Чудотворцы - Саймон Рич

Сэм прикинул, что такими темпами он и весь день без штанов прощеголяет. Он заглянул в спальню и прихватил оттуда свои мятые вельветовые брюки. Сэм хотел было надеть их к обеду, но в штанах оказалось неудобно и тесно. Так что он швырнул их на пол и пожал плечами – все равно глазеть на него некому.

* * *

– Ну, – заключила Элиза, – кажется, девушкой тут и не пахнет.

– Это уж наверняка, – согласился Крейг.

– А что он смотрит?

Крейг увеличил изображение на экране телевизора Сэма.

– «Очень странные тела». Программа о людях с физическими дефектами.

– А получше ничего не нашел?

– Да просто крутят сейчас одну тягомотину. Выходные же. Нормальные люди по выходным дома не сидят, телевизор не смотрят.

Элиза с отвращением покачала головой.

– Когда он в последний раз выходил из дома?

Крейг нажал «×50», и они посмотрели выходные Сэма в обратной перемотке. Он вытащил изо рта кусочки тандури, вернул их в контейнеры и быстро запихнул обратно в сумку. Подбежал к входной двери, протянул еду Раджу, забрал свои деньги.

– А можно еще быстрее?

Крейг нажал «×500», и действие резко ускорилось. В квартире Сэма стало светло, потом темно и снова светло: за окнами прыгало мячом солнце. С багета в кухне сошли зеленоватые пятна плесени, он вернул себе прежнюю форму и опять стал съедобным. А вот Сэм все это время пролежал трупом на футоне. За исключением похода в аптеку, он не выходил из дома уже три дня.

– Между их домами даже полумили не наберется, – сказал Крейг. – Он всего в шести кварталах от Лоры.

– А кажется почему-то, что за тридевять земель.

Крейг промотал к настоящему моменту и нажал на воспроизведение. Сэм на экране уронил на грязный дощатый пол лепешку. Помедлил немного, выглянул в окно, проверяя, не смотрит ли кто, и быстро сунул кусок в рот.

– Фу-у, – протянула Элиза. – Вот поросенок.

– Мне кажется, ты слишком строга к нему, – сказал Крейг. – У него явно в жизни черная полоса. Но многие его ровесники чувствуют себя не в своей тарелке. Сама видишь, парню всего двадцать три.

– А знаешь, кому еще было двадцать три? Александру Македонскому, когда он завоевал весь известный ему мир.

– Слушай, ты несправедлива.

– Почему? Они одного вида, одного пола, одного возраста. Даже внешне чем-то похожи.

Элиза перехватила мышь Крейга и открыла Сервер. Набрала в поисковой строке: «Александр Македонский – 23 года». На экране появился македонский завоеватель с мечом в руке. У его ног плакали от испуга десятки взятых в рабство людей.

– Не понимаю, что ты пытаешься доказывать, – буркнул Крейг.

Элиза открыла окно с Сэмом в Манхэттене наших дней и подтащила его к окну с двадцатитрехлетним Александром. Они действительно были очень похожи. Крепко сложены и примерно одного роста – около ста семидесяти пяти сантиметров. Александр был чуть более мускулист, особенно в плечах. У Сэма были ровнее зубы. Ни один из них на красавчика не тянул.

Элиза и Крейг молча сидели перед компьютером, сравнивая двух мужчин.

В левой части экрана Александр указывал на случайных рабов, предоставляя фортуне решать, кому из них умирать.

В правой части экрана Сэм рылся в Интернете в поисках порно.

– Ну ладно, – сказал Крейг. – Допустим, Сэм не так уверен в себе, как Александр. Что с того? Даже если он последний трус, все еще может получиться.

– Это как же?

– Ну, на дворе две тысячи двенадцатый. Мужчина не обязан делать первый шаг. Мы еще не видели, как дела у Лоры. Может, хоть она не такая…

– Жалкая.

– Я хотел сказать «замкнутая»… Но да.

Он нашел квартиру Лоры и увеличил изображение.

– Посмотрим, что тут у нас.