Камбэк - Лили Чу

– Подожди. – Я отклоняюсь в сторону и принимаю приглашение из календаря. – Вот, теперь это официально.

– Хорошо. – Он возвращает меня в свои объятия. – Я рад, что мы разобрались с планом путешествия.

Я не успеваю ответить, потому что он приступает к делу. Да мой ответ и не имеет никакого значения – сейчас определенно самое время для поцелуев.

Не уверена, так ли это, потому что мы ограничены временем его отъезда, но, клянусь, никогда еще я не запрыгивала в постель с мужчиной так быстро. Джихун что-то по-корейски бормочет мне в шею, согревая ее своим дыханием. Я кладу руку ему на грудь и на мгновение отвлекаюсь.

– Почему у тебя такая гладкая кожа? – Я наклоняюсь, чтобы еще раз проверить. И правда, ни волоска.

– Лазерная эпиляция. – Он целует мое плечо и позволяет своему языку проложить влажную дорожку. – Удобнее, чем постоянное бритье.

– А как насчет?.. – Я наклоняюсь ниже, и он перехватывает мою руку.

– Как насчет того, что ты узнаешь это достаточно скоро? – Он прижимает мою руку к постели и щекочет меня, пока я не закатываюсь от смеха так, что перехватывает дыхание. Он пристально наблюдает за мной, и, когда мои смешки сменяются судорожными вздохами, я притягиваю его к себе для поцелуя. Он отпускает мое запястье и скользит рукой по моему боку, оставляя поцелуи на моей шее.

Затем он ныряет гораздо ниже, пока у меня не перехватывает дыхание, но уже совсем по другой причине, и мой разум освобождается от всяких мыслей, поглощенный только им одним.

25

Спустя два часа удовольствия жужжит телефон Джихуна, и он неохотно перекатывается на другую половину кровати, выпуская меня из объятий. Поскольку рядом со мной кто-то тянется к телефону, мне ничего не остается, кроме как тоже заглянуть в свой гаджет. Я поворачиваюсь, с трудом разгибая затекшие ноги, и хватаю смартфон с прикроватного столика. Среди уведомлений, которые я установила прошлой ночью, чтобы быть в курсе новостей о StarLune и Мине – а постов много, – прячется сообщение от Ханы. Это гифка танца Джихуна с провокационными движениями бедер.

Так вот откуда у него такое мастерство. Практика. Я одобряю, чувствуя, как напрягаются и расслабляются его мышцы, когда мои пальцы обводят роскошную детализированную татуировку тигра на спине. Мемы с мужчиной, который в эту минуту со мной в постели, рождают ожидаемую тревогу. Публичная фигура, он делит свою жизнь с огромной и преданной армией поклонников. Во мне поднимается ужасное и крайне нежелательное чувство, и, хотя мне не нравится его признавать, оно достаточно легко поддается определению: несоответствие.

Джихун возвращается ко мне, смахивает мои волосы, чтобы поцеловать меня в плечо, прежде чем уткнуться лицом в мою шею. Когда он говорит, слова трепещут на моей обнаженной коже:

– Мой рейс забронирован на сегодняшний вечер.

Фантастический секс с Джихуном прямо перед его отъездом на неопределенный срок в Корею не входит в мой Зал славы лучших решений, но я ни о чем не жалею. Я прогоняю прочь беспокойство о том, что ждет нас в будущем, и сосредотачиваюсь на том, что происходит здесь и сейчас или, по крайней мере, произойдет в ближайшие несколько часов.

– Хочешь, я поеду с тобой в аэропорт? – Я дрожу, и он бросает взгляд на кондиционер, прежде чем натянуть одеяло мне до шеи.

– Я был бы рад. Никто не увидит тебя в машине. – Он снова целует меня, а потом трется кончиком носа о мою щеку. Какой же он невыносимо нежный и ласковый, и я стараюсь выбросить из головы все свои тревоги о славе StarLune.

Не получается. Вопрос вырывается прежде, чем я успеваю его сдержать.

– Ты спишь со своими поклонницами?

– Ари, никогда. – Джихун крепче стискивает меня в объятиях, но отстраняется, чтобы выпутаться из моей гривы, когда я взвизгиваю. Бережно собирая и откидывая мои волосы на подушку, он снова занимает свое место.

– Честно?

– Никто из нас не пошел бы на такое. – Он целует меня в висок и прижимается лбом к моей щеке, пока его рука поглаживает мой бок. – Это обернулось бы страшным скандалом и трудовым конфликтом. Слишком рискованно, да и хлопотно заводить отношения со старри. Начнешь беспокоиться о том, чтобы не разочаровать фанатов, когда они узнают тебя настоящего, а не кумира.

Его комментарии рождают другую мысль.

– Деньги.

– В каком смысле? – Он оставляет легкие поцелуи на моем предплечье.

– Ты богат.

Еще поцелуи, далекие от раскаяния.

– Это да.

Я отдергиваю руку и сурово смотрю на него:

– Все это время ты мог бы питаться в пятизвездочных ресторанах, но притворялся бедняком.

– Я не притворялся, – говорит он. – Теперь у меня есть деньги. Долгое время мы действительно бедствовали. Стажерами жили в переполненной общаге. Даже после нашего дебюта мы питались лапшой рамен и жили в двух комнатах впятером. Потолок над кроватью Синя протекал, когда шел дождь.

– Серьезно?

– Ему приходилось спать с ведром. – Джихун перекатывается на спину, увлекая меня за собой, так что я ложусь ему на грудь. – Да и век поп-айдола недолог. Мои деньги вложены в скучные инвестиции.

Я вспоминаю видеоролик из моей ночной кроличьей норы.

– Разве ты не коллекционируешь винтажные часы? – Помню, какой-то экземпляр оценивали в более чем полмиллиона долларов.

– Это инвестиции. – Джихун обхватывает руками мою поясницу и переводит разговор на другую тему. – Хён Кит и Дэхен хотели бы встретиться с тобой за обедом, как положено, без всяких недомолвок и лжи.

Мой желудок урчит достаточно громко, вибрируя между нами. Он смеется.

– Хана тоже придет.

– Я с удовольствием. – Мне любопытно поговорить с Китом и Дэхеном теперь, когда я знаю, кто они такие. Я вижу, насколько они дороги Джихуну. К тому же они могли бы открыть кое-какие грязные тайны из его прошлого. – Что насчет Алекса?

– Он говорит, что занят. – Джихун морщится. – Разгребает тот бардак, что я устроил.

Я одеваюсь при Джихуне и выхожу на кухню за кофе. Холодильник оснащен технологией уровня NASA, и я тыкаю какие-то кнопки, пока он не извергает из прорези забавные ледяные шарики для чашки Джихуна.

Пока я сражаюсь с холодильником, заходит Кит, и мы смотрим друг на друга. Теперь я знаю, что он – лидер StarLune, а еще и лучший друг Джихуна. Когда между нами все предельно открыто, он выглядит более усталым,