потолком. Черт бы побрал маминого дизайнера! Стоишь, уперев руки в мозаичное панно из керамической плитки, и приходишь в себя с утра, пока тебе на башку льется сверху град из колких капель. Возможность вымыть только ноги или задницу не предусмотрена вообще. А здесь мне нравится: лейка с гибким шлангом, можно стоять, сидеть или развалиться, как ленивый тюлень, и поливать водой там, где хочется.

Приведя себя в порядок, бодрым возвращаюсь в комнату. Надеваю последнюю чистую футболку, джинсы, носки, проверяю телефон и спускаюсь вниз. Вижу, что ее Слава поставил «лайк» к моему фото. В снимке не было ничего такого, но, думаю, именно из-за этой по сути невинной фотографии Зоя рыдала вчера. Я слышал, как она всхлипывает. Сидел, прижавшись спиной к стене, и слушал, стискивая зубы, чтобы удержать себя на месте и не пойти к ней. Чтобы не вмешиваться.

Именно по этой причине я не спал практически всю ночь, а еще из-за слов моего отца. Потому что как ни крути, а эти два события были взаимосвязаны. Мне безумно хотелось ворваться к Зое и вытереть слезы с ее лица, хотелось утешить, сказать, что все будет хорошо, и наказать того, кто довел ее до этого состояния. Но я должен был все решить.

И я решил.

Ставлю наше фото на заставку в смартфоне и, стараясь не шуметь, достаю из холодильника продукты. Ставлю на плиту большую сковороду, бросаю на нее кусок масла и жду, когда разогреется. Через полминуты закидываю нарезанную ветчину и бью туда же куриные яйца. Пока все громко шипит, режу хлеб тоненькими ломтиками и помещаю в отделение для тостов в микроволновке. Включив для фона телевизор, убавляю звук до минимума и начинаю варить кофе.

Охренеть, я – хозяюшка.

Смеюсь над собой, покачиваясь в такт песни, которую крутят по музыкальному каналу. Не знаю, о чем они поют. Сама мелодия совершенно непритязательна для слуха, да и голоса исполнителей ужасны, но под утреннее настроение заходит отлично.

Жареные яйца чуть не подгорают, потому что я, увлекшись приготовлением кофе, теряю счет времени. В итоге мне удается спасти и то и другое, поэтому перехожу к бутербродам. Выкладываю на поджаренные тосты все, что нахожу в холодильнике: сыр, листья салата, помидоры, соус из сметаны с чесноком, странную русскую вареную колбасу. Дегустирую. «Хм. Получилось недурно. Думаю, моя подруга по утренним посиделкам, тетя Люда, должна оценить».

Она спускается на кухню первой. Испуганно щурится, не веря своим глазам, а затем удивленно округляет их. Вероятно, хозяйка дома боялась, что встретит свою кухню затянутой дымом и измазанной шрапнелью из продуктов, поэтому, убедившись, что все в порядке, женщина облегченно выдыхает и улыбается. Поправив халат, садится за стол.

– Доброе утро, – говорит с придыханием.

– Доброе утро, мэм. – Подаю основное блюдо, рядом ставлю сэндвичи и чашечку кофе.

– О, спасибо. – Она выглядит приятно удивленной, робко берет вилку и застывает в нерешительности.

– Приятного аппетита, мэм! – подмигиваю я и падаю на стул напротив.

– И тебе, Джастин.

Мы приступаем к завтраку.

Люда очень старается, она учит английский, чтобы говорить со мной и понимать, но сейчас без волшебного планшета с онлайн-переводчиком ей тяжело. Спасает возможность общаться жестами и на смеси из двух языков. Что и делаем, едва принявшись за еду.

Рассказываю и показываю, чем мы занимались с Зоей на молодежном форуме, сопровождая каждый свой рассказ снимками с телефона. Она листает фотографии, смеется и озвучивает по-русски все, что видит. Мне это очень помогает, потому что я теперь стараюсь запоминать все, что слышу.

Да. Вы совершенно правы. У меня ушла целая ночь на то, чтобы решить, как поступить. Целая ночь сомнений, метаний и тяжелых дум. Но зато теперь я точно знаю ответ – мне еще рано уезжать отсюда.

Наши страны очень разные. И люди в них мыслят совершенно по-разному. Это не плохо и не хорошо, но от этого никуда не деться.

Там у меня устроенная жизнь, обеспеченные родители и неплохие перспективы. Здесь – попытки адаптироваться, растерянность и восторг одновременно. Там – отец, который использует сына для воплощения собственных нереализованных амбиций, который не желает понять и игнорирует мои желания. Отец, который ждал, что я упаду ему в ноги, но, не дождавшись, решил надавить снова. Здесь же меня принимают таким, какой я есть.

Вот пока и вся разница.

Но самое удивительное состоит в том, что наказание родителей оказалось для меня лучшим подарком. Впервые в жизни я не один. Меня слушают и слышат. У меня все прекрасно, у меня появились настоящие друзья.

Я учусь, работаю, занимаюсь тем, чем хочу сам, а не тем, что мне навязывают. Никто не диктует, как жить. Никто не критикует, наоборот – поддерживают. Здесь даже голова по-другому работает, и на вещи по-другому смотришь.

А еще у меня есть Зайка.

И чувства, за которые впервые хочется бороться. Мы с ней понимаем друг друга. Вместе нам спокойно, хорошо и всегда интересно. Она чудесная. Не такая, как все. Может быть застенчивой и веселой, робкой или решительной. Готовить умеет, учебой интересуется, поет замечательно. И даже то, что не бросается мне на шею, как все остальные, то, как она переживает из-за своего бойфренда, говорит о том, что Зоя – замечательная девушка.

Поэтому я отказался возвращаться, несмотря на папин гнев и мамины всхлипывания в трубку. Именно поэтому принял решение бороться. Что бы ее ни связывало с этим Славой, все это отныне останется в прошлом, потому что в будущем – я.

Пусть у меня мало шансов, пусть у нас в запасе всего несколько месяцев, мы что-нибудь придумаем. Обязательно.

– Джа-а-астин! – Ее голос с верхнего этажа накрывает меня волной неведомой прежде нежности и заставляет сердце застучать быстрее.

– Прошу прощения, – пожимаю плечами, встаю из-за стола и поднимаюсь наверх, чтобы узнать, что там стряслось.

Зоя

Мое внимание привлекает писк стиральной машины, и я наклоняюсь посмотреть, что же там происходит. Вижу розовый цвет одежды и открываю круглую, как иллюминатор, дверцу. Неужели мама с утра стирку затеяла?

– Ох…

Первое, что бросается в глаза, – грязновато-розовая с малиновым оттенком футболка. Не нужно даже разворачивать, чтобы убедиться – это вещь Джастина. Треугольный ворот, знакомый лейбл на рукаве. У него несколько штук таких, одинаковых.

– У-у…

Все