Режим бога 3 - СКС

Когда объявили моего соперника: "Николай Ершов, 1961 года рождения, Москва" — в сонном зале началось оживление, послышался одобрительный гул и даже раздались нестройные хлопки. Ну, как-никак, СВОЙ — земляк!

Высокий поджарый парнишка, с заметным темным пушком над верхней губой, пролез под канатами и занял свое место в синем углу ринга.

— Виктор Селезнев, 1962 года рождения, Ленинград… — объявил диктор.

"Уууууу! Аааааа! Оооооо!" и дружные аплодисменты десяти человек стали моим скромным уделом, зато привлекли к моей персоне внимание остального зала.

Типа, кому это там?!

Ну, вот получите и распишитесь…

Я поднялся по трем ступенькам к канатам, назад не оглядывался, но верил, что Леха Ретлуева придержит. Как и договаривались…

Мое сальто вперед, через канаты заставило зал охнуть и замолчать.

А ПОТОМ ОБРАДОВАННО ЗАУЛЮЛЮКАТЬ, ЗАСВИСТЕТЬ И ЗАХЛОПАТЬ!!!

Ну, не мне упускать такую возможность! Я вальяжно вышел на центр ринга и, приложив правую перчатку к сердцу, поочередно поклонился "на все четыре стороны". Потом приветственно помахал, "случайно", в сторону гостевой трибуны, "озаряя" зал, скопированной у Лады, улыбкой!

Успел заметить — Щелоков с Чурбановым смеялись…

«Процесс пошел, процесс пошел, процесс пошел…» — в голове навязчивым рефреном крутилась цитата из "репертуара" одного далеко не лучшего представителя человеческого рода…

Яркий свет заливал ринг и зал явно взбодрился, в надежде увидеть что-нибудь пооригинальнее предыдущего зрелища. Диктор, тем временем, представлял соперников:

— Николай Ершов, 1961 год рождения, Москва, спортобщество "Трудовые резервы". Боксом занимается пять лет, у него второй взрослый разряд. Всего Николай провел 25 боев: 22 победы, из них в одиннадцати поединках победа одержана досрочно.

Заинтересованный зал послушал информацию и доброжелательно похлопал.

— Виктор Селезнев, 1962 год рождения, Ленинград, спортобщество "Динамо". Боксом занимается три с половиной года, у него первый юношеский разряд. Всего Виктор провел 15 боев, во всех пятнадцати победу одержал досрочно.

По залу прокатился "предвкушающий" гул, который догнали довольно дружные аплодисменты.

Несколько шокированный, я обернулся к Ретлуеву. Капитан ответил мне невинным взглядом, который сменила кривая ухмылка:

— Семь бед — один ответ… Пусть заранее боятся…

«Ну, заранее, так заранее…»

Рефери в полосатой как тюремная роба рубашке, сделал приглашающий жест и стал заученно излагать нам правила.

Его бубнеж я пропускал мимо ушей и с интересом разглядывал своего сегодняшнего противника.

Соврал Ретлуев, ростом москвич повыше меня, а вот вес, скорее всего, такой же. Посуше. Взгляд спокойный, а вот на щеках нервный румянец. От меня глаза отвел — смотрит на рефери.

«Извини, парень… Ничего личного.»

— Понятно… — хором ответили мы на традиционный вопрос рефери и разошлись по своим углам.

Гонг!

Мой соперник с первых секунд, "без раскачки", принялся претворять в жизнь свой план на бой. Легко "скача на полусогнутых", он сразу обозначил желание удерживать меня на дистанции и, обстукивая джебами, за счет хорошей технической оснащенности выиграть бой по очкам.

Я же первоначально планировал явить миру русского "Тайсона"! Типа, выйти и раскатать соперника "асфальтовым катком". Возможно, даже первым ударом… К тому же , в памяти были еще живы те неприятные секунды, которые я испытал, когда наблюдал за вторым боем Мисюнаса. Тогда, в отличие от своего первого поединка, он просто вышел и за полминуты сначала забил соперника тяжелыми ударами в угол, а потом, там же, его и "уронил".

Ну, а я все предполагал сделать еще эффектнее! А потом… передумал. За завтраком… Пока все смеялись над моими анекдотами. Просто подумал, а было бы моим сотрапезникам так же весело и непринужденно, если бы, за пять минут до этого, "милый шутник" кого-нибудь "забил и уронил", на их глазах? Вряд ли…

Почти весь первый бой я пробегал от соперника, а перед вторым — явно, сильно нервничал. Короче, тут меня любили, мне сочувствовали, за меня болели, а где-то даже и жалели…

А теперь представим, что будут чувствовать Щелоков и Чурбанов, когда увидят, как я мощными ударами "выбиваю дух" из несчастного подростка. А потом еще вспомнят, что я завалил трех взрослых уголовников… Уютно им будет в дальнейшем со мной общаться? Или они будут постоянно непроизвольно помнить, что я и им могу залепить в челюсть?!

Вот, то-то и оно…

Поэтому я решил, для начала, придерживаться тактики своего второго боя и импровизировать уже по ходу, в зависимости от обстоятельств.

Сказано — сделано…

Раскачивая корпусом, я легко проходил джебы москвича и, выйдя в ближнюю дистанцию, обрушивал град быстрых, но несильных ударов ему по корпусу и в защиту. А затем, моментально разрывая дистанцию, безнаказанно уходил.

За первый раунд, этот "номер" у меня прошел раз пять, под радостное улюлюканье истомившегося зала и истошные тренерские вопли из "угла" моего соперника.

Под конец раунда, москвич, наплевав на всю свою первоначальную осторожность и видя, что мои удары особого ущерба ему не наносят, рванулся вслед за мной и попытался достать мою голову размашистым крюком справа.

Я быстро согнулся, пропуская "подарок" над головой, а инерция "всей дури" повлекла соперника вслед за собственным ударом… Он налетел на согнувшегося меня, я шустро подсел еще больше и тут же стал выпрямляться.

Закончилось все в строгом соответствии с законами физики. Так-то парень может и смог бы удержаться на ногах, но поскольку я сначала подсел под него, а потом начал вставать, то он перевалился через меня и распластался на канвасе, как раздавленная лягушка!

Гонг…

Под гогот, свист и возбужденно-радостный ор зала я стою в своем углу и рассматриваю "окрестности".

Щелоков, Чурбанов и еще группка каких-то товарищей важного вида оживленно обмениваются впечатлениями, улыбаются и, по ходу обсуждения, даже периодически размахивают руками.

В углу соперника, нервного вида дядька, что-то настойчиво орет парнишке прямо в лицо.

«Дебил…»

На трибуне моя "группа поддержки" вскочила на ноги и оживленно общается между собой. Стоит даже дед! Заметив, что я смотрю в их сторону, "группа" начинает мне махать и что-то кричать. Слова тонут в общем шуме зала, но я поднимаю руку в ответ, что вызывает новый приступ энтузиазма!

Ну, "ессесно", у всех, кроме Альдоны… Та, хоть и стоит, но с совершенно безразличным видом. На ее фоне, подпрыгивающая от возбуждения маленькая фигурка Розы Афанасьевны смотрится особенно забавно!

— Все правильно делаешь… Но будь внимательней… он сейчас получил нагоняй от тренера и бросится вперед, — настойчиво втолковывает мне Ретлуев, — остуди по печени или в голову… раз