Врачеватель. Универсал - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

— Софья Степановна, думаю, вы ошиблись, — холодно говорю и прошу: — Будьте любезны, дайте мне встать.

Черт! В глазах княжны мелькнуло столько боли и разочарования, что меня, словно тупым ножом, по сердцу резануло. Мгновенно захотел забрать свои слова обратно, извиниться и вытереть у нее выступившие слезы.

— Я поняла, прости, — резко вскочила та и подбежала к окну.

Подошел к ней сзади, обнял, несмотря на то что она хотела вырваться, вдохнул аромат ее волос и шепнул на ушко:

— Согласись, в такую игру можно играть вдвоем.

— Ты о чем? — явно сдерживая рыдания, с красными щечками, толи от гнева или стыда, произносит Софи.

— Ты мне нравишься, сильно, давно и накрепко вошла в душу, — спокойно говорю и целую соленую капельку, сползающую по ее щеке.

— Не верю, — как-то испуганно шепчет княжна.

— Желаешь убедиться? — осторожно разворачиваю девушку к себе и провожу рукой по ее волосам.

— Саша, докажи, — произносит Софи и прикрывает глаза, а губы чуточку раздвигает.

Мы два взрослых человека, находимся передо окном, за которым темно. Вкус ее губ ни с чем не сравним. Поцелуй затягивается, объятия все крепче, этак недолго растерять остатки разума.

Глава 10

РЕКТОР ТОЖЕ ЧЕЛОВЕК

Глава 10. РЕКТОР ТОЖЕ ЧЕЛОВЕК

Удивительно, но у Софи оказалось больше выдержки и благоразумия. Или она испугалась? Не знаю, но девушка, когда непонятно как оказались на кровати, сумела-таки взять себя в руки и вывернулась из моих объятий.

— Саша, мы далеко заходим, — прерывисто прошептала княжна, а в ее глазах бушует пламя страсти.

— Софи, ты сводишь меня с ума, — шумно сглотнув, ответил ей и до боли в костяшках сжал кулаки.

Пытаюсь взять себя в руки, но больше всего хочу обладать той, которая на расстоянии вытянутой руки. Мы оба напряжены, смотрим друг другу в глаза и кажется, что все отлично понимаем. Если сейчас заключу Софи в объятия, то все ее благоразумие рассеется как дым. А утром она о случившемся сильно пожалеет. Или все же наплюет на условности? Отдаю ей на откуп, как поступить, но ловлю себя на мысли, что с любой другой женщиной не получу удовольствие. Получается, для меня княжна слишком важна и не из-за ее статуса, который, как подозреваю, только доставит проблем.

— Мне надо идти, — произносит девушка и с трудом, пересиливая себя, делает шажок к двери.

— Наверное так будет лучше, — прикрываю глаза, а у самого бешено и гулко бьется сердце.

— Саша, прости, я не готова, — опускает голову Софи и берется за ручку двери.

— Останься, прошу, — слова вырываются прежде, чем осознаю, что говорю.

— Очень хочу, но не могу, — отрицательно качает та головой.

— Ты не поняла, — приподнимаюсь на кровати. — Приглашаю тебя на ужин. Не пропадать же еде, — улыбаюсь, наконец-то сумев взять под контроль эмоции.

— Только ужин и ничего более? — недоверчиво уточняет княжна.

— Даже если попросишь, — киваю ей и добавляю: — Настолько сближаться нам еще рано. И, насколько помню, то кто-то говорил, что на такое отважится только после свадьбы.

— Ты делаешь мне предложение? — с каким-то ожиданием во взгляде, спрашивает Софи.

— Извини, но не сейчас, — со вздохом говорю, а сам подхожу к девушке и отвожу выбившийся локон за ее милое ушко. — Иди, приготовь нам перекусить, а мне необходим ледяной душ.

— Я бы тоже от него не отказалась, — улыбается княжна, призывно на меня смотря.

— Нам рано его совместно принимать, — усмехаюсь, но потом серьезно ей говорю: — Тебе сейчас нельзя переохлаждаться, организм ослаблен, этак простуду подхватишь.

— Спасибо, — неожиданно шепчет княжна, привстает на носочки, быстро целует меня в щуку и молниеносно ретируется за дверь, которую захлопывает перед моим носом: — Господин ректор, вы правы, примете душ, а то даже через платье меня способны лишить невинности!

— Ты еще и шутить способна⁈ — рычу я. — Учти, дразнить зверя чревато!

— Уже иду сервировать стол, — хихикнув, ответила Софи.

— Хорошо, — ответил ей и сел на пол.

Отрешился ото всего, погружаясь в медитацию и пополняя свой источник. Татуировка переползла в район сердца и пытается то утихомирить. Ничего, сейчас успокоюсь и смогу разумно обдумать произошедшее. Судя по ауре девушки, то последняя тоже без движения и, скорее всего, занята тем же. Хотя, если верить эмоциональным всполохам, то она ликует и радуется. Удивительно, но страсти не ощущаю, только нежность, ожидание и предвкушение. Мне потребовалось около пяти минут, чтобы успокоить взбудораженные чувства, которые до предела обострились. Или это действительно звериный инстинкт? Мне даже не требуется видеть и слышать Софи, ее неповторимо приятный аромат кожи продолжает бить в ноздри, и я знаю каждый шаг, который она совершает в доме. Вот подошла к раковине и сполоснула какой-то фрукт. Или овощ? Без разницы! Главное, что чем дальше девушка удаляется, тем дискомфортнее себя чувствую.

— И все же, душ следует принять, — делаю вывод, понимая, что слишком остро реагирую на присутствие в доме Софи. — А то ведь ее уже напугал!

Так и сделал, а потом мы с княжной чинно покушали, разговаривали и она долго смеялась, узнав, как из лазарета попала в этот дом. Что в этом такого веселого, я не очень понял, зато вспомнил, как планировал ее отругать.

— Кстати, не объяснит ли мне моя любимая студентка, как себя до такого состояния довела? — задаю вопрос, когда собственноручно сварил кофе.

Софи изначально сама вызвалась приготовить бодрящий напиток, но у нее получилась какая-то бурда. Нет, вежливо похвалил и собирался выпить, да только она сама попробовала и мгновенно выплюнула. Смущенно извинилась, что сварила отраву и попросила меня этим заняться. Вот когда перед ней поставил чашку с кофе, издающий приятный аромат, то вернулся к недавним событиям.

— Саш, ну не ругайся, — потупилась девушка, подумала, а потом встала и подойдя ко