Вне себя - Василий Головачев

– Скорее уж единым компьютером, – пробурчал Саблин-Саблевецкий, поднося к глазам часы-телефон, набрал номер: – Алло, это справочная? Мне нужно расписание самолётов до Тьмутаракани… ах, не справочная? Лоханулся, извините.

Саблин опустил руку с часами.

– Ждём.

– Я отлучусь, босс? – поднялся Марик.

– Не надолго.

Марик ушёл. Потянулись минуты ожидания.

Кисюня-Юстина взяла стакан с клюквенным морсом, оглядела зал, сидящих за столиками посетителей.

– Как они странно одеваются…

– Мода такая, – покосился на соседний столик Саблин-Саблевецкий.

– На ногах не ботинки, а… лошадиные копыта! У меня не туфли, а гири! Как они в них ходят?

– Привыкай, покопайся в памяти этой девицы, где живёт, с кем, чем занимается и так далее.

– Ничем она не занимается, подрабатывает в модельном агентстве, пляшет где-то, в голове одни утехи да прикиды – куда бы полететь отдыхать.

– Она красивая, «родич» Сабля не зря с ней проводит время.

– Красивых дур и у нас хватает, не понимаю, что ты в ней находишь.

– Не я.

– Вообще вы здорово похожи – ты и твой «дубль», тип лица один и тот же, и волосы вы подстригаете одинаково. И цвет глаз одинаковый.

– Родственнички, одним словом. Кстати, ты тоже очень похожа на подругу второго Прохора, Устинью.

– Мне это уже говорили.

Вернулся Марик, дипломатично пристроился слева от босса.

Зазвонили часы-телефон.

Саблин нажал на стерженёк включения, в ухе раздался густой бас:

– Одиннадцатый?

– Он, – коротко ответил Саблин-Саблевецкий.

– Где вы?

– На месте, ужинаем в ресторане «Якорь».

– Все четверо?

– Трое. – Саблин пожевал губами. – Прохор-2 самовольно ушёл в «матрёшку» и, скорее всего, попал в лапы к Охотникам. Он не с нами.

Пауза длилась не меньше полуминуты.

– Если он до сих пор не вернулся… мы проиграли!

– Почему? – сжал челюсти Саблин-Саблевецкий.

– Если второй попал в Узилище, набранная психофизическая «масса» позволит Владыкам создать формотрон. Они его включат – и пиши пропало!

– Чем это может грозить Прохору… Прохорам?

– Не знаю, могу только предполагать. Если этот чёртов генератор рассчитан на один импульс, он просто сгорит. Если его будут сначала настраивать и тестировать каким-то образом, есть шанс успеть вытащить наших парней.

– Что значит – сгорит?

– Я думаю, произойдёт нечто вроде короткого замыкания пси-сфер, в результате чего они войдут в резонанс, отдадут импульсу свою энергию, интеллект, волю, и от них ничего не останется.

– Но может быть, мы успеем предотвратить этот момент?

– Не уверен.

– Вы отказываетесь?

– Не вижу смысла соваться в пасть ко льву.

Ноздри Саблина-Саблевецкого побелели от сдерживаемого гнева.

– Зато видим смысл мы! И сделаем это! Вы узнали координаты Узилища?

– Узнал, это планетарий.

– Планетарий?! Почему планетарий? Какое он имеет отношение к… нашим делам?

– А вы думали, что Прохориила содержат в тюрьме или в колонии? Он был директором планетария, у него там кабинет, планетарий давно на реконструкции, но директор всё время работает. Его и не ищет никто, вроде всегда на месте.

– Понятно. Спасибо и на этом. Всего наилучшего.

– Погодите…

Саблин-Саблевецкий потянулся к часам-телефону.

– Погодите, – повторил обладатель баса. – Дайте подумать. Дьявольщина! Какие же вы быстрые! Предупреждал же – не суйтесь близко к Узилищу! Неужели и ваш Прохор такой же безответственный, как тот, из одиннадцатого превалитета?

Саблин покосился на Юстину.

– Какая разница?

– Вы правы, уже никакой. Для прорыва нам нужны люди. У меня трое. У вас?

– Мой «братец» здесь – большая шишка, бывший мафиози, вор в законе по кличке Сабля, при нём как минимум двое телохранителей.

– Четверо, – уточнил Марик.

– Четверо.

– Это новость! – Обладатель баса кашлянул. – С бандитами на дело я ещё не ходил.

– Других у нас нет.

– Согласен, будем использовать тот контингент, который нам достался. В принципе это даже хорошо, что ваш «родич» пахан, телохранители пойдут за него на смерть. А нам, похоже, повезло, потому что он мог сидеть в тюрьме, а не спокойно ужинать в ресторане во время вселения.

– Собирается стать депутатом Госдумы.

– Ну, этот процесс перехода из грязи в князи, из бандитов в чиновники везде идёт одинаково. Я здесь, между прочим, тоже чиновник, хотя и мелкий.

– Конкретнее?

– Руковожу городской службой утилизации мусора. Когда вы сможете подъехать к планетарию? Долго обсуждать план действий мы не можем, придётся действовать спонтанно.

– Мы что же, сразу пойдём в атаку?

– Не сразу, но ждать до утра нельзя, господа из Бездн, хотя они давно живут в мирах Первоцифр, могут запустить формотрон в любой момент.

– Планетарий находится недалеко от зоопарка, значит, мы подъедем минут через сорок.

– Это в вашем числомире планетарий находится недалеко от зоопарка, здесь он расположен на Воробьёвых горах, на месте университета.

– Не понял! А где университет?

– Здесь он сооружён на месте Большого театра, в самом центре столицы. Мир-999 вообще довольно сильно отличается от миров первой сотни. Что касается Москвы, то её центральные здания не раз меняли владельцев и перестраивались.

– А Кремль? – Саблин затаил дыхание.

– Кремль стоит, хотя здесь он не красный, а жёлтокаменый изначально, с очень высокими башнями. Красные звёзды на них никогда не висели, зато установлены гербы – трёхглавые орлы, держащие в когтях девятилучевые звёзды. Итак, встречаемся у планетария через час, ваш водитель наверняка знает дорогу и само здание, которое окружено глухим забором. Из него хотят сделать торговый центр с 3D-кинотеатром.

– С какой стороны нам подъехать?

– Со стороны канатной дороги на Шуваловскую набережную.

– Какую набережную?

– В вашем одиннадцатом превалитете набережная называется Новолужниковской.

– Как мы вас узнаем?

– Узнаете. – Раздался смешок, и клипса телефона в ухе замолчала.

– Ну что? – спросил Марик-Данияр.