Поступь Хели - Ирина Итиль

– Я увидела, как Брон вылезает из воды.

По лицу сварты, освещенному лунным сиянием, пробежала гамма эмоций, но она справилась с собой и вкрадчиво переспросила:

– Брон. Вылез из воды, да?

– У меня не было особого выбора, – неохотно оправдывалась Локи. – Но теперь Тобиасу станет легче.

– И он решит подать сигнал своим дружкам из «Ока».

– Нет, он не нарушит слово.

– С чего ты взяла?

– Ни с чего, просто верю, что гейсы для него что-то значат. Я ведь поверила тебе, Даану.

Сварта поджала губы и промолчала.

– Так что подождем, когда Тобиас очнется, – продолжила Локи.

– А наши друзья-преследователи? Уж они-то лучше знают, где тут ферма, – не удержалась Даану.

– Придется рискнуть. Выбора нет. Но будьте начеку. Кстати, Ки. Это не та ферма, о которой говорил Райдер?

– Она находится дальше, чем он указал, – пожал плечами турс. – Может, он ошибся?

– Это место не похоже на то, где любят принимать гостей. Тем более таких, как этот Райдер, – фыркнула Даану.

– Райдер довольно странный мужик. Он… себе на уме. Хочет казаться простым и понятным, но это не так.

– Дождемся утра, – подытожила Локи, отчаянно зевая.

Она не поняла, когда заснула. Вязкий, душный сон накрыл, как осенний туман. Она долго пробиралась сквозь метель, выбивалась из сил, падала, поднималась. Из-за снега она не видела, куда идет, но четко знала, что совсем рядом горит костер, где она сможет обогреться и отдохнуть. Увязнув в снегу, она бестолково барахталась, в отчаянии понимая, что если не выберется, то умрет здесь. Костер был так близко… Снег растаял. Огонь пылал как тот, что традиционно зажигают в праздник середины лета – до самых небес. Жар дохнул в лицо. Пламя стало нестерпимо ярким, таким, что Локи прикрыла глаза. И тогда ослепительная фигура словно вышла из пламени, и протянула к ней руки, и ласковым шепотом приказала проснуться.

Следующие несколько дней прошли словно в тумане. Они о чем-то говорили, что-то ели, что-то делали, но Локи не могла вспомнить, что именно. К тому же где-то на краю сознания маячило, что очки истины и катары она отдала Моркант. То ли измученный разум перетрудился, то ли тело перестаралось, но все казалось каким-то вязким и мутным, будто илистое темное дно реки. Впрочем, разговоры о воде и рыбе были единственным, на что она могла ориентироваться. В первый день Брон рассказывал о щуке. Как выслеживать, на что ловить, как приманивать, как хранить и готовить. Потом был судак. Целый час о судаке. И, наконец, яскона, рыба, которая обитала только в Семиозерье на самом дне, всплывала вдохнуть воздуха редко, кормилась еще реже, а уж размножаться и не думала. Ночами Локи мучили сны про костер и таинственную фигуру, призывающую ее проснуться, но она все чаще оставалась там подольше, потому что явь стала походить на сон, а сон становился реальностью.

– Ты должна проснуться, – гнула свое огненная фигура. – Они хотят задержать вас. Проснись.

– Но как? – Во сне рот не открывался, слова просто возникали. – Я не могу, я в ловушке.

– Отражения, – отвечала фигура.

Локи очнулась в день после разговора о ясконе, добрела до ванной, плеснула водой в лицо, взглянула на себя в зеркало и поняла: чего-то не хватает. В ее лице что-то было неправильным, что-то не принадлежащим ей. Рыжая… почему она рыжая? Ее волосы всегда были цвета яркого золота, а глаза – как серое грозовое небо. Это отражение было неправильным, она должна взглянуть на себя настоящую. Схватившись за голову, она шумно всхлипнула, выскочила босиком из дома, не встретив препятствий, и долго-долго, до боли в боку бежала. Запнувшись, Локи растянулись в высокой траве, отдышалась и поползла на запах гнилого тростника и воды. Не раздеваясь, она зашла в воду и почти сразу провалилась до колена, выдернула ногу из мягкой почвы, сделала шаг, и еще шаг. Когда вода достала до подмышек, Локи поняла, что она не одна здесь. В зарослях стояла и Даану. Черные волосы облепили лицо, оно бледно светилось. Они нашли лодку-плоскодонку и криво, как получалось, догребли до середины, до небольшого лесистого острова. Девушки молча отложили весла, посмотрели друг на друга, а затем взглянули вниз, в черную бездну, в которой отражались звезды.

Вода забурлила, пошла пузырями, что-то темное промелькнуло внизу и мгновенно исчезло. Огромный угорь, гибкий, серебристо-серого цвета Утгарда, обвил хвостом ненадежную лодку и игриво качнул так, что она хлебнула воды. Локи взмахнула руками и рухнула в темную глубину. Но напоследок увидела отражение самой себя посреди мириада звезд. Дышать было нечем, вода отнимала силы. А затем холодная сияющая рука зачерпнула Локи и вытащила на поверхность. Она закашлялась и дышала, дышала, дышала…

Женщина-дух осторожно положила ее на берег, в траву, рядом с еле живой Даану и снова стала угрем.

– Постой! Кто ты?

«Отпустите меня!» – тихий, но четко слышимый шепот.

– Но тебя никто не держит!

«Я хочу уйти. Хочу заснуть и снов не видеть. Их слезы мучают меня и не дают заснуть».

– Я не понимаю…

Но угорь не ответил. Напоследок хлестнул хвостом – и исчез, оставив после себя иней на траве. Ватная тишина взорвалась какофонией ночных звуков.

– Х-хозяйка озера дала нам оружие, – Даану хрипло раскашлялась, протягивая ржавый скрамасакс.

Локи рассмотрела кинжал и вернула сварте. С девушек ручьями стекала озерная вода, прохладный ветер забрал остатки тепла, и Локи застучала зубами.

– Нас чем-то опоили. Ведьмина трава, если я понимаю. Но зачем? – Даану принялась отжимать волосы.

– Задержать, – мрачно пояснила Локи.

– Хель в гриву эту биргиру! Как мы могли так глупо попасться? Турс сразу сказал, что они какие-то странные…

– Это моя вина.

– Еще чего! – Глаза сварты вспыхнули. – Мы все хороши: устали, расслабились, а еще этому хельхейм помощь нужна была, а карта…

Она умолкла и пораженно уставилась на Локи.

– Карта Райдера…

– Это хелева ловушка! – ахнула Ангейя.

Вокруг них сомкнулась ледяная тьма, высасывая воздух и тепло. Локи пыталась вздохнуть, но не могла. Перед глазами все поплыло. Она краем глаза увидела, как Даану пытается скрыть кинжал Хозяйки озера, пошатнулась и упала, соскальзывая в темноту.

Тело не слушалось. Тяжелые веки не хотели открываться, а грубые голоса доносились словно из-под воды. Ее вздернули на ноги, усадили на стул и крепко привязали. Чуть приоткрыв глаза, она сквозь мокрые рыжие лохмы увидела, как рядом привязывают Ки и справа от него Даану. До оружия было не дотянуться. Они были беспомощны.

– Очнулась, – заключил до боли знакомый голос. Крупная ладонь с рунами «наутиз» на