Скайгард - Дмитрий Воронин

— Лена, к турели! — приказала Катя. — Боевой режим.

Правила были просты. Пока корабль находится в обычной, не представляющей угрозы обстановке, уместны шутки, перепалки или споры. Но в боевом режиме все на борту подчиняются приказам капитана. Безоговорочно. Леночка послушно поднялась по узкой лесенке и заняла место у консоли управления счетверенным излучателем, самым мощным орудием «Маргаритки». Ее чип подключился к системе контроля, стволы лазеров дернулись, отрабатывая тест. Прямое сенсорное управление вооружением считалось наиболее перспективным, ни один капитан не откажется от стрелка с инфочипом. В реальном бою доли секунды решают многое.

Опыта управления турелью у Лены было не так уж много — Катя тренировала ее при каждом удобном случае, заставляя расстреливать небольшие астероиды во время патрулей, но до настоящего мастерства было еще далеко. Сегодня Леночке предстояло продемонстрировать все свое умение.

— Девочки, пристегнитесь! Катя затянула ремень безопасности, проверила, не стесняет ли он движений. — Снежка, всю мощность на щиты.

— Выполнено.

— Лена, стрелять только тогда, когда будешь уверена в столкновении.

— Поняла.

— Входим в облако. Приготовиться…

Первый камень, совсем небольшой, коснулся силового поля — и вспыхнул, разлетевшись быстро гаснущими искрами. За ним последовал второй, третий… Протяжно свистнул излучатель, четыре иглы ослепительно-желтого огня врезались в огромный обломок, разбив его в щебень, но большая часть этой каменной мелочи тут же вспыхнула, сгорая под ударом разрушительной энергии щита.

— Мощность щита — 98 %.

«Маргаритка» медленно ползла вперед. Катя проклинала неповоротливость своего кораблика, но ничего с этим поделать не могла — штурмовики во все времена не отличались высокой маневренностью. Зато она могла положиться на защиту… пока еще могла.

— Мощность щита — 97 %.

— Лена, стреляй, я не могу уклониться!!!

Серия разрядов расплескалась о темную поверхность астероида метров пятнадцати в поперечнике. Слишком большой камень, чтобы легко поддаться лазеру…

— Выпускаю ракету! — сообщила Леночка, не дожидаясь приказа. Астероид надвигался прямо на корабль, и не было никаких сомнений: если столкновение произойдет, от «Маргаритки» останется только груда искореженного металла. Полутораметровая сигара выскользнула из пускового аппарата и умчалась к цели. Спустя десять секунд полыхнуло пламя разрыва. Сразу же заговорила пушка, дробя наиболее крупные фрагменты развалившегося на куски астероида. И все же большую часть камней принял на себя лобовой сектор защитного поля штурмовика…

— Падение мощности щита! Пальцы Снежаны мелькали над пультом с немыслимой скоростью, перераспределяя энергию генераторов. Здесь компьютер серьезной помощи оказать не мог, требовалась интуиция оператора, в совершенстве знающего свой корабль. — Фронт 42 %… Еще одна такая встреча, и нам конец.

— Отступаем? — послышался голос Леночки.

— Вот еще! — прорычала Катя, отжимая штурвал и увертываясь от встречи со «старшим братцем» только что расстрелянного астероида. — Прорвемся…

Теперь излучатель бил непрерывно, щедро растрачивая энергию и заливая пространство вокруг вспышками разрывов. Стрелок вошла во вкус, сжигая любой камень, потенциально представляющий угрозу. Время от времени в ход шли ракеты… но их следовало экономить, на борту «Маргаритки» их было всего три дюжины, из них шесть в ЭМП-модификации, предназначенные для прерывания работы ГР-привода.

— Вижу проход! — сообщила Катя, уводя штурмовик от очередного столкновения. — Относительно чистый участок… метров шестьсот. Сколько до цели?

— Чуть больше километра, — немедленно отозвалась Снежана. — Но щиты на пределе.

— Переждем.

Массивный штурмовик завис в пространстве. Мощность защитного поля медленно восстанавливалась… здесь было относительно безопасно, и лишь редкие обломки рассыпались искрами, коснувшись потрепанных щитов. Небольшой, размером с ноготь, шар далекой звезды Альсафи давал слишком мало света, и окружающее пространство казалось напитанным тяжелой, густой тьмой. Прожекторы корабля словно бы вязли в этой мгле, лишь время от времени выхватывая из небытия тот или иной тусклый каменный обломок.

— «Маргаритка» вызывает «Скайгард-7».

— Шеденберг на связи. Докладывайте, капитан Шелест!

— Мы прошли две трети пути.

— Обстановка?

— В пределах допустимого, — буркнула Катя. — Как там Карел? Я не могу связаться с ним.

— Он в порядке. Прибыл «Шмель», взял его на буксир. Часа через три будут на станции.

— Слава богу…

— Шелест, вы уверены, что сумеете добраться до «Корсара»?

— Я ни в чем не уверена, полковник. Но шансы есть.

«Корсар» выглядел ужасно: два из трех двигателей были полностью уничтожены, борта зияли пробоинами. В целом корабль напоминал порядком смятую консервную банку. Прожектор «Маргаритки» скользил по изуродованной броне, и девушки, затаив дыхание, ждали ответной реакции. Если Карел не ошибся, если в этом железном гробу кто-то уцелел, боже, сделай так, чтобы они могли подать знак!

И ответный сигнал появился.

Один из навигационных прожекторов корабля вспыхнул, несколько раз неуверенно мигнул, а затем зачастил короткими и длинными вспышками.

— Они передают SOS, — сообщила Катя, единственная из всего экипажа изучавшая азбуку Морзе, предмет для летного состава обязательный. Правда, с того времени прошло уже немало лет, от знаний, ни разу не примененных на практике, давно остались одни воспоминания.

— Ясное дело, — хмыкнула Снежка. — Что они еще могут передавать?

Катя включила передатчик:

— «Корсар», это «Маргаритка»! Слышите нас?

Прожектор погас, затем замигал снова. Катя подхватила карандаш и принялась лихорадочно записывать точки и тире. Следовало отдать должное Джаду (или кто там из его экипажа ведет передачу) — с прожектором он работал виртуозно и коды помнил отменно.

— Снежка, цепляйся к бортнавигатору, ищи в его памяти азбуку Морзе и расшифровывай. Лена, будь внимательна: их щиты сдохли, любой камень может стать катастрофой.

В ответ полыхнул разряд излучателя, здоровенный булыжник, идущий опасным курсом, разлетелся в пыль, обломки забарабанили по броне «Корсара», добавляя новых вмятин и дыр. Общими усилиями сигналы перевели в понятный текст. Катя божилась, что заставит всех членов своего маленького экипажа, включая себя саму, изучать морзянку до посинения, и состояние изуродованного гонщика стало более или менее понятным. «Корсар» получил несколько серьезных повреждений, двигатели вышли из строя, энергоустановка накрылась, система жизнеобеспечения приказала долго жить. Пробоины в корпусе привели к полной потере внутренней атмосферы, но, к счастью, экипаж успел влезть в скафандры.