Остров Свободы - Борис Геннадьевич Цеханович

и они неуверенно слезли на асфальт и вокруг нас вдруг закружил хоровод деревенских жителей набежавшей со всей деревни. Через десять минут я уже разобрался с ситуацией и убедился, что в данном ДТП полностью виноваты кубинцы и они этого не отрицали, обречённо кивая головой, отчего мне было их жалко. Ехали пьяные, ехали без света, потому что света на машине уже лет пять не было, столько же лет и отсутствовали и фары и отчего они ехали по осевой, а когда столкнулись с нами, вообще ехали по нашей, встречной полосе. Только реакция моего водителя помогла избежать лобовухи и удар был вскользь. Мы то отделались по минимуму, а у них от удара машина досрочно прекратила своё существование. Но чего мне их жалеть, когда я сам оказался в весьма щекотливой и хреновой ситуации.

О таких вещах полиция мигом сообщала в посольство послу, а там обычно не церемонятся и не разбираются: прав ты или не прав. И действительно можно было вылететь в Союз в 24 часа. Поэтому с тревогой ждал приезда полиции и прикидывал все варианты выйти «сухим» из данной идиотской ситуации. Да ещё это пиво в термосах, да и сам пропустил бокальчик. Блин. Ещё укажут в протоколе что был выпивши и с пивом. Но на моё счастье вперёд полиции подъехал на «Шишарике» командир миномётной батареи, тоже возвращающийся с пива.

– О, Боря, чего ты тут нахерачил? – Жизнерадостно завопил коллега, выпадывая из кабины под хорошим шафе.

– Андрей, да тут небольшая авария. Тупорылые кубаши вон въехали в меня….

– Хорошо въехали… Хорошо…., очень даже так душевненько…, – бубнил пьяный товарищ, разглядывая толпу любопытствующих кубашей и понурившихся виновников аварии.

– Андрей, Андрей… Послушай меня, забери пиво и отдай его комбату и передай – если я в течение полутора часов не появлюсь в лагере, то пусть едет выручать. А так может сам выкручусь….

Миномётчик уехал и я немного успокоился – без пива в кабине вполне официально выезжал из лагеря по уважительной причине и только за водой.

К приезду полицейских мы слили воду с цистерны и теперь машина ровно стояла на одном скате и могла спокойно ехать в любую сторону и в любой момент. И вот на старом, раздолбанном ГАЗ-69 появились двое полицейских. Разобравшись, кто есть кто, они первым делом настучали дубинками виновников аварии и те безропотно вынесли довольно чувствительные удары. Нелишне сказать, что кубинцы уважали, а ещё больше боялись своей полиции, которая держало население страны в жёстких рамках и особо не церемонилась в общение с гражданскими. Да и законы у них такие были. Жёсткие. Пару раз я был сам свидетелем действий полицейских и был поражён их хладнокровию и равнодушию к последствиям.

Один раз, возвращаясь своей компанией из кино, мы на улице города увидели, как белый полицейский разбирался с негром. Почему он к нему прицепился, нам было неизвестно, но градус разборок между ними, особенно со стороны полицейского был довольно высок. Воспользовавшись тем, что полицейский отвернулся и поглядел на нас, негр сильно толкнул того и бросился в густые кусты, где благополучно скрылся. Полицейский зло взглянул на нашу компанию, с любопытством ожидающую дальнейшие его действия. Наш бы милиционер плюнул бы с досадой и пошёл дальше по своим делам или кинулся преследовать не подчинившегося, чтобы потом оторваться на нём. Но кубинский полицейский пошёл другим путём – выхватил пистолет и выпустил всю обойму беглым огнём веером по кустам. Логично было потом ему залезть в кусты и посмотреть – Завалил он его или нет? Но кубинец вложил пистолет в кобуру и неспешным шагом пошёл дальше по своим делам.

Или другой случай. Сидели мы в пивнушке на открытом воздухе в посёлке Куатро Каминес и завязалась там не хилая драка между кубашами. Причём, стенка на стенку. В самый разгар драки, прямо в пивную, заехал на мотоцикле полицейский, и несколькими выстрелами в воздух прекратил побоище, потом стволом пистолета, не слезая с мотоцикла ткнул драчунов в грудь и молча махнул им – За мной! Развернулся с рёвом двигателя на мотоцикле и, не оглядываясь, помчался в сторону ближайшего полицейского участка. Ему даже в голову не приходило, что кто-то не побежит за ним. Побежали, толкаясь на выходе из пивнушки, на перегонки за полицейским мотоциклом.

Так и сейчас. Постучали по головам и тут же стали разгонять остальных по домам. Воодушевлённый такой поддержкой, я нащупал в кармане два металлических рубля. Чего они валялись в кармане непонятно даже сейчас. Но они валялись и в минуты ничего не деланья, я их надраивал до охеренного блеска. Один – «20летие Победы в Великой Отечественной войне», второй «50летие Великой Октябрьской революции». Вот я их тут же и подарил обоим полицейским, зная любовь кубашей к подаркам, чему они очень обрадовались и тут же загнали обоих виновников в свой ГАЗон и предложили мне проехать обратно в Канделярию, в полицию, для оформления аварии.

Мы развернулись на дороге и помчались за ГАЗиком и я зашёл в полицию, когда оба кубинца уже смирно сидели за загородкой и виновато давали показания, а один из полицейских бодро долбил по пишущей машинке, перенося всё это на бумагу.

– О компанейро, – радостно возопили полицейские по-испански, – давай теперь твои показания. Фамилия, номер машины и как было дело?

Это меня совершенно не устраивало, тем более официальный протокол, поэтому я перешёл в активное наступление, в глубине души поражаясь своей бестолковой наглости, но как оказалось она и сработала в полной мере.

Я тоже радостно закричал: – О компанейро…., – и обнял обоих полицейских за плечи, сумбурно и громко на русско-испанском языке объясняя.

– Да на хер…, ни каких претензий я к ним не имею. Да вы чего, мужики? Да не трогайте их… Пусть едут домой на касу…, к своей бабе и детям. Они и так пострадали сами и теперь уже без машины… На…, – я выдернул из полевой кепки красную звёздочку и в качестве подарка сунул её полицейскому, печатавшему протокол, попутно с треском выдернув протокол из печатной машины и скомкав, сунул его в карман. Полицейский было дёрнулся, но я его обеими руками осадил обратно на стул и уже сам чего-то там оря, двинулся к загородке, где разинув рот в изумление от этого непонятного русского сидели кубинцы.

– Ерунда всё это и из-за этого не стоит ссорится…, – открыл загородку схватил обоих за руки и вытащил их оттуда, – всё…, идите отсюда Нах Хаус…

Наверно со стороны это выглядело смешно и странно. Все: арестованные