Пилот вертолета - Марина Рябченкова

— Да ни че… — ответил тот, что с гнусавым голосом.

— Тогда пошли мы?

— Проиграться торопишься?

— Да че сразу проиграться… Сглазишь же!

— Да иди уже! — отмахнулся.

Сказано было одному, а пошли четверо сразу.

— Эй-ей… А девка-то! — им в спины проорал гнусавый. — Игорек — назад!

Со мной в сопровождении остались двое, провели меня через хорошо освещенные лесные тропы к навесу с игроками в карты перед входом в туннель, с Петькой с его несчастной гитарой и костром. Привалившись к деревянной балке навеса, за мной наблюдал мужик в рваной шапке, крепкий и бородатый. К прутьям клетки за костром примкнули узники — Командир и Валера.

Не могла оторвать от них взгляд.

— Друзья? — закинул руку мне на плечо бандит с гнусавым голосом, и я пошатнулась.

— Руки убери! — сверля бандита взглядом, по ту сторону клетки предупредил Валера. Без экипировки и оружия, босой, стоял в штанах и майке.

— Твоя, что ль? — усмехнулся негодяй, убрав руку с моего плеча.

Валера не шелохнулся. Смотрел с вызовом. Бандит нагло начал подходить к клетке, и тогда рядом с Валерой грозной фигурой встал Командир, намекая, что дело придется иметь с обоими.

— Стой, — сурово предупредил Петька — молодой и крепкий парень у огня, весь в боевых шрамах. Бандит с наглым взглядом зло посмотрел на него. — Вчера он из тебя чуть дух не выбил, когда ты к клетке подошел. Опять хочешь мордой в прутья?

Выходит, ассиметричным лицо бандита было не из-за больных зубов, а потому что с Валерой накануне имел дело.

— Пасть закрой, сопляк! — прогнусавил.

— А ты от клетки отойди. Меня ж вместо тебя из-за этого стеречь поставили. Не можешь ты, это… не нарваться.

Гнусавый воинственно двинулся к парню у костра, когда в его кармане затрещала рация. Недовольный, остановился и рявкнул:

— Чего?

«Тебя Бравый вызывает».

— Сейчас?

«Васек, не тупи!».

Решительность Васька рваться в бой заметно поутихла, особенно теперь, когда Петька под два метра ростом вытянувшись над костром сжимал кулаки.

— Тебе повезло, мудило! — сквозь зубы гнусаво процедил Васек и пошел к джипу.

Петька снова сел, а мужики под навесом чуть не задохнулись от смеха.

— Эта че? — показал на меня бородатый, когда Игорек, что вместе с Васком привел меня сюда, пошел пятым игроком в карты.

— Бравый пока не распоряжался… Пусть здесь сидит, — ответил Игорек.

— В клетку посади.

— Да куда она денется, — отмахнулся. — Мрак вокруг. Темные повсюду.

— Ты с нее хоть бы наруч снял, — вклинился в разговор Петька.

— А вот это правильно, — согласился Игорек. Вернулся, сняв с меня не только наруч, но и куртку.

— На кой черт тебе понадобилась? — удивился бородатый.

— Продам.

Итак, я стояла в нескольких шагах от костра. По левое плечо навес с пятью игроками в карты, а по правое — Командир и Валера в клетке. У костра сидел смотрящий за клеткой Петька.

— Где остальные? — тихонько спросила я у Командира.

Тот взглядом показал куда-то за деревья, а потом упрекнул:

— Ты о чем думала?

— Думала, что у меня был обалденный план.

— Что пошло не так?

— Их план оказался лучше.

Подслушивающий Петька ухмыльнулся.

Прошла минута, за ней другая. Без куртки в прохладный вечер начинала порядком замерзать, и подошла к костру, чтобы согреться. Смотрящий в огонь Петька взялся за гитару. Только провел рукой по натянутым струнам, сразу прогремел злой голос из-под навеса:

— В щепки разнесу!

Парень матерно выругался, что-то пробубнив про скуку, но все же отложил инструмент и с битым чайником пошел к канистрам за навесом. Узрев в том безрассудную возможность устроить суматоху, я взяла гитару и без шума поставила ее в огонь, но это не кстати заметил бородатый. Пошел на меня из навеса, а я затрусила.

— Ах ты, собака! — крикнул Петька. Отшвырнув чайник, бросился на бородатого, решив, что гитару в огонь положил он. Тот и сказать ничего не успел, как получил удар по челюсти.

Этого я и добивлась. Бородатый не успел сказать, что видел, поэтому все вышло хорошо.

— Эй-эй, парень, остынь! — заступился за бородатого игрок в карты.

Зря! Петька, детина под два метра ростом с огромными кулачищами, бросился и на него тоже. Разнимать мужиков пошли остальные.

Не теряя времени, я сняла большой металлический ключ с навеса. Сломя голову перебежала к клетке, и провернула ключ в замке.

— Остаемся на местах до темноты, — шепнул Командир, придержав прутья, чтобы сохранить видимость запертых дверей. А это значило, что ключ нужно вернуть на место.

Побежала обратно, когда мне на перехват пошел красный и злой Петька.

— Ты бросила гитару в огонь? — показал на меня пальцем, не увидев ключа в моей руке.

Бородатый с разбитым лицом, скрючившись на земле в неестественной позе, протянул с трудом:

— Да она, она…

На меня пошел Петька, сжав кулаки. Валера дернулся, чуть было не распахнув дверь клетки, но его остановил Командир и шепнул строго, взглядом показав на приближающийся армейский джип. Петька тоже обернулся. Когда джип Командира остановился у костра, из окна высунулся довольный Васек.

— Ее Бравый ждет, — сказал он Петье, с весельем в глазах оценив последствия потасовкие. А когда увидел догорающую в огне гитару, в голос рассмеялся.

Петька плюнул мне в ноги, жестом велев лезть к Ваську в джип. Растеряно обернулась к Командиру с Валерой и села. Что ж, они дождуться темноты и выберутся, а что будет со мной?

Васек ударил по газам и армейский джип с пробуксовкой сорвался с места.

Если с высоты возвышенности трехногих хижин за стеной насчитывалось не больше дюжины, то в глубине леса их было по меньшей мере около тридцати. Хижины сообщались между собой узкими веревочными мостами. По ним, с фонарями в руках ходили люди. В каждой хижине горел свет.

Повсюду полыхали костры.

Васек привез меня к трехногой хижине, что заметно отличалась от других: не кривая, ни косая, была шире и больше, а главное, у нее была удорбная деревянная лестница, в то время как в других хижинах имелась только веревочная.

— Двигай! — Васек толкнул меня в плечо, и я шагнула к лестнице в два пролета. На перилах пролетов