Обречённая - Тери Терри

Потом я вспомнила о камере и о фотографиях – я еще не успела их просмотреть. Я сунула ее в карман джинсов, когда спускалась, и теперь, коснувшись, почувствовала странную уверенность. То, что удалось заснять, поможет мне увидеть, что это не сон, что я не теряю разум.

– Сэм?

– А?

– Я только что говорил, что тебе нужно возвращаться к занятиям. Мы надеемся, что школа скоро откроется, тебе следует готовиться.

– Правда? Мы сейчас об этом будем говорим?

– Не думаю, что Ава сейчас сможет тебе помочь. Мы узнаем, может ли школа предложить другого репетитора.

– Нет! Мне кажется, она не откажется. Хотя она сказала, что съезжает, уезжает в пансион. Ей повысили стипендию.

– Ты будешь по ней скучать, – утверждает папа.

– Да. Буду. Больше, чем думаю. Я привыкла, что она рядом.

Внесли чай. И мы снова остались одни.

– Я хотел, чтобы сегодня ужинали только мы втроем – насладились моментом, – говорит папа. – Некоторое время я буду занят, но, полагаю, сегодня все сложилось удачно.

– Как всегда, – улыбается мама. Мне становится неуютно от этого семейного счастья, когда Лондон и всю страну охватила разруха.

– Пап. Зачем нас везли вертолетом? Что за толпа была внизу?

– Как видишь, нам ничего не угрожало. Не о чем беспокоиться.

– Я не об этом. Откуда взялось столько людей, да еще сразу после твоего выступления? Как будто ждали. Или люди собрались спонтанно, когда поняли, что им не нравится услышанное?

– Ведется расследование. Скоро мы выявим виновников и наведем в городе и стране порядок.

– Я удивилась, когда услышала про смертную казнь, – сказала мама, чем удивила меня.

– Это наказание для самых тяжелых преступлений, – ответил папа.

– Ты же всегда официально выступал против, – заметила я.

– Времена меняются, Саманта. А теперь послушайте: завтра мы проведем краткое совещание по вопросам безопасности. Решено установить дополнительные камеры, усилить охрану и повысить уровни защиты. Следить за выполнением решения будет агент Коулсон. А мы тем временем пару дней погостим в Чекерзе.

– Замечательно! – обрадовалась мама.

– Однако разглашать не стоит в целях безопасности, – говорит папа. – Никому не рассказывайте, куда мы собираемся.

– Разумеется, – маму это явно задело.

– Саманта?

– А? Да, никому не скажу. Доволен?

– Буду доволен, если так и поступишь.

– С тобой все в порядке, дорогая? – волнуется мама.

– Голова разболелась. Я правда устала.

– Долгий день, – замечает папа. – Отправляйся-ка в кровать.

Я соглашаюсь, желаю спокойной ночи. Незаметно я снимаю, как они улыбаются друг другу – фу! Смотришь на моих родителей и думаешь, почему они вместе? Он старше, а она всегда была несравненной женщиной, да и не нуждалась ни в чем. Нет, папа, конечно, в молодости был ничего, хотя странно о нем так думать. Мама говорит, что форма ему очень шла: он еще служил в полиции, когда они поженились. Но он постоянно занят работой и какими-то заботами, а она ни о чем не беспокоится и только ходит по вечеринкам. Что у них общего?

Я не понимаю, как или почему, но хоть они во многом и не схожи, но как будто созданы друг для друга.

Команда Грегори хорошо получается на фотографиях: политик, светская львица и я. Но мне все меньше и меньше нравится позировать на камеру.

Ложиться спать? Нет уж.

Я постучалась к Аве.