Зеркало воды - Софья Ролдугина

Белый как-то странно навалился на неё, стискивая плечи до боли. Голос у него был ясный, ноги заплетались.

– С людьми нельзя по-хорошему, – отчётливо произнёс он. – За хорошее… бьют. Надо бить первым, всегда.

Летиция сглотнула. Ей стало по-настоящему страшно.

– Я поняла, – ответила она мягко и улыбнулась, стараясь не показать испуга. – Пожалуйста, иди домой. Я скоро приду. Мне тут надо доделать кое-что.

Целую секунду, совершенно ужасающую, ей казалось, что Белый рявкнет в ответ. Но он кивнул, отступил на шаг, шатаясь, и исчез. Летти отдышалась, достала телефон.

– Доброй ночи, это Управление Помощи? На моих глазах произошла авария… Да, адрес диктую.

Она дождалась, пока приедут медицинские службы и патруль и только тогда начала подниматься к себе. Впервые лестницы наверх, до двадцать пятого этажа, показались ей такими короткими. Белый не дождался; он уснул на её кровати, беззащитно и открыто разметавшись на одеялах. Многослойные одежды сбоку задрались почти до бедра; пальцы ног у него во сне поджимались.

Летти взяла плед и пошла дремать на диван. Боялась, что долго не уснёт из-за дурных мыслей и страхов, но отрубилась почти сразу – усталость взяла своё.

Утром же раздался звонок.

– Слушаю, – сонно пробормотала в телефон Летиция, судорожно пытаясь сообразить, сколько уже времени.

За окном висела серая хмарь – то ли было ещё слишком рано, то ли на Сити опустился туман.

– Вы меня, наверное, не п-помните, – заикаясь, предположила трубка. – Мы с вами встречались т-только однажды, в лифте… П-перед ассамблеей. Моя фамилия Жермен, я, т-только не смейтесь, п-профессиональный маг. Мы можем встретиться и п-поговорить о д-деле, госпожа д-да Манча? Я хочу, чтобы вы мне написали речь. П-понимаете, у меня есть п-проблемы с заиканием…

Сердце сначала замерло, а затем забилось вдвое чаще. Похоже было, что вселенная не только услышала просьбу послать консультанта по оккультным вопросам, но и не замедлила её исполнить.

Встречу назначили на улице Хризантем, недалеко от делового центра.

Белый ещё спал. Летиция чувствовала себя немного виноватой, оставляя его одного, но с другой стороны хорошо понимала: возможно, потом шанса поговорить с господином Жерменом с глазу на глаз и не представится. Она немного успокоила свою совесть, поставив у изголовья кровати бутылку с подкислённой водой; оставлять лекарства не рискнула, побоялась, что гость, явно чуждый достижений цивилизации, превысит дозировку.

«В конце концов, я ненадолго, – успокаивала себя Летти, сбегая вниз по лестнице. – Наверняка вернусь до того, как он проснётся».

Между десятым и одиннадцатым этажом поджидала засада. Несмотря на ранний час, Умберто Физзел уже начал обход своих владений и прицепился к кому-то из персонала. Видимо, он пребывал не в самом радужном настроении; его поучения и упрёки разносились далеко по лестничной клетке, и от сварливых интонаций даже совершенно невиноватому человеку хотелось вжать голову в плечи и забормотать извинения.

– Ненавижу скандалы, – пробормотала Летиция, нервно одёргивая пиджак, и с некоторой опаской вызвала лифт. – Вот только бы не застрял… и не остановился на неправильном этаже.

Пока она ждала лифта, Физзел внизу слегка выдохся и дал второй шанс оправдаться. То была женщина. Говорила она тихо, но горячо, с умоляющими нотками.

– Берто, я тебя прошу! Мы ведь не чужие люди!

– Ещё раз вспомнишь о нашей общей ошибке – и вылетишь отсюда в мгновение ока. Радуйся, что я вообще дал тебе работу.

– Наш сын – не ошибка!

– Этот слабоумный ко мне отношения не имеет! Слушай, если мне хоть одна жилица снова пожалуется, что ты её запугиваешь из-за своей дурацкой ревности…

«Дора? – с лёгким ужасом узнала Летиция женский голос. Створки лифта дзынькнули, расходясь. – А разве она не кузина Физзела?»

В кабинке позёвывал сосед с пятнадцатого этажа, несколько угрюмый и неразговорчивый; он кивнул в знак приветствия и отвернулся, поправляя портфель под мышкой. Вероятно, соседская удача перевесила невезение Летти, и свежеотремонтированный лифт спокойно добрался до холла.

«Что, правда? – пронеслась мысль. – Не застряла? Не столкнулась ни с кем неприятным? Тут где-то должен быть подвох…»

Но время шло, а несчастливые случайности так и переминались за углом с ноги на ногу, стесняясь подойти ближе. Троллейбус подъехал почти сразу, да и пробка по дороге попалась только одна, немного не доезжая до улицы Тюльпанов. Правда, Летиция пропустила свою остановку, но исключительно потому, что постоянно возвращалась мысленно к услышанному обрывку разговора.

«Значит, когда-то Дора встречалась с Физзелом, – думала она, рассеянно глядя в окно. Дворничиха в ядовито-зелёной робе чистила газон от окурков и обёрток; вокруг скакала собачонка, пытаясь поймать грабли. – И у них общий ребёнок… Чудеса».

Потом троллейбус остановился, и внезапно выяснилось, что это уже не улица Тюльпанов и даже не улица Хризантем, а Сиреневая площадь. Бранясь вполголоса на собственную невнимательность, Летиция припустила дворами, но всё равно, конечно, опоздала на встречу. Господина Жермена это, впрочем, нисколько не смутило. Он, как и договаривались, ждал на скамейке под цветущим каштаном. Полноватый, весь в чёрном с головы до ног, со смешными торчащими усиками – его действительно сложно было не узнать. В одной руке у него был томик в тёмном переплёте, а другой он, не глядя, крошил булку с маком на брусчатку. Вокруг толпились и курлыкали голуби, едва ли не по головам друг у друга ходили; серая одноглазая ворона, как самая умная, сидела на лавке, на расстёгнутом дипломате, и время от времени прицельно клевала булку, не дожидаясь подачек.

– А вот и вы! – заулыбался господин Жермен ещё издали. – Хорошо выглядите, госпожа д-да Манча.

– Спасибо, – улыбнулась она, присаживаясь рядом. Голуби, сначала разлетевшиеся в стороны, вновь начали подбираться ближе, заинтересованно курлыча: потенциально набитые желудки для них явно были важнее опять-таки потенциальной опасности. – Если вы не против, давайте перейдём сразу к делу. Почему вы обратились именно ко мне?

– Сложный вопрос, г-госпожа да Манча, – вздохнул он и бросил булку на асфальт. Ворона тут же позабыла свои аристократические замашки и спикировала в курлыкающую массу. – У меня д-довольно много п-проблем. С к-клаустрофобией ещё можно смириться, но заикание… Вы бы д-доверили свою судьбу заикающемуся магу?

– Нет, – честно призналась Летиция. – Но и не заикающемуся тоже. И даже не магу бы не доверила.

– Разумно, – согласился он. – Я взял на себя смелость использовать часть фраз, к-которыми вы отвлекали меня в лифте, во время п-публичного выступления. И я п-почти не сбивался. Чутьё говорит мне, что это не совпадение, а чутью я п-привык д-доверять: я именно п-потому и разбогател, что умел отличить золотую монету от солнечного зайчика на полу. К-как насчёт сделки? Будете п-писать для меня речи и репетировать со мной в-выступления? Я хорошо заплачу.