Откроется не каждому - Константин Викторович Харский

была уверена в своей способности порождать с помощью текста нужную реальность. Кларе вдруг стало даже страшно думать о том, что может случиться, если у неё всё-таки обнаружится такая способность. Она же может написать текст, в котором ей досрочно вручают аттестат о среднем образовании! И можно будет тогда в школу не ходить. «Исполнится мечта идиота! – улыбнулась Клара своим мыслям. – Нет, а что мне делать, пока друзья в школе? А что я буду знать, если у меня будет наколдованный аттестат? Знания к нему будут прилагаться или нет?..»

Олег Васильевич терпеливо ждал, когда Клара закончит свои размышления, и после того, как она вернулась в реальность, ответил:

– Не дано мне это. Увы, – друг деда выглядел огорчённым.

– А если бы получилось, что бы вы сделали? – поинтересовалась Клара.

– Не знаю. Аркадий Фёдорович, дед твой, говорил, что он поначалу хотел искоренить во всём мире несправедливость и ложь: стал через свои тексты выводить на чистую воду воров, взяточников и мошенников… Быстро разочаровался, потому что когда после взяточника освобождается место и его занимает нормальный человек, то это место портит и другого человека.

– Говорят, что не место человека красит… Или что-то вроде того, – вспомнила Клара любимую поговорку своей учительницы литературы Полины Львовны.

– Твой дед пришёл к выводу, что человек слаб. Чтобы стать сильным и противостоять страхам и соблазнам, ему нужен внутренний стержень, основа, фундамент, что ли… Не знаю, как правильнее сказать, чтобы ты поняла.

– Вроде всё понятно – стержень.

– Обманчивым может быть понимание твоё, – сказал Олег Васильевич, усмехнувшись.

– Вы как Йода сейчас говорите, – улыбнулась Клара, и Олег Васильевич кивнул.

– Пока человек не обретёт свой стержень, его мотает по жизни из края в край, и он сам не знает, кто он такой. Только это не свобода. Это – неприкаянность как она есть.

– А как прикаянность находят? – спросила Клара.

– Нет такого слова. Есть только «неприкаянный», а «прикаянного» нет.

– А как тогда говорят про прикаянного? – не унималась Клара.

– Не знаю… Взрослые далеко не всё на свете знают. Я думаю, про такого можно сказать: счастливый, устроенный, устойчивый, знающий цель своей жизни, – объяснил Олег Васильевич.

– Выбирая между неприкаянностью и счастьем, хочется выбрать счастье. Это же очевидно. Почему тогда люди ошибаются? – удивилась Клара и, подумав, добавила: – Уж вряд ли кто-то говорит себе: «Проживу-ка я жизнь несчастным».

– Хороший вопрос. Дед твой, занимаясь психологией, посвятил всю свою жизнь тому, чтобы понять, как так получается: все хотят прожить интересную, насыщенную и счастливую жизнь, а удаётся это очень немногим.

– И как?

– Что «и как»? – не понял Олег Васильевич.

– Узнал секрет счастливой жизни? – уточнила свой вопрос Клара.

– Думаю, в дневниках его написано. Ты же читала.

– Я читала совсем немного. Совершенно нет времени: всё время надо куда-то бежать и есть дела, которые кажутся важнее. Хотя, конечно, надо взять и всё прочитать. Но на первом месте стоит спасение дома.

– От чего ты его решила спасать? – удивился Олег Васильевич.

– Ну, тогда спасение бизнеса папы, – исправилась Клара. – Потом ещё эти люди…

– Да, мне их белобрысый главарь показался очень опасным, – друг деда подтвердил её беспокойство.

Клара напряглась.

– Не переживай. В доме тебе сам чёрт не страшен, – сказал Олег Васильевич.

– А что сделал бы на моем месте дедушка? – поинтересовалась вдруг Клара.

– С этими людьми? – уточнил Олег Васильевич, и Клара кивнула. – Он не стал бы им вредить или мстить – это я скажу тебе точно. Когда он понял, как слаб человек без стержня, он понял, что нужно помогать людям приобрести это крепкое основание внутри себя. И тогда на любом месте, даже если сто человек до тебя на этой должности оказывались взяточниками – ты устоишь. То, как долго ты будешь сопротивляться развращению, зависит уже от твоих устоев. А самый большой соблазн в нашем мире – деньги. Или лучше сказать – большие деньги. Нет врага сильнее их, потому что приходят они в жизнь человека как друзья. Нет красивой одежды? С деньгами она у тебя будет. Нет еды на ужин? С деньгами у тебя будет самый вкусный ужин. Всё у тебя будет с деньгами. А потом хоп – и неприкаянная жизнь может быть очень даже обеспеченной. Деньги, притворяясь друзьями, обманывают. Они говорят: «Ты всё можешь купить, когда мы с тобой». Как ты думаешь, кто кому после этого начинает служить?

– Человек – деньгам?

– И на что он согласится, лишь бы деньги не оставили его?

– На всё?.. – тихо спросила Клара и не хотела, чтобы Олег Васильевич подтвердил её догадку.

– На многое, – кивнул он.

– И что делать?

– А вот это, как говорил твой дедушка, – хороший вопрос. Деньги должны знать своё место и служить человеку, а не он – им.

– Уф, – вздохнула с облегчением Клара. – Ты чего? – не понял Олег Васильевич.

– Боялась, что вы станете отговаривать меня от денег, – улыбнулась Клара.

– Аркадий Фёдорович однажды сказал, что тому, кто присягнул на верность деньгам, любая другая магия отказывает. Как говорится, выбрал себе господина, вот пусть он о тебе и заботится. У твоего деда деньги были в услужении. А вот твой папа… Боюсь, твой папа служит деньгам. Но не мне об этом рассуждать. Говорю это только для того, чтобы дать тебе возможность осознанно выбрать, чему будешь служить ты сама.

– А обязательно кому-то служить?

– Кажется, да. Человек может служить идее справедливости, или своему городу, или желанию победить все болезни. Человек может выбрать любую идею и нарядиться в неё, как в одежду. Но быть умственно полноценным и «остаться голым», – Олег Васильевич жестами показал кавычки, – и жить только своими естественными потребностями мы уже не можем. Это одно из проявлений цивилизации. В животном мире есть несколько простых задач: выжить, поесть и размножиться. У людей появилась ещё одна задача – выбрать, на чьей ты стороне, победа какой силы, какой идеи будет восприниматься тобой как твоя личная победа.

– Разве плохо будет, если победит справедливость?

– А как ты справедливость себе представляешь?

– Всё хорошо и спокойно. Нет конфликтов, волнений, войн. Все со всеми договорились. Спокойное такое озеро… Болото… Упс, – Клара сама не ожидала такого завершения.

– Конфликт – это не просто часть нашего мира, а возможно, его двигатель. Да, не все конфликты хороши. Некоторые отвратительны. Ни один конфликт нельзя понять и оправдать в момент его непосредственного существования. А если в результате конфликта появилось нечто новое и полезное, чего до него не было? Конфликт, конечно, от этого не становится бо лее оправданным, но важно помнить, что он может