Когда наступит никогда - Барбара Дэвис

него, заставить работать. Отлынивать становилось все сложнее. В конце второго курса нам задали курсовую – рассказ, от которого во многом зависели годовые оценки. Стивен знал: его работа не слишком хороша. Он попросил помочь, и я подал несколько идей, но тогда ему пришлось бы переписывать историю. Поленившись, он предпочел залезть в мой стол и нашел рассказ, написанный годом ранее. Переписал его и выдал за собственный. Получил высший балл и прошел дальше. К сожалению, профессор предложил тот рассказ редактору «Меридиана», и его напечатали. Так я об этом и узнал – когда увидел свою историю под чужой фамилией.

Кристи-Линн замерла, переваривая услышанное.

– Он просто… украл?

– Он назвал это «одолжил». Сказал, ему лишь нужно было пройти, а я вроде как не собирался использовать тот рассказ, так в чем проблема?

– Я даже не могу… – Она осеклась, зарывшись пальцами в волосы. – Что случилось, когда ты рассказал об этом профессору?

– Ничего. Я не рассказал.

Кристи-Линн посмотрела на него с изумлением.

– Не понимаю. Он украл твой рассказ и получил публикацию, а ты позволил?

– Получилось бы мое слово против его слова, и я был уверен: он никогда не сознается в плагиате. Ублюдок даже не извинился. В общем, на этом дружба закончилась. Он не просто украл мою работу и выдал за свою. Он смог переступить через друга, хотя прекрасно знал: я готов помочь.

– Уэйд, прости меня.

– За что?

– За тот вечер выпускников. Я думала, дело в зависти, а у тебя была такая история.

– Ага, назвала меня злобным завистником.

– Прости.

Уэйд выдавил улыбку.

– Забудь. Ты не знала. Кроме того, ты была права. Ну, наполовину. Я был весьма зол. Но теперь вся история давно канула в Лету.

Кристи-Линн встала и перешла на противоположный конец веранды, изумленная сильнее, чем хотела признать. За кого она вышла замуж? За мужчину, который завел любовницу, который почти не виделся с дочерью и не собирался о ней заботиться, который украл историю у лучшего друга. Непостижимо. Хотя на самом деле – нет. И от этого только хуже.

Кристи-Линн не слышала, как Уэйд встал со стула, но внезапно он оказался рядом с ней и накрыл ее лежащую на перилах руку теплыми пальцами.

– Ты в порядке?

Кристи-Линн не сводила взгляда с ряби на серебряной поверхности озера.

– Честно говоря, не уверена. Я думала, будто знаю Стивена, но вскрываются все новые ужасные подробности. И возникает вопрос.

– Какой?

– Как можно прожить с человеком столько лет, но так и не узнать, кто он такой.

Тридцать пять

Кристи-Линн обрадовалась возможности сменить тему, когда Уэйд предложил приступить к ужину. Он пожарил лососевые стейки и свежие летние овощи на шампурах – Кристи-Линн помогала их готовить. Теперь, когда они сидели на веранде, ели клубничное мороженое и наблюдали, как солнце скрывается за деревьями, она наконец начала расслабляться.

– Добавки? – спросил Уэйд, подняв пустую миску.

– Господи, нет. В меня больше не влезет. Но, кажется, я могла бы просидеть у этого озера целую ночь. Здесь так спокойно, словно в храме без стен.

– Мой дедушка построил все это собственными руками. Ему здесь очень нравилось.

Кристи-Линн закрыла глаза и сделала глубокий вздох.

– Понимаю почему. Идеальное место, чтобы забыть обо всех невзгодах.

– Поэтому я и приехал.

Кристи-Линн открыла глаза.

– Сработало?

Уэйд пожал плечами:

– Пока неясно. Кстати. Чуть не забыл, зачем я тебя изначально позвал. Сейчас приду.

Вскоре он вернулся с толстой стопкой бумаги.

– Еще не закончено, – смущенно предупредил он. – У меня опустились руки примерно на триста двадцатой странице: понял, что-то не так. Я все распечатал, но, если нужно, могу прислать электронную копию. Кстати, я собираюсь тебе заплатить. Я не ищу халявы.

Кристи-Линн с некоторым ужасом глянула на распечатанный экземпляр. В глубине души она надеялась, что Уэйд забудет.

– Для первого прочтения я предпочитаю бумагу. И не глупи. Денег я не возьму. Как называется книга?

– «Конец привычных вещей».

Она мысленно повторила название – мрачное, но интригующее. Немного безысходное, но это не обязательно плохо.

– А завязка?

Уэйд снова уселся на стул, положил бумаги на колени и закинул ноги на перила.

– Главный герой – Роберт Ванс, успешный бизнесмен, у которого вроде бы все под контролем. Он следует своему плану с четырнадцати лет, и ничто ему не мешает. Но однажды его жизнь переворачивается с ног на голову. Он понимает: ради счастья придется рискнуть всем. Только я никак не могу его туда привести. И предвосхищая твой вопрос: нет, это не автобиография.

Кристи-Линн улыбнулась.

– Вообще?

– Когда я начал, мне было девятнадцать. Я думал, будто все знаю.

– А теперь?

– Теперь? – Уэйд отвел глаза и уставился на горизонт. – Кажется, теперь я не знаю вообще ничего. Почему все складывается определенным образом? Как работает мир? – Он пожал плечами и повернулся к ней с легкой улыбкой. – Классический случай: хороший парень приходит последним.

Пытаясь перевести разговор на менее болезненную тему, Кристи-Линн протянула руку:

– Давай рукопись. Я вникну, сделаю заметки, а потом поговорим.

Уэйд уже собирался передать ей стопку бумаг, но нахмурился и замер.

– Что это? – Он взял Кристи-Линн за запястье и показал на маленькое скопление полумесяцев. – Похоже на шрамы.

Кристи-Линн отдернула руку и спрятала ее между колен.

– Они и есть.

– Я их раньше не замечал. Откуда они?

Кристи-Линн пожала плечами:

– Не помню. Это было давно.

Уэйд промолчал, и она поднялась со стула. Нужно держаться подальше от этих проницательных глаз журналиста. Но Уэйд последовал за ней к перилам – его силуэт появился в легких сумерках.

– Все в порядке? Ты вдруг вскочила, словно я тебя смутил. Кристи-Линн, я серьезно. Если не хочешь заниматься рукописью, я пойму.

– Все в порядке. Я в порядке, – заверила она, но не смогла посмотреть на Уэйда. – И дело не в рукописи… Просто голова идет кругом.

– Ты решила, да? Открывать траст?

– Да. – Она ждала, когда он спросит. – Знаю, тебе идея не нравится. Но я чувствую: так правильно.

– Так дело движется?

– Я попросила юриста собрать документы. Когда он закончит, поеду разговаривать с Реттой.

Уэйд снова принял загадочный вид, но Кристи-Линн заметила, как за янтарными глазами вращаются шестеренки, оценивая все риски и вероятности.

– Ты уверена, что ей под силу распоряжаться такими деньгами?

– Ей не придется ими распоряжаться. Во всяком случае, не всеми сразу. Питер оформит меня в качестве доверительного собственника, а значит, счет останется под моим контролем, за исключением ежемесячных выплат для Ретты.

– Ты уверена?

– Нет. Но все равно сделаю. Я должна.

Он кивнул.

– Понимаю.