Вне себя - Василий Головачев

Варя обиделась, когда он отказался идти с ней на вечеринку с друзьями, и ему пришлось приложить немало усилий, чтобы не довести ситуацию до ссоры. В конце концов он согласился пойти с ней к Петику, с которым они были дружны в течение последних десяти лет и к которому раз в месяц съезжались многие парни и девчонки, учившиеся с ним вместе в школе и институте.

Вечер прошёл отлично, компания подобралась весёлая, и закончилась встреча гулянием поздним вечером по набережной речки Каменки.

Петик предложил искупаться в реке, но его никто не поддержал, вода в реке была ещё холодная.

Расстались за полночь.

Саблин предложил Варе переночевать у него, и девушка согласилась.

Он сделал подруге глинтвейн, а себе налил сока – сам Данимир не брал в рот ни капли алкоголя, – и они ещё полчаса посидели на лоджии, разглядывая с высоты седьмого этажа крупные высыпавшие над Суздалем звёзды.

– Я улетаю послезавтра, – неожиданно сообщила притихшая и задумчивая девушка, встряхнув роскошными льняными волосами.

– Куда? – спросил расслабившийся Данимир.

– В Москву.

– Зачем?

– Разгонять тоску, – улыбнулась Варвара, полноватая, по его меркам, но очень милая и симпатичная. – Меня пригласили поработать в бюро программирования досуга.

– Есть такое бюро? – удивился он. – Ты же консультант по делам несовершеннолетних.

– Бюро уже давно работает в Москве, при Министерстве культуры.

– И надолго уедешь?

– Не знаю, – рассеянно сказал Варя. – Может, навсегда.

Саблин едва не выплеснул содержимое стакана с грейпфрутовым соком себе на колени, поискал на лице подруги признаки скрытого лукавства, но не нашёл. Она не шутила.

– А со мной не хочешь посоветоваться?

– Не хочу, – качнула она головой. – Да и какой смысл? Что ты сможешь мне посоветовать? Ты не сможешь изменить свой образ жизни, потому и устроился здесь и тебя устраивает твоё положение.

– Вот уж совсем даже… – смешался он.

– Не спорь, я знаю, – остановила она его. – Ты сосредоточен на своих проблемах, и я чувствую себя лишней и одинокой, даже когда нахожусь рядом с тобой.

– Варя…

– Давай остановимся на этом. Если найдёшь время, поговорим завтра, а сегодня такой хороший вечер, ни о чём думать не хочется. Кстати, я давно не видела Прохора, где он?

– Отдыхает где-то, – сказал Саблин почти правду.

Он вернулся из Клирово два дня назад и по утрам звонил другу, стараясь подбодрить, внушить хорошее настроение. Хотя Прохор в этом и не особенно нуждался.

– Странно, что он не поставил тебя в известность.

Саблин насторожился.

В голосе Варвары проскользнули несвойственные ей простодушные нотки.

Однако смотрел она на него прямо и открыто, как и всегда, и сомнения прошли.

– Позвоню завтра утром, узнаю. Ты окончательно решила уехать?

– Завтра сдам дела напарнице, и всё.

– Не уезжай.

Варвара подняла бровь.

– Ты как капризный ребёнок, всё понимаешь, но пытаешься настоять на своём.

– Не уезжай, давай обсудим все «за» и «против». Ты знаешь, что в Москве у меня никого нет, пара знакомых чиновников да пара приятелей, поэтому устроиться там будет трудно. Здесь у нас есть спорткомитет…

– У нас?

Саблин замолчал, присматриваясь к подруге, по лицу которой бродили тени не слишком весёлых мыслей.

– У меня, я здесь на хорошем счету, тренирую молодёжь, заработок всегда обеспечен. Сыграем свадьбу, начнём поднимать твой бизнес.

– Ты хочешь сыграть свадьбу?! – не поверила Варвара.

– Сколько можно жить врозь? Или ты против?

Варвара какое-то время продолжала смотреть на него недоверчиво, потом потянулась к нему и обняла…

Утром она приготовила завтрак и убежала на работу, пообещав прийти в турцентр и там обо всём переговорить.

Саблин принюхался к долетавшим в спальню из кухни ароматам, улыбнулся, понимая, что назад хода нет, однако на душе стало легче, ему давно следовало сделать этот шаг и жениться, а не ждать, пока Варвара сама примет решение. Причём решение не в его пользу.

Да будет так!

Он вскочил и полчаса скручивался в узел и растягивал сухожилия и мышцы, чтобы чувствовать себя повелителем собственного тела.

Когда завтракал, в дверь позвонили.

Саблин вытер рот салфеткой, подошёл к двери, заглянул в глазок.

Перед дверью стоял толстяк в голубой рубашке, мокрой от пота под мышками.

Саблин открыл дверь.

– Вам кого?

– Вы Саблин? – извиняющимся тоном спросил толстяк; в руке он держал небольшой белый саквояжик.

– Да, а вы?

– Я из поликлиники, врач Гусинский, мой сын ходит к вам на тренировки.

– Не помню. Откуда вы знаете мой адрес?

– Узнал у сына. Я психотерапевт…

– Очень приятно. Покороче, пожалуйста, я тороплюсь.

Толстяк вспотел, принялся вытирать лоб и лысину скомканным носовым платком.