Ит, слип, рэйв, репит… - Александр Бессонов

– Извините, а мы можем в тишине ехать? Красотища вокруг неописуемая. Музыка как-то не вписывается…

Таксист выключил музыку и сам стал напевать точно такую же песню, что только что играла на автомагнитоле. Я вынужден был вмешаться.

– Как вас зовут? Меня – Александр.

– Максим Максимович.

– Максим Максимович, можно вас попросить не петь? Просто тут такой пейзаж, хочется насладиться.

– Александр, а вы знаете, что по статистике больше всего воров в законе – грузины?

– Теперь знаю.

– Ну хотите, могу спеть Стинга. Могу Prodigy, но я не все слова знаю. Придётся импровизировать. Но я знал одного человека, который все слова…

Меня так напряг поток ненужной информации, что я остановил этого мужчину лет пятидесяти:

– Стоп. Хватит.

– Так точно, – ответил он мне. Мне стало стыдно, что так резко прервал общение. В окне появились белоснежные вершины гор. И я решил немного сгладить ситуацию.

– А вы бывший военный?

– Да. Только миротворец. Как ушёл на пенсию, перебрался в Тбилиси. Чтобы не скучать – вот, теперь таксую.

– А ничего, что вы русский?

– Ох, уж эти стереотипы. По-вашему, на моём месте должен сидеть грузин с ножом в зубах и в бурке, пить вино и петь грузинские песни?

Мы начали смеяться. Что-то хорошее и доброе было в этом человеке.

– Ну, так было бы аутентичнее. Максим Максимович, а расскажите какую-нибудь историю. Вы очень интересный рассказчик.

– Если учесть, что с нами едет дама, то больше половин историй автоматически выпиливаются. О, расскажу вот эту. Поступил ко мне на службу младший лейтенант Григорий Александрович Почкин…

⁂

– 2004 год. Наша часть располагалась недалеко от Цхинвала. Я и ещё пару человек – вот и все командование. Работка, я вам доложу, – кайф. От нас ничего не зависит. Утром, вечером построение, а в остальное время свежее вино и бильярд. Отпуск.

Потом мне знакомый военком позвонил, что близкие попросили паренька-офицера пристроить. Типа на гражданке с наркотой в клубе взяли, теперь нужно чтобы летюха долг Родине отдал. Парень с высшим образованием, в универе кафедра-военка была. Умный.

Максим Максимыч задумался и нажал сильнее газ. И продолжил повествование.

– Ну а что, нам умные нужны. К тому же, друг попросил. Приехал малец такой в наушниках, с ноутбуком и на голове, как это называется, когда как пакля?

– Дреды!

– Да, точно, дреды. Ну, пришлось сбрить ему. Славный был малый, смею вас уверить; только немного странный. Вот, например, целыми днями сидит, в Counter Strike играет. А другой раз, уйдёт и целую ночь в клубе зажигает. И не боялся ничего, а в то время опасно было одному-то по злачным местам. Бывало, по целым суткам слова не добьешься, зато уж иногда как начнёт рассказывать, так животики надорвёшь со смеха. А как на него девушки западали…

Как я говорил, работа была не пыльная. Офицерский состав жил отдельно. Мы квартиры тогда снимали. Времени у нас было много. Денег, правда, не хватало. Ну, мы калымили как могли. Кому-то посылочку доставить с России, без проверки и лишних вопросом. Кому-то оружие… Хотя вам это не надо знать. В общем, нас знал весь город. В основном, его криминальная часть.

Часто бывал у нас сын местного авторитета – Азамат. У отца его было несколько магазинов автозапчастей. И, в какой-то момент, мы стали его эксклюзивными логистами из Москвы. У нас часто машина оттуда ходила, ну мы её и догружали. Парнишка был одержим немецкими машинами. Мог часами о них говорить. И как-то сошёлся он с Почкиным. О музыке с ним долго разговаривали, он в основном слушал. Правда, совсем у Азамата чувства юмора не было. Бывало Почкин пошутит: «Да какой тебе BMW, тебе пешком ходить надо, для здоровья полезнее». У того глаза наливаются злобой, и он за травмат. Еле оттаскивали.

Как-то Азамат сказал, что отец нас с Почкиным на свадьбу старшей дочери приглашает. А нам, что – мы же партнёры. Свадьба в ресторане была, человек на четыреста. Я говорю Почкину – пару стопок выпьем, тост послушаем и сразу в домой. А то там начнётся потом. Почкин немного выпил. Подошёл к диджею местному, что-то ему прошептал и в центр зала. Диджей включил на громкую Prodigy и Почкин давай танцевать. Танцем это было сложно назвать, он скакал как укушенный кавказской овчаркой, дергая руками и ногами. Непонятно, чем бы это закончилось, если бы на танцпол не вышла младшая дочь хозяина, сестра Азамата. Её звали Белла.

Вместо одного сумасшедшего на танцполе дрыгались двое. Они прыгали, кричали, махали руками и ногами. Но что самое интересное – обоим это нравилось. Я понял, что совершенно не понимаю современную молодежь и вышел на улицу проветрится.

На улице курили. Оживлённо разговаривали двое: Азамат и Казбич. Меня они не заметили. И продолжали разговаривать:

– Казбич, ну продай машину! Любые деньги!

– Азамат, братишка, понимаешь она как родная мне. Ты слышал, как она мне жизнь спасла.

– Да про твою бэху столько легенд ходит.

Казбич был мастером спорта по боксу, со всеми вытекающими перспективами этого звания. Говорили, он воевал в первую Чеченскую, правда не говорили за кого. Все в городе говорили про его черном BMW X5. Весь тюнингованый, на «фарше».

– Короче, было дело в Ростове. Нас кто-то сдал ментам. Двоих сразу завалили на месте, а я в свою ласточку прыгаю. Газ в пол. За мной погоня. Из калашей начали поливать. Ну думаю, всё, сейчас пробьют бензобак или колёса. А ласточка моя понимает, что всё конец и я вот тебе клянусь, как рванула вперёд. Мусора сзади остались. Спасла меня!

– Азот?

– И он тоже!

– Бля, Казбич, ну продай!

– Нет, же!

– Ну хочешь, я у отца уведу любую машину? Махнёмся ключ в ключ, – Азамат уже дрожал от нетерпения приобрести эту машину.

– Азамат, успокойся.

Азамат подумал о чём-то, вздохнул и сказал:

– Казбич, давай так. Я знаю, тебе всегда нравилась Белла. Давай я тебе её за машину отдам. Выкраду её, пока она спать будет. В горы её увезёшь. Жить счастливо будете, детей нарожаете.

– Ты реально готов машину на сестру променять?

– Да, брат!

– Какой ты ещё ребёнок.

– Ты кого ребёнком назвал, сука?! – послышался удар. Потом крики. На крики выбежали люди из кафе и началась драка.

Я знал, что, когда такой рамс, надо валить. Хоть мы и были миротворцы, но русские предпочитали не ввязываться в местные разборки.

И тут я допустил оплошность. Я пересказал Почкину разговор Азамата