Вдребезги - Кэтлин Глазго

Простыня слегка колыхнулась.

– Отвали. Короче, что тебе от меня надо?

– Прошла молва, что ты даешь ночные концерты в своем районе и что твое музыкальное мастерство очень даже ничего. И я подумал: Райли Уэст снова в игре? Это могло бы помочь продать билеты. Особенно хорош будет неизбежный взрыв на сцене.

– Да пошел ты.

– Ну, ну. Это все ради Луиса. Он часто выручал нас в прежние времена. – Голос изменился: стал тихим, почти умоляющим:

– Ты сможешь сделать это, Райли. Я знаю, что ты сможешь.

– Тайгер, – вздохнул Райли. – Я не выступал почти два года.

Я лежала неподвижно, стараясь не упустить ни слова.

– Это для Луиса. Он болен, черт побери, старик. Куча других людей уже с нами. У меня уже есть «Холд-Аутс», Слоу Самп, Кэт Фоли, «Калифорния Видоус», Хитлерс Нис, Свинг Трейн, «Эйт-Мэн-Он» и будут еще, я обещаю.

Молчание. Наконец Райли согласился.

– Молодец. Далее: у тебя уже есть новые записи? Мне однозначно необходимо услышать, на что способен Райли Уэст.

Райли соскользнул с кровати. Я услышала, как он пересек комнату, натянул джинсы и пробормотал, что сейчас вернется.

Простыня начала медленно сползать. У Тайгера Дина такие же черные волосы, как на обложках альбома, но без тщательно уложенных завитков на лбу. Они короткие, хорошо причесанные и редеющие. Когда я смотрела информацию о Райли и об альбоме «Могила» на компьютере в библиотеке, я нашла сайт Тайгера Дина. Там говорилось, что Тайгер Дин до сих пор играет с местными группами, выступает на частных вечеринках и занимается графическим дизайном. Там была фотография: он сидит за письменным столом, одна рука на клавиатуре компьютера, а другая держит за гриф вишнево-красную электрогитару «Стратокастер».

– Привет.

На лице Тайгера Дина появилась улыбка. Она не вызвала у меня доверия и напомнила о тех крутых парнях в старших классах, которые все время слонялись по коридору и как ни в чем не бывало шлепали по головам проходящих мимо ботанов. Тайгер Дин наклонился немного дальше в окно. На нем надета вельветовая спортивная куртка красного цвета.

Я села и скинула с себя простыню. На мне грязная трикотажная рубашка, перепачканная со вчерашней смены, и старые пижамные штаны Райли в полоску. Во рту вкус сигаретных окурков. Прошлой ночью, после того как я приволокла Райли в кровать, я вернулась в ванную и выкурила одну из его сигарет, стряхивая пепел в раковину. Я также допила прохладное пиво, которое он, видимо, только открыл, перед тем как вырубиться. Он аккуратно поставил его на край ванны.

– Что ты делаешь с этой маленькой неопытной девчонкой? – обратился Тайгер к Райли, перегнувшись через оконную раму. – На что ты тратишь свое время?

Прошлой ночью я сидела на унитазе, пила и курила, думая о том, что мне только что пришлось тащить до кровати бойфренда, который, может, и не считает меня своей девушкой, и что я бегаю ему за наркотиками, и что я делаю это просто так – чтобы почувствовать его руку на своей щеке, когда он трезвеет. Потом я допила пиво и отправилась обратно в спальню, подошла прямо к краю кровати, попробовав паркет на скрип, который услышала, и затем под пяткой в полу щелкнуло. Выскочил кусок паркета, и там оказался он: набор Райли, небольшая квадратная коробка из вишневого дерева, где было все, что ему нужно. Все, что ему необходимо вместо меня.

Но я не позволю Тайгеру Дину узнать об этом.

Я пристально посмотрела на него и очень-очень медленно подняла средний палец.

Он удивленно моргнул:

– Да ради бога. – И перевел взгляд на шрамы на моих руках; я не пыталась их спрятать. – Два сапога пара, – пробормотал Тайгер. – Играют в свои маленькие дурацкие игры.

Райли вошел в комнату с пивом, и это заставило меня вздрогнуть. Если он начинает так рано, то впереди долгий день с перепадами настроения. Он бросил компакт-диск Тайгеру Дину через окно, тот благополучно поймал его и спрятал в куртку. Райли забрался обратно на кровать, устроив бутылку между колен. Он переводил взгляд с Тайгера на меня.

– Не мог устоять, да?

Тайгер как будто случайно задел солнечные очки на голове, и они с легкостью упали ему на глаза.

– У тебя всегда был такой необычный вкус. Я просто хотел убедиться, что ты работаешь последовательно.

– Adios.[6]

– Хотя она кажется немного юной. Немного неотесанная, на мой вкус.

– Vete a la chingada.[7]

– Черт. – Тайгер кивнул в мою сторону. – Бьюсь об заклад, если бы ты знала, как его зовут по-настоящему, тебя бы уже через минуту здесь не было. Его зов…

Райли начал закрывать окно вместе с пальцами Тайгера. Тот засмеялся.

– Я буду на связи. И, Райли, – добавил он через стекло, поднимая солнечные очки, – пожалуйста, постарайся отложить неизбежный срыв Райли Уэста до этого концерта. Пусть зрители увидят его таким, как в старые времена.

Райли закрыл окно. Еще до того, как он опять устроился на кровати, я выпалила:

– Женат? – Мне было интересно, станет ли он врать. – Ты был женат?

Он пристально посмотрел на меня, не отрываясь и не моргая.

– Ага.

– Пока смерть не разлучит и все такое? Кольцо на пальце и церковь, все дела?

– Так это и происходит. Парень встречает девушку, они целуются, он покупает кольцо, они женятся в часовне Элвиса в Лас-Вегасе в перерыве между концертами во время тура. И потом, бум. Ты в дерьме, девушка бросает тебя ради ведущего певца в группе. Конец.

Он сделал большой глоток пива.

– Что за дерьмо?

Райли провел пальцем по шее, повторяя путь пива. У него под ногтями грязь.

– Я. Я дерьмо. И все у меня такое же.

– Ты… видишься с ней? – Я почувствовала что-то вроде приступа тошноты. – Как ее звали?

Я даже не понимала, почему хочу это знать, но я хочу. Это как пазл про Райли, который я собрала, а его развалили, и новые фрагменты упали мне в руки.

Он расплылся в улыбке:

– Ты ревнуешь, Странная Девчонка. У тебя нет для этого повода. Нет, я не вижусь с ней. Они живут в хорошем доме на предгорье. У них ребенок и все дела.

– Как ее зовут?

– Чарли.

– Скажи мне.

– Ее зовут Мариса.

«Мариса», – пронеслось с шумом у меня в голове. Ма-ри-са. Красивое имя для девушки. Могу поспорить, у нее изящные черты лица. Я чувствовала это. Я понимала, что Райли влюбился бы в ту, чье тело – само изящество.

Я закрыла глаза, чтобы он не увидел, как наворачиваются слезы.

– О нет, не начинай. – Райли