Компенсация - Дарья Проценко

– Наши технологии позволяют нам создавать мыслеобразы, и для этого, нам совершенно не нужны, например, иллюстрации. – длинные пальцы Дьёна пролистнули несколько страниц.

– Интересно, – улыбнулась Алина, – а зачем тогда вообще книги? Если каждый может визуализировать то, что у него в голове?

– Все не так просто, – улыбнулся в ответ Дьён. Разговаривать с землянкой ему было приятно. – Для того чтобы образы были связными и выходили за рамки повседневных фантазий, необходимы специальные навыки и опыт.

– Нам до вас далеко…

– Не переживайте. Ваши книги тоже имеют смысл…

На встрече филологи были доброжелательны, но Дьён не обольщался. Он много улыбался и принимал открытые позы, в том числе и для того, чтобы выяснить, насколько земляне чувствительны к языку тела. Оказалось, что чувствительны, но не настолько, чтобы слепо поддаваться обаянию там, где в игру вступают их интересы.

Главный вопрос задал представительный седовласый профессор – лингвист:

– Мы с вами очень хорошо взаимодействуем и, насколько я вижу, духовно довольно близки. Так почему бы нам не превратить этот обмен знаниями во взаимовыгодный?! Скажите, пожалуйста, когда мы сможем получить доступ к вашим языковым кодам?

– А вы хотите выучить наш язык? – уточнил Дьён.

– Разумеется! Это очень интересно. Учить языки, в некотором роде, наше хобби, – профессор обвел взглядом присутствующих. – Тем более, когда мы понимаем, какие перед нами откроются перспективы…

«Да уж не без этого!» – подумал Дьён, а вслух сказал:

– Я очень рад, что вы тоже заинтересованы в изучении нашей культуры. Наш язык достаточно сложный для восприятия и усвоения, и нам потребуется некоторое время, чтобы его для землян адаптировать. Но, мы постараемся сделать это как можно быстрее…

Он не стал говорить, что обучение землян ладьёрскому языку пока совершенно не вписывается в ладьёрские планы…

– А мы можем вам чем – нибудь помочь? – вежливо осведомился профессор.

– Возможно, – непринужденно улыбнулся Дьён, – я назначу вам встречу.

* * *

В середине дня в лабораторию заглянул Василий, и Станислав Петрович в очередной раз поймал себя на мысли, что не хочет его видеть. Василий стал совершенно невыносим. До начала катаклизмов он работал в администрации Академгородка и занимался решением текущих вопросов. Но с появлением инопланетян, его от управления оттеснили, и Василий никак не мог смириться с тем, что в данной ситуации даже у ученых было больше прав на собственное мнение.

Станислав Петрович сделал вид, что занят, хотя уже провел сравнительный анализ достижений земной и ладьёрской астрофизики, и теперь, с одной стороны, наслаждался новой информацией, а с другой испытывал невольную грусть оттого, что столько открытий на него свалилось сразу. Как и любой ученый он получал удовольствие не только от обладания, но и от поиска решения. Но в целом перспективы его радовали. Он понимал, что ладьёрская наука ушла далеко вперед, и готов был стать младшим братом ладьёров и постигать доселе неизведанное, лишь бы ему в принципе такую возможность предоставили. А Василий мешал. Сильно.

– Ну что? – с вызовом поинтересовался Вася, – показали они тебе свою звезду?

– Разумеется, – холодно ответил Станислав. Хотя вопрос ему не понравился. Ладьёры действительно показали землянам и звезду Сзилаг, и планету Ладьё, но Станислав до сих пор не имел никакого представления даже о том, в какой части неба находится родной дом ладьёров. Те словно издевались. Даже точное расстояние до Земли сообщили. Цифры получились астрономические, но неконкретные. Сначала Станислав не придал этому значения. Все равно у землян нет технологий гиперпространственных перемещений, а ладьёры если поделятся, то непременно сообщат координаты точки выхода. Но после вопроса Василия, озадачился…

Вася постоянно его смущал. Заставлял смотреть на ситуацию со своей параноидальной позиции, и хотя Станислав ладьёрам доверял и безмерно их уважал, тем не менее, никак не мог избавиться от ощущения недоговоренности…

«С другой стороны», – думал он, – «это закономерно. Они не обязаны раскрывать сразу все карты. В конце концов, они и так много чего рассказали».

Станислав так сосредоточился на своих ощущениях, что не заметил, как в лабораторию заглянула биолог Марина Сергеевна.

– Слава, ты здесь?

– Здесь он, – буркнул Вася, устроившийся на удобном лабораторном диване с кружкой кофе.

– Отлично! Я как раз зашла поболтать. А то у нас все в такой эйфории от ладьёров, что в медцентре просто невозможно находиться.

Вася от этих слов встрепенулся, как будто почувствовал союзника. Но Марина его разочаровала.

– Я и сама от них в восторге! Сегодня двое заходили. Тоже биологи. Я их повела в стационар. Удивительно!

– Что, всех сразу вылечили? – спросил Вася.

– Нет, конечно, но нескольким пациентам действительно помогли. Насколько поняла, они уже знакомы с нашей анатомией и физиологией. Слава, тебя ведь лечили?

– Да, – ответил Станислав, – у них свои собственные методы. Не знаю, насколько длительным будет эффект, но сейчас я себя совершенно нормально чувствую.

– А ты сможешь сдать анализы? Твоя медицинская карта у нас есть. Я бы сравнила… До и после…

– Конечно, – пожал плечами Станислав.

– Да, Марин, я сам за этим прослежу, – влез Василий. – надо же понять, чего от них ждать. Может, они нас тут всех исподтишка перетравят, под предлогом лечения…

– Вась, ты чего? – округлила глаза Марина. – Ладьёры великолепные медики и ученые. Они нам уже предоставили данные по белковому синтезу, и кое – что по трансплантологии… Хорошо, что они на нас похожи. Это ж такие перспективы!

– Вот вы заладили, перспективы, перспективы! Почему никто не хочет подумать о том, что мы и сами нормально разовьемся. Без их вмешательства. У нас, может, свой путь. Уникальный и неповторимый!

– Да это ты заладил! – не выдержал Станислав. – Ты вообще можешь жить как жил, никто тебя лично не трогает и в гости не напрашивается!

– Ага. Но ладьёры уже у моих дверей, – с пафосом возразил Василий. – Нет, Слав! Ну, послушайте меня спокойно! Просто я тут подумал… Вы же читали историю? – Станислав и Марина недоуменно переглянулись. – Был такой путешественник… Христофор Колумб. Он открыл Америку. А как вы знаете, на тот момент, люди, живущие на Американском континенте, несколько отставали в развитии от более продвинутых европейцев… Так вот, я к чему веду… Если бы он приплыл, например, на сто лет позднее, то возможно, индейцам не пришлось бы столетиями прозябать на грани выживаемости и сохранять свою культуру исключительно в резервациях… Вы не боитесь повторить их судьбу?!

* * *

Сабо был доволен. Даже находился в некой эйфории, чего с ним давно не случалось. Он целыми днями пропадал в медицинском центре, а когда Анталь, заметивший нервное возбуждение друга, поинтересовался, в чем собственно дело, Сабо ответил не подумав: