Архитектор Душ VI - Александр Вольт

— Нет, сын, — отрезал Андрей Иванович, и в его голосе прозвучали стальные нотки, которые я помнил с детства (чужого, но ставшего моим). — Того требуют традиции. Да и тем более…

Он замялся, нахмурившись, словно подбирал слова, которые давались ему с трудом. Затем он поднял на меня свой тяжелый взгляд — взгляд человека, который привык отдавать приказы, но сейчас просил прощения. Он положил свою прохладную, сухую руку на мою и крепко сжал.

— Я был не прав по отношению к тебе, Витя, — произнес он тихо. — Все эти годы… я смотрел не туда. Искал не то. Ты заслужил это. Ты достоин быть Громовым. С самого рождения. И я хочу, чтобы все это знали.

В горле встал ком. Это было признание, которого настоящий Виктор ждал всю жизнь и ради которого, возможно, и пустился во все тяжкие, пытаясь доказать свою значимость, пусть и через саморазрушение.

Я покивал головой, принимая его слова.

— Все нормально, отец. Я не держу зла. Правда.

— Может… переедешь обратно в столицу? — вдруг спросил он с надеждой в голосе. — Дом большой, места всем хватит.

Я ухмыльнулся. Предложение было интересным, заманчивым. Вернуться в роскошь, забыть про провинциальную грязь, про бюджетные ограничения…

Но перед глазами всплыли лица Алисы и Лидии. Вспомнилась прозекторская в Феодосии, которую мы только начали приводить в порядок. Вспомнились эльфы, с которыми у нас теперь, кажется, образовался странный альянс. И, конечно, гримуар и доппельгангер, гуляющий на свободе.

— Мне и там неплохо, — ответил я честно. — Работы хватает, плюс есть незавершенные дела, которые я обязан буду решить по возвращению домой. Серьезные дела, отец.

— Да на кой-хрен тебе эта коронерская служба⁈ — вспылил он, махнув здоровой рукой. — Трупы, грязь, копейки! Давай возвращайся! У тебя определенно есть хватка, ты вчера на совете директоров показал класс. А у нас, сам видишь, освободилось место в соучредителях.

Я рассмеялся. По-доброму, без издевки. Отец, глядя на меня, тоже расхохотался — сначала неуверенно, а потом в голос, снимая напряжение последних дней.

— Хорошее предложение, — сказал я, отсмеявшись. — Но давай все же не гнать лошадей. Сначала я решу свои вопросы. Там, на юге. А потом посмотрим. И не пытайся переубедить меня.

— Но… — начал было он, набирая воздух для нового аргумента.

Я посмотрел на него, чуть наклонив голову и глядя исподлобья. Твердо, но спокойно.

Андрей Иванович осекся. Он увидел в моих глазах что-то такое, что заставило его отступить. Может быть, свое собственное упрямство.

— Ладно, — сдался он, поднимая руки. — Будь по-твоему. Черт с тобой. Упрямый, как баран.

— Весь в отца.

Он фыркнул, закатив глаза.

Повисла уютная пауза. Мы просто сидели, наслаждаясь моментом понимания.

— Кстати, — сказал Андрей Иванович, переводя взгляд на большой телевизор, висящий на стене, где крутили новости. — Ты видел, что на днях случилось в центре, на перекрестке? Какая-то дикая перестрелка, три трупа в джипе.

Он повернулся ко мне, прищурившись.

— Я еще удивился, когда кадры в новостях увидел. Машина, по которой стреляли один в один как у меня.

Я шмыгнул носом, стараясь сохранить каменное выражение лица, и отвел взгляд, делая вид, что разглядываю капельницу.

— Бывают же совпадения, — пробормотал я.

Глава 9

Выйдя из палаты и плотно прикрыв за собой дверь, я почувствовал, как с плеч свалилась огромная гора. Отец шел на поправку, и делал это с ошеломительной для врачей скоростью, Волков был обезврежен, а финансовая дыра в компании залатана. Оставалось решить мелкие… я хмыкнул, ну, да… мелкие вопросы. Развязать узел душ и добраться до доппельгангера. Что может быть проще?

Я достал телефон и набрал номер дворецкого.

— Григорий Палыч, приветствую еще раз, — сказал я, едва он снял трубку. — Подскажи, где сейчас «Имперор»? В каком сервисе?

— Виктор Андреевич? — голос старика звучал удивленно. — Машина готова, мастер отзвонился буквально десять минут назад. Но вам не стоит беспокоиться. Я уже распорядился, водитель сейчас выедет и пригонит ее прямо к больнице или к дому, как прикажете. Вам незачем мотаться по городу.

— Отставить водителя, — мягко, но настойчиво возразил я. — Я хочу забрать ее сам.

— Но, молодой господин… Ваше плечо… да и к чему эти лишние хлопоты? Сервис не в самом ближнем районе.

— Палыч, — перебил я его. — С плечом все в порядке. Мне нужно проветриться. Просто сесть за руль, проехать по Москве, почувствовать машину. Голова кругом идет от больничных стен.

На том конце провода повисла короткая пауза. Дворецкий, видимо, взвешивал «за» и «против», но спорить с прямым указанием не стал.

— Понимаю, — вздохнул он. — Хорошо. Записывайте адрес. Автомастерская «Премиум-Авто», улица 2-я Магистральная…

Я быстро вбил адрес в приложение такси.

— Диктуй бокс или к кому обратиться.

— Спросите мастера приемщика Сергея, он в курсе. Скажете, что от меня.

— Понял. Спасибо, Палыч.

Сбросив вызов, я вызвал такси. Ждать пришлось недолго — желтая машина подкатила к крыльцу клиники через пять минут.

Поездка заняла около получаса. Мы свернули с оживленных проспектов в промзону, но, в отличие от той дыры, где мы брали Волкова, эта выглядела цивильно. Аккуратные кирпичные здания, шлагбаумы, чистый асфальт.

Нужный мне сервис не выглядел как гараж дяди Васи. Это был внушительный комплекс с панорамными окнами. Внутри пахло не дешевым машинным маслом и перегаром, а дорогой автокосметикой, кожей и кофе.

Я подошел к стойке администратора.

— Добрый день. Я Виктор Громов. Приехал за машиной.

Девушка за стойкой улыбнулась дежурной улыбкой и кивнула на мужчину в фирменном комбинезоне, который что-то печатал за соседним столом.

— Сергей, это к тебе. Клиент за «Имперором».

Мужчина поднял голову. На вид ему было лет сорок, лицо спокойное, руки, несмотря на профессию, чистые. Он окинул меня цепким взглядом.

— Виктор Андреевич? — он поднялся, протягивая руку. — Ждали вас. Григорий Павлович звонил.

О как. Уже позвонил, значит. И все равно по-своему сделал, старый упрямец. Не удивительно, что они с отцом сошлись во стольких жизненных аспектах.

— Да, это я, — я пожал его ладонь. — Как пациент?

— Как новенький, — Сергей усмехнулся уголками губ. — Пройдемте, сами увидите.

Мы прошли в просторный цех. Мой «Имперор» стоял в зоне выдачи, сияя черным лаком под лампами дневного света.

Я обошел машину по кругу. Идеально. Ни следа от пуль, ни царапины, ни намека на то, что еще сутки назад этот автомобиль напоминал дуршлаг. Стекла заменены, кузов выправлен и покрашен так, что даже с толщиномером не подкопаешься. Салон перешит — никакой стеклянной крошки,