Вне себя - Василий Головачев

Официант весь в серых доспехах из рогожи, но разутый (ну и вкусы у них!), принёс вино, дал попробовать сначала Кисюне, потом Саблевецкому.

– Годится, – сказал он.

Выпили, Кисюня снова защебетала о яхтах, о личном самолёте, о вилле в Италии, перешла на обсуждение личного противоатомного бункера на Урале, однако Саблин её почти не слушал, с нетерпением ожидая прибытии гонца.

Посетителей в зале ресторана было немного, и все они, очевидно, судя по костюмам и по количеству драгоценностей, принадлежали местной московской финансовой элите либо бандитскому клану.

Наконец, заявился Марик, протянул бархатную фиолетовую коробочку.

– Босс.

Саблевецкий-Саблин открыл коробочку, потрогал пальцем сверкнувший ансамбль многогранников.

– Что это? – округлила глаза Кисюня.

Эргион, хотел ошарашить её термином Саблин, однако вовремя спохватился.

– Почка Фаберже.

– Что?!

– О яйцах Фаберже слышала?

– Ну, да, их на «Сотби» продают…

– А это его закристаллизовавшаяся почка. Жди, сейчас вернусь.

Он увлёк Марика за собой.

– Подождёшь возле ссальни, позову – войдёшь ко мне в кабину.

– Хорошо, босс.

Саблин зашёл в роскошный санузел ресторана, сел на крышку унитаза, устроился поудобней, чтобы не упасть во время сеанса ныряния в «матрёшку», сопрождавшегося потерей сознания, и отправился к «родичу».

Саблин-2 ждал его дома, вернее в квартире Дмитрия Дмитриевича, где они остановились с Устей и Прохором-2.

«Готово, – сказал Саблин-11. – Цепляйся».

Саблин-2 отчего-то не обрадовался его появлению, отозвался с ноткой вины в мыслеголосе:

«Я-то готов… а Прохор там не выходил?»

«Где?» – не понял Данимир.

«В вашем превалитете».

«Нет, мы же договаривались встретиться в девятьсот девяносто девятом».

«Он сказал, что посмотрит на Узилище одним глазком, определит координаты и вернётся».

Саблин-11 что называется «проглотил ком в горле».

«И ты его… отпустил?!»

«Да он сказал и тут же рухнул как подкошенный, лежит без памяти уже час».

«Дьявольщина! ДД же предупреждал! Если Прохор зашёл в Узилище, обратного хода…»

«Я понимаю. Что делать? Жду ДД, чтобы сообщить».

«К чёрту, ты нужен здесь! ДД нас сам найдёт. Цепляйся».

«Сейчас. – Саблин-2 попрощался с Устей (девушка выглядела сильно расстроенной). – Поехали».

«Душа» Данияра присоединилась к сознанию Данимира, и они выпали в канал «движения без движения», считая числомиры, пока не вышли в тело Данишора Саблевецкого, сидевшего на унитазе в полной отключке.

«Оба-на, туалет?» – удивился Саблин-2.

«Ресторан «Якорь». Приготовься, будем перепрограммировать твоего носителя».

«Кто он?»

«Увидишь».

Саблевецкий приоткрыл дверь кабинки, позвал Марика, тот вошёл.

– Босс?

В руке Саблевецкого сверкнул эргион.

«Прыгай!»

Глаза Марика расширились, он пошатнулся, теряя равновесие.

Саблевецкий поддержал его под локоть.

– Всё? Шишку не набил при прыжке?

– Глаз подбил… – хрипловато, другим тоном ответил Марик. – Вижу одним…

– Ничего, подбитый глаз уменьшает обзор, но увеличивает опыт. Определился, кто ты?

– Мариус Пеньковецкий, босс! – вытянулся Марик, потом расслабился, издал смешок. – Всё в порядке, братишка, я это, Дан.

Саблин вздохнул с облегечением.

– Шутник… идём, завербуем девчонку для Юстины и будем ждать ДД.

– Уже есть претендентки?

– Увидишь.

Они вышли из туалета, вернулись в зал.

– Газуете?[17]– глянул на стол Марик-Данияр, потом начал рассматривать скучающую Кисюню. – Она?

Кисюня кокетливо поправила причёску, считая, что мужчины ею любуются.

– Зачем искать другую? – ответил Саблин-Саблевецкий вопросом на вопрос. – Физические данные не главное.

– Ты её больше знаешь.

– Не я, – возразил Саблин-Саблевецкий.

– Я имел в виду Юстину. Главное, чтобы она не возражала.

– Посиди с ней, я сейчас.

Саблин оставил Марика-Данияра с Кисюней, не понявшей из их разговора ни слова, снова зашёл в санузел ресторана, теперь уже без сопровождения, оставив телохранителя у двери в туалет.

За минуту он добрался до родного тела, лежащего на диване в номере пансионата «Марьин остров», объяснил ждущей известий Юстине, что нужно делать, и вернулся с её «душой» в ресторан «Якорь».

Процедура вселения «души» Юстины в психику Кисюни не заняла много времени. Она ничем не отличалась от процедуры переселения Саблина-2 в голову Марика.

Кисюня вздрогнула, широко раскрыла золотистые, с поволокой, глаза, ставшие на мгновение испуганно-удивлёнными, затем в них появился стальной блеск.

– Очуметь!.. прошу прощения… я не думала, господи… как в гидрокостюм запихнули, всё жмёт… – Она потрогала лоб, с интересом бросила взгляд на своё колье, покачала головой. – Ну и шалаву вы мне подобрали!

– Какая была, – усмехнулся Саблин-Саблевецкий.

Кисюня-Юстина внимательно оглядела обоих.

– Кто из вас кто? Впрочем, ты – Дан, – показала она пальцем на Саблевецкого.

– Я тоже Дан, – меланхолично заметил Марик.

– Ты второй.

Марик посмотрел на босса.

– Неужели я так отличаюсь от тебя?

– Женская интуиция – тёмный лес, – пожал плечами Саблин-Саблевецкий. – Итак, мы в сборе. Я даю сигнал ДД.

– Может, сами поищем Узилище?

– Твой Прохор уже начал самостоятельный поиск, и где он теперь?

– Вы о чём? – нахмурилась Кисюня-Юстина. – Кто что начал? Что случилось?

– Прохор пошёл искать Узилище, – нехотя признался Саблин-Саблевецкий.

– Наш Прохор, – уточнил Марик, – второй.

Взгляд девушки выразил всё, что она думает.

– Вы ненормальные! Его нельзя было отпускать одного!

– Никто его не отпускал, он сам проявил инициативу, я не успел его остановить.

– Но ведь из Узилища…

– Никто не возвращается, помню, но что произошло, то произошло, ничего уже исправить нельзя. Надо действовать быстро, пока всех пленников не заставили служить единым мозгом.