Стража - Алексей Гришин

Рейн, тем временем, все-таки получил критическое попадание в спину. Темп движения сбился, он упустил еще несколько мишеней. Стало ясно, что условное уничтожение его Стража – вопрос нескольких секунд. Он продолжал двигаться, но уже не столько сражаясь, сколько отвлекая на себя огонь и получая все новые попадания.

Благодаря его самопожертвованию, Мэй и Элен перемахнули через линию обороны. Они продвинулись еще чуть дальше, к высоте, откуда открывался отличный обзор на цель их миссии. По пути Элен вызвала меню оружейных систем и сняла с предохранителя особое оружие, которым был оснащен только ее Страж.

Условная цель представляла собой просто ровную площадку, огороженную по периметру яркими оранжевыми конусами. Элен отчетливо разглядела ее в двух милях впереди.

– Вижу цель, – произнесла она, останавливаясь, – Дистанция допустимая, запрашиваю разрешение на применение специального боеприпаса.

– Разрешаю, – впервые с начала боя послышался по радиосвязи голос генерала Блэквуда, – Взорви его к чертям!

Из широкой трубы пусковой установки, закрепленной на плече Стража, вылетел и по пологой дуге устремился к цели необычного вида снаряд, напоминающий крупную вытянутую дыню с небольшими стабилизаторами в хвостовой части. Он, разгоняемый собственным реактивным двигателем, летел так медленно, что Элен успела проводить его взглядом и прикинуть траекторию. Прицел был точен. За секунду до того, как тактический ядерный боеприпас «Дэви Крокет» коснулся земли почти в центре огороженной площадки, Стражи Элен и Мэй присели и прикрыли оптические сенсоры бронезаслонками.

Естественно, настоящего взрыва не произошло. «Дэви Крокет» пропахал своей стальной тушкой глубокую борозду в земле и застрял.

– Цель уничтожена! – с гордостью доложила Элен, – Миссия выполнена!

– Отлично! – прокомментировал по связи генерал Блэквуд, – Всем участникам учений – прекратить стрельбу! Повторяю: не стрелять! Ждите дальнейших указаний.

Рейн от восторга не удержался и пнул ногой Стража один из танков М60, который, нелепо крутя пустой башней, продолжал переть прямо на него. Танк покачнулся, так что гусеницы с одной стороны оторвались от земли, и заглох.

– Мы их сделали! – воскликнула Мэй, – Да!

Через полминуты Рейн слегка остыл после напряженного боя и вспомнил о своих обязанностях командира подразделения.

– Внимание, начинаю перекличку, – объявил он, – Доложить о состоянии и повреждениях. «Эхо»?

– Я здесь! – Элен помахала Рейну рукой Стража, – Повреждений нет. Израсходована половина снарядов, все ракеты и специальный боеприпас.

– «Майк» на месте. Серьезных попаданий нет, – сообщила Мэй, – Ракеты кончились, снаряды еще остались.

– Хорошо. «Кило»?

– Все у меня в порядке, – недовольным тоном отозвалась Келли, – Боекомплект почти не тронут.

– «Виктор» получил несколько попаданий, – сказал Валентайн, – Можно сказать, что условно уничтожен. Но меня больше беспокоит «Лима». С ним, кажется, что-то не то… Он уже давно стоит неподвижно…

– Лоуренс? – позвал Рейн.

После продолжительной паузы послышался испуганный голос Лоуренса:

– Рейн, похоже, у меня проблемы. Реактор перегревается. Я думал, если снизить нагрузку и отключить большую часть систем он стабилизируется, но температура все равно растет. Что-то с системой охлаждения!

– Не волнуйся, – ответил Рейн, – В крайнем случае, используй аварийный сброс…

– Отставить! – вмешался Блэквуд, – «Лима», подключаю Мейера. Выполняй его указания.

– В чем дело, парень? – осведомился инженер, – Реактор барахлит?

– Сильный перегрев! Индикатор в красной зоне!

– Не паникуй, успокойся. Автоматическое отключение не сработало, насколько я понял? Глуши вручную, полностью выруби подачу энергии ко всем системам, кроме связи.

– Уже пробовал – ноль эффекта. Могу я покинуть машину?

– И превратить ее в источник радиоактивного заражения для всей окружающей местности? Нет, парень, ты нужен мне внутри, – Мейер дал еще несколько советов по управлению реактором, но, несмотря на их быстрое и точное выполнение Лоуренсом, обуздать растущую температуру не удавалось.

– У меня уже стенки капсулы нагрелись! – заорал вдруг Лоуренс, – Реактор плавится, черт возьми! Что мне теперь делать?!

– Проклятье, – выругался Мейер, – Парень, похоже, капитально накрылась система охлаждения. Делай аварийный сброс реактора, затем выбирайся из кабины и беги со всех ног!

– Да у меня теперь не включается ничего! Я вырубил подачу энергии, она не восстанавливается! – на фоне голоса Лоуренса послышалось что-то вроде шипения и треска, словно масло на разогретой сковородке.

– Открывай кабину! Аварийный рычаг справа! – крикнул инженер, хотя сам отдавал себе отчет, что это бесполезный совет. Без подачи энергии к механизмам, пилот оставался прочно запечатан под толстыми пластинами брони.

– Черт, ничего не работает! Счетчик с ума сходит… – сигнал заглушался помехами, – Помогите, кто-нибудь! Я… я больше не выдержу! Я не могу больше!

– Лоуренс! Выбирайся оттуда! Откройте же эту чертову кабину! – наперебой закричали Рейн, Мейер, еще кто-то из пилотов или персонала в командном центре.

– Не работает… господи… не работает… Мэй!

Это были последние слова, донесшиеся от Лоуренса, прежде чем радиосвязь в его Страже тоже вырубилась. Крики в эфире продолжались, но теперь они принадлежали другим людям. Через несколько секунд кто-то сообразил прекратить эту бессмысленную паническую какофонию, и связь отключили во всех Стражах.

Рейн застыл, в шоке уставившись на индикатор температуры реактора своего собственного Стража. Рядом с ним размеренно пульсировал зеленый огонек счетчика Гейгера – ровно один раз в секунду. Теперь эти два показателя на дисплее вселяли в Рейна безотчетный ужас, даже более сильный, чем возможность погибнуть в настоящем бою от попадания снаряда или ракеты. Рейн хорошо помнил, какое впечатление произвели на него слова Винсента Мейера на одном из первых практических занятий.

– Всегда следите за уровнем радиации, как в кабине, так и снаружи. Реактор надежно защищен, но все же в бою или во время обслуживания может произойти его повреждение и небольшая утечка радиации. Если индикатор станет желтым и будет моргать чаще двух-трех раз в секунду – бегите со всех ног куда подальше.

– Лоуренс, – хрипло прошептал Рейн.

Ответа не было. Если бы приборы в кабине Стража Лоуренса каким-то чудом продолжали работать, то индикатор уровня радиации представлял бы собой горящую ровным красным цветом точку, символизирующую дозу за пределами шкалы измерений.

Вскоре радиосвязь ожила, и все пилоты получили категорические приказания возвращаться к точке сбора. Недалеко от неподвижно застывшей громадины Стража Лоуренса приземлился вертолет. Это не