Когда наступит никогда - Барбара Дэвис

– Я тоже не слишком твердо стою на ногах, Кристи-Линн, но между нами что-то есть, и сегодня мы оба это почувствовали. Возможно, дело просто в физическом притяжении, а может, нет. Но наши пути сходятся вновь и вновь. Может, не просто так?

Кристи-Линн прижала рукопись к груди, словно пытаясь отгородиться от его слов.

– Ты прав. Связь есть, и она реальна – Стивен. Весь нанесенный им вред: измены, предательство, ложь. Это нас объединяет. Мой покойный муж. Но получается сеанс психотерапии, а не романтика. Мне нельзя их путать.

Уэйд сложил руки на груди и нахмурился.

– И что теперь?

Она бы прикоснулась к нему, если бы доверяла себе. Но вместо этого лишь улыбнулась – во всяком случае, попыталась.

– Останемся друзьями, как и прежде.

– Это вообще возможно? Остаться друзьями?

– Уэйд, мы просто поцеловались. Не обязательно все усложнять.

– Верно, – неуверенно кивнул он. – Не будем усложнять.

– Именно. Слушай, мне пора. – Она подняла рукопись. – Надо читать.

Он проводил ее до двери, неловко спрятав руки в карманы.

– Хочу уточнить: приглашая тебя в гости, я не планировал устраивать сцену соблазнения.

– Знаю. Думаю, нам лучше сделать вид, будто ничего не произошло.

Уэйд открыл дверь и посмотрел Кристи-Линн в глаза.

– Не уверен, что смогу.

Она ничего не ответила и вышла на крыльцо – слишком свежи были воспоминания о губах Уэйда. Она тоже сомневалась, что сможет.

Тридцать шесть

Свитвотер, Вирджиния.

12 июля 2017 г.

Кристи-Линн перевернула и снова резко ударила подушку. Заснуть не получалось уже почти час, хотя на этот раз причиной бессонницы оказались не кошмары. Мысли постоянно крутились вокруг предстоящей поездки в Риддлсвиль и способов убедить Ретту принять помощь. Если ее напугал чек на 10 тысяч долларов, она точно нажмет на тормоза, когда узнает, о какой сумме пойдет речь теперь.

Отчаявшись, Кристи-Линн села и зажгла лампу. Раз заснуть не получается, можно поработать. Кристи-Линн еще не закончила листовку для книжного клуба и не провела учет доходов.

Потянувшись за ноутбуком, она заметила стопку бумаг, полученную от Уэйда больше недели назад. Кристи-Линн еще даже не начала. Не из-за отсутствия времени, а потому что они напоминали о внезапном поцелуе. Да, она сама предложила не усложнять отношения, и пока держать дистанцию казалось мудрым решением. Это относилось и к рукописи.

Впрочем, он тоже не появлялся и, казалось, соблюдал достаточную дистанцию для них обоих. Но, может, это и к лучшему. Может, он прав. И снова стать друзьями не получится. Может, когда черта пройдена, остается либо все, либо ничего. А в таком случае ей остается лишь ничего.

Нельзя отрицать силу искушения – впрочем, как и шанс катастрофы. Риск возгорания слишком велик, как от удара молнии в пересохшем лесу. Как показал брак со Стивеном, Кристи-Линн не создана для любви и семейной жизни. Да, она принадлежала Стивену, официально и долгое время эмоционально. Но принадлежать кому-то и отдавать себя – две большие разницы. Первое формируется из нужды как взаимовыгодное соглашение сторон, а второе требует обнажения души, что Кристи-Линн никогда толком не удавалось.

Кристи-Линн снова посмотрела на рукопись, почувствовав укол совести, и взялась за ноутбук. Она все сделает – со временем. Но сейчас нужна осторожность. Сначала Кристи-Линн открыла электронную почту, с приятным удивлением обнаружив письмо от Кимберли Уорд, автора женских романов, которая предложила провести автограф-сессию для своего первого романа. Она добавила несколько ссылок, в том числе с адресом своего сайта.

С главной страницы улыбалась симпатичная женщина лет тридцати, с длинными рыжими волосами и веснушками на переносице. Биография была короткой, но располагающей: мама двоих мальчишек и трех шелти, прожила всю жизнь в Бофорте, Южная Каролина, большая поклонница южной литературы, в частности «Повелителя приливов» и «Убить пересмешника».

Она сразу понравилась Кристи-Линн. Но больше всего ее впечатлили фотографии в разделе «Обо мне»: древние дубы, покрытые серебристо-голубоватым мхом, улочки исторического центра с пальмами, сверкающее закатное солнце в золотой воде. Прекрасный, очаровательный старый Юг. Но совсем не похожий на Южную Каролину, где она выросла.

Внезапно в голове возникло лицо Шарлен Паркер. Не зашитое и искалеченное, как в их последнюю встречу в больнице, а лицо той женщины, которой была ее мать, пока не поддалась наркотикам и алкоголю. За последние двадцать лет она появилась лишь однажды, внезапно позвонила шесть или семь лет назад, а потом – ничего. Никто даже не знал, жива она или нет. Женщины вроде Шарлен Паркер, склонные, как говорят психологи, к деструктивному поведению, имеют манеру умирать молодыми.

Поддавшись внезапному порыву, Кристи-Линн открыла новое окно и ввела в поисковик «найти человека». Когда появился список сайтов, она выбрала первый и ввела имя матери, дату ее рождения и последний известный город и штат. На экране появился список имен и адресов. Она оказалась третьей: Шарлен Кендра Паркер, 1710 Проктор-авеню, квартира 13, Уолтерборо, Южная Каролина. Последний раз регистрировалась по этому адресу семь месяцев назад.

Значит, жива, после стольких лет.

Телефонный номер не указан, но это неудивительно. Когда становилось туго, а туго было всегда, от телефона они отказывались в первую очередь. Впрочем, Кристи-Линн и не стала бы его использовать. После стольких лет такого гнева и обиды что можно сказать? Но ответ пришел почти мгновенно. Сказать можно многое. Много обвинений. Много претензий. И, возможно, некоторые претензии вернутся. Из-за того, какой плохой она оказалась дочерью. Бросила мать в беде и не возвращалась.

Пять часов. Максимум шесть. Можно вернуться за день. Но зачем? Не факт, что Шарлен еще там. И даже если там? Пробитые материнством Шарлен дыры уже никак не заделать. Но Кристи-Линн все равно открыла ящик тумбочки и достала знакомый конверт.

В голове возникли слова Дар. «Позволить воспоминаниям догнать тебя». Только Кристи-Линн не хотела им этого позволять. Не сегодня. И, возможно, никогда. Она бросила конверт обратно в ящик. Прошлое прекрасно можно хранить под замком. Нет нужды воскрешать все заново. Одного раза вполне достаточно.

Тридцать семь

Клир Харбор, Мэн.

12 марта 2011 г.

Кристи-Линн заходит домой с продуктами, когда раздается телефонный звонок. Поставив сумки на столешницу, она идет к аппарату. Номер начинается с кода 843 – Южная Каролина. У Кристи-Линн внутри все сжимается.

– Алло?

Короткое молчание, а потом:

– Простите, я ошиблась номером.