Откроется не каждому - Константин Викторович Харский

– Но я же Клара.

– Получается, ты сама себе дала имя?

Клара согласно кивнула.

– Можешь ещё денег достать из книги? – поинтересовался Славик.

– Могу.

Клара встала, прошлась по комнате, потом села в кресло, открыла дневник и начала читать, но вскоре захлопнула тетрадь и резко встала.

– Не получается почему-то. Не знаю, что не так. Может, твоё присутствие мешает…

– Мешает?

– В прошлый раз, когда у меня получилось оказаться внутри книги, я была дома одна, – объяснила Клара.

Славик понял и согласно кивнул.

– Я тогда пойду, у меня дела. Вечером расскажешь.

– Держи, – Клара протянула Славику две его купюры по тысяче рублей. Они даже остались такими же помятыми.

Славик на мгновение замешкался: по нему было видно, что он не хочет забирать деньги и одновременно хочет их забрать. Оба этих желания были равны по силе и боролись в нём, но ни одно, ни другое не могло перевесить. Клара заметила колебания Славика.

– Забирай. Я теперь знаю, где достать деньги, – сказала она беззаботным тоном.

И Славик забрал свои деньги и вышел на улицу, а золотая птичка так и осталась стоять на персидском ковре.

3.4.

Давно у Петра Аркадьевича, папы Клары, не было такого хорошего настроения. «Кажется, решение продать дом было верным, и оно спасёт бизнес. Вот и хорошо. И Клара не подвела – при всём её вздорном и капризном характере». Пётр Аркадьевич закончил дела и сразу же бросился домой, чтобы не по телефону, а лицом к лицу поделиться с женой хорошей новостью. Живём!

– Считай, дело сделано! – с порога крикнул Пётр жене, и Нина Григорьевна, мама Клары, появилась в прихожей с нерешительной улыбкой на лице.

– Может, не будем пока праздновать? – сказала Нина.

– Да всё уже решено. Покупательница – крупный московский бизнесмен, открыла филиал строительной компании в Старой Руссе. Она не привыкла ютиться по съёмным квартирам, и поэтому ей нужен дом. И представляешь, именно с кабинетом! Важная, видимо, птица. Может быть, получится даже заключить контракт с её фирмой, и буду им потом двери поставлять. Представляешь, как всё фантастически складывается? – поделился взволнованный Пётр и, обняв жену, приподнял её, чтобы покружить, как в юности.

– Всё-всё-всё, отпусти, верю! – засмеялась Нина, вырываясь из объятий мужа. Она знала, что такое веселье запросто может закончиться сломанной мебелью, а то и чем похуже.

– Давай праздничный ужин сделаем? – предложил муж. – Закажем что-нибудь из «Пряностей».

– Рано ты начал праздновать. Всё ещё может пойти не так, как ты думаешь, – снова предупредила жена, предпочитавшая подержать в руках шкуру убитого медведя перед тем, как её делить.

– Елена Алексеевна – серьёзный руководитель. Она прямо сказала, что дом деда оказался в точности таким, какой она себе искала. Покупательница любит, чтобы дом был в тени деревьев, – раз. У неё большая семья, мама с удовольствием походит на воды Курорта, поэтому ей нужны три спальни, – два. Она много работает, и ей нужен кабинет, чтобы не выходить в онлайн из кухни, – три. Ещё она влюбилась в гостиную с камином, а где она ещё в Старой Руссе найдёт камин? Это четыре. Тебе мало?

– Что-то тут не так, – всё равно сомневалась Нина. Она была недоверчива к словам, а поступки и любые предметы любила перепроверять. Так сказать, поковырять пальчиком и посмотреть повнимательнее, что же там на самом деле под слоем лака и свежей краски.

Через час, когда привезли заказ из ресторана, Пётр и Нина уселись на кухне за импровизированный праздничный стол.

– Не думал, что у Клары получится так быстро продать дом, – Пётр Аркадьевич вернулся к главной теме, ставшей поводом этого застолья. Тревожные мысли, стресс от неразрешимой проблемы начали понемногу отступать, и Петру стало необходимо выговориться.

– Может, она постаралась, а может, так просто совпало, – сказала Нина. Жена по большей части выступала в роли противовеса для легкого на энтузиазм мужа.

– Ты несправедлива к дочери. Она умница, – возразил Пётр.

– Боюсь даже представить, как она там питается! – возмутилась Нина. – Вот зачем она ушла от Резниковых? Плохо, что ли, на всём готовом жить? Характер совершенно неуживчивый.

– Знаешь, Резниковы тоже были не правы. Всё время подкалывают её, и шутки у них дурацкие… – вступился Пётр за дочь.

– Шутки? А уши тебе на что? Пропустила шутки мимо – и кушай, что подадут. А теперь что? Ещё и к окулисту зачем-то пошла! Что ей, три дня никак не вытерпеть было? Вот объясни мне её логику! Приехала бы в Питер, сказала мне, и мы вместе нашли бы ей хорошего доктора, а не какого-то там мошенника… – Почему сразу мошенника? – удивился Пётр Аркадьевич.

Папа хотел праздника, а мама хотела высказать своё мнение о дочери, чтобы отец наконец-то взялся за её воспитание.

– Откуда там может взяться приличный окулист? – настаивала мама.

– А что, там все ходят слепые, по-твоему? Не драматизируй. Нормальный там наверняка специалист.

– Какой нормальный? Твоей дочери диагноз поставили, очки сказали носить, а ты и рад – доктор ей хороший попался! – Нина разошлась не на шутку. Её напряжение последних дней тоже требовало выхода. Только муж мог расслабиться, просто отдыхая, а жене для этого требовалась какая-то активность. Ну а какая за столом может быть активность? Скандал.

– Если у Клары проблемы со зрением и ей нужны очки, то при чём тут доктор? – Пётр всё пытался уловить суть претензии жены к врачам Старой Руссы. – Хоть профессор её посмотрит, хоть академик – что от этого изменится? У них теперь зрение на одних и тех же аппаратах проверяют. Помнишь, как на водительской медкомиссии такой красный домик был?

– Ничего он не красный. Знаю я этот домик, – не унималась мама. Больше всего её раздражало то, что муж недооценивает угрозу и поэтому излишне доверчив и оптимистичен. Всё ведь нужно сначала семь раз проверить, потом ещё столько же раз перепроверить, и даже после этого нельзя быть уверенным до конца. Всегда найдётся что-нибудь, что может пойти не по плану.

– Думаю, Кларе нужно купить какой-нибудь подарочек, – папа решил сменить тему.

– С чего бы это? Трёх желаний ей уже мало? Она тебя ещё о чём-то попросила?

– Нет, я просто хотел отблагодарить её за помощь. Она сама догадалась на воротах написать о продаже. Елена Алексеевна, между прочим, как раз по этому объявлению и обратилась. Строга ты с дочерью, Ниночка. Давай угощаться. Не будем сегодня спорить. Завтра утром поеду в Старую Руссу, к обеду уже всё сделаем. Вечером – обратно, и послезавтра я оплачиваю материалы. И всё!

Нина взяла у мужа тарелку