Код доступа - Виктор Корд

Каждый разрез сопровождался выбросом эфира — система сопротивлялась, не желая отдавать свой главный процессор.

— Он тяжелый! — крикнула она сквозь скрежет металла. — Килограмм пятьдесят, не меньше! И он горячий!

— Клин! Бери Модуль! — скомандовал я, не прекращая огня по двери. — Бойцы, плотный заградительный!

Дверь серверной начала выгибаться внутрь. Металл стонал, на нем проступали очертания когтей. Твари за дверью работали слаженно, как рой, вскрывая обшивку слой за слоем.

Клин подскочил к цилиндру. Сержант крякнул, взваливая дымящийся агрегат на плечо. Его экзоскелет на ногах жалобно взвыл сервоприводами, компенсируя вес.

— Взял! Куда тащить?! Выход заблокирован!

Я подбежал к огромному обзорному окну, выходящему во внутреннюю шахту реактора. За бронестеклом, в кровавом тумане, пульсировало Оно. Объект 001. Гигантская биомасса, висящая в пустоте.

Пути назад, через коридоры, не было. Там нас ждала мясорубка.

Значит, только вперед. В бездну.

— Отойдите!

Я выхватил «Медведя» и, не жалея патронов, разрядил весь магазин в крепежные болты массивной рамы окна. Бронебойные пули с вольфрамовым сердечником крошили крепления.

Затем я разбежался и ударил ногой в центр стекла. Усиленный нейросетью удар — две тонны кинетической энергии.

Тяжелая рама с грохотом вывалилась наружу, улетая в темноту шахты.

В лицо ударил горячий ветер, пахнущий озоном, гнилым мясом и радиацией.

— Тросы! — скомандовал я. — Цепляем карабины за балку!

У каждого из нас на поясе была система экстренной эвакуации — лебедка с тонким мономолекулярным тросом. Мы зацепили крюки за стальную балку под потолком серверной.

— Прыгаем! Вниз, к уровню ангара! Живо!

Клин, балансируя с Модулем на плече, шагнул в пустоту первым. За ним, зажмурившись, прыгнула Инга.

В этот момент дверь серверной лопнула. В зал хлынула волна биомеханических химер.

— Жрите свинец, ублюдки! — один из бойцов ЧВК, прикрывающий отход, дал длинную струю из огнемета, превращая проход в огненную стену.

— Уходим! — я схватил его за разгрузочный жилет и дернул к окну.

Мы полетели вниз.

Спуск был похож на погружение в ад.

Мы скользили по тросам вдоль стены гигантской цилиндрической шахты. Ветер свистел в ушах.

А в центре, всего в двадцати метрах от нас, висело сердце этого проклятого места.

Объект 001.

Вблизи оно выглядело еще ужаснее, чем через стекло. Это было сплетение искаженной человеческой плоти, корабельных кабелей и гигантских кристаллов маны. Сквозь наслоения биомассы проступало гигантское лицо женщины, искаженное вечной мукой. Её рот был открыт в беззвучном крике, а волосы превратились в щупальца, вросшие в стены шахты.

Когда я поравнялся с ней, её глаз — размером с колесо грузовика — открылся и сфокусировался на мне.

Зрачок сузился.

В голове взорвалась сверхновая.

[Критический взлом! Ментальный барьер разрушен!]

[Прямое нейро-подключение…]

Время остановилось. Я висел на тросе в пустоте, а вокруг меня разворачивались картины чужой памяти. Я перестал быть Максимом. Я стал Ей.

…Ослепительная вспышка варп-прыжка. Боль, разрывающая атомы тела. Безумие экипажа, убивающего друг друга. Капитан, стреляющий себе в рот на мостике. И она, Сара, навигатор, которую заперли в реакторе, чтобы её мутировавшее тело питало щиты корабля. Столетия боли. Столетия одиночества. Столетия голода.

«Ты… такой же…» — голос звучал не как звук, а как вибрация в костях, резонирующая с моим имплантом. — «В тебе есть Интерфейс. Ты — Оператор».

— Я не один из вас! — проорал я в пустоту, чувствуя, как из носа хлещет кровь, заливая визор шлема. Моя нейросеть боролась, выстраивая логические стены, но мощь Древней была запредельной.

«Освободи нас… Или умри с нами. Слейся. Стань частью Единого.»

Она не атаковала. Она умоляла. И от этой мольбы мой рассудок трещал по швам.

Щупальца из плоти и кабелей рванулись ко мне от центра шахты. Не чтобы убить, а чтобы соединиться. Воткнуть свои иглы в мой порт.

— К черту! — я выхватил из подсумка последнюю осколочную гранату.

Выдернул чеку зубами.

— Хочешь свободы? Получай!

Я швырнул гранату прямо в огромный, немигающий фиолетовый глаз.

Взрыв в замкнутом пространстве шахты был оглушительным. Глаз лопнул, брызнув кислотной жижей. Монстр взревел — этот крик был слышен не ушами, а разумом. Псионическая волна отбросила меня, ударив о стену шахты.

Трос затрещал, тормоз лебедки задымился.

— Вниз! Быстрее! — заорал я, срываясь в свободное падение.

Мы рухнули на пол ангара.

Это было гигантское помещение, уходящее в темноту. Пол был усеян обломками и ржавыми остовами техники. Сверху, из шахты, вслед за нами начали сыпаться мутанты. Некоторые разбивались, превращаясь в кровавые кляксы, другие, более ловкие, цеплялись когтями за стены и ползли вниз, как тараканы.

[Таймер: 14:00]

— Туда! — Инга, поднимаясь с колен, указала на дальний конец ангара.

Там, на стартовой аппарели, стоял малый десантный катер. Угловатый, хищный, похожий на летающий кирпич, но с целым корпусом.

«UD-4L CHEYENNE». Классика военно-космических сил Земли 22-го века.

Мы рванули к нему. Бег с препятствиями через свалку истории.

Клин бежал первым, неся на плече Модуль, как пушинку, хотя вены на его шее вздулись канатами. Бойцы отстреливались от наседающих тварей, поливая их огнем.

— Задраить люки! — скомандовал я, влетая в кабину пилота.

Инга прыгнула в кресло второго пилота. Её руки заметались по приборной панели, смахивая пыль с сенсоров.

— Он мертв, Макс! Питания нет! Реактор холодный! Топливные ячейки пусты!

— У нас есть батарейка! — я кивнул в сторону грузового отсека, где Клин с грохотом опустил Модуль Терраформирования на пол. — Инга, цепляй Модуль напрямую к силовой шине корабля!

— Ты спятил? — её глаза округлились. — Там напряжение в миллионы вольт! У Модуля другой интерфейс! Мы сожжем проводку!

— Или нас сожрут! Делай! Используй аварийные кабели!

Я подключился к бортовому компьютеру челнока через свой нейро-порт.

Старая военная машина спала сотни лет.

[System reboot…]

[Power source: External. Critical Surge!]

[Warning: Reactor Unstable.]

Корабль содрогнулся, словно получил удар током. Свет в кабине мигнул и вспыхнул аварийным красным. Панель приборов ожила, высвечивая тысячи ошибок.

Но двигатели… двигатели отозвались низким, нарастающим гулом.

— Есть контакт! — крикнула Инга из трюма. — Я закоротила его через ломик! Поток нестабилен, но энергия идет!

Снаружи по корпусу забарабанили когти. Твари облепили нас. Стекло кабины пошло трещинами под ударами костяных лезвий.

[Таймер самоуничтожения: 00:45]

— Держитесь! — я схватился за штурвал. — Взлетаем!

Я вдавил рычаг тяги до упора.