Падение Горизонта - Алекс Шерман

— Ладно, детка, перекрестились левой пяткой и попытаемся вознестись не сразу на небеса.

Холлоран и Дженис наконец-то устроились в контейнере. Голландец надавил на клавишу на пульте, и подъемник с дребезгом давно не смазываемого механизма поволок контейнер куда-то вверх, затем вбок, пока не пристроил где-то на верхотуре.

— Странноват метод входа.

— Зато чужие не появятся, да и свои — только те, кто в курсе.

Вошедший внутрь темного помещения Холлоран перекинул рубильник на стене. Точно напротив лестницы, спускающейся вниз в огромное помещение бывшего цеха, засветились огромные LCD-экраны, а чуть в стороне взвыли вентиляторы серверной комнаты на десяток стоек, отделенной стеклянными панелями. Под потолком замигала и лопнула с ворохом брызг старая лампа дневного света, но еще три ее товарки продолжили нести службу. Пахло старым пластиком, затхлостью и пылью.

— Патрон, что это… за место? — Дженис бросила даффл на металлический пол лестничной площадки и, вцепившись в железное ограждение лестницы, замерла, очарованная.

— Добро пожаловать, детка, на самый охраняемый секрет Агентства одна тысяча девятьсот девяносто шестого года. Площадка «Сансара-ноль», именно тут создавался и обкатывался прототип той системы, на которой сейчас пытается выехать Блум. В девяностых ее законсервировали, закрыли и забыли. Мне о ней рассказал один парень… сейчас уже неважно.

Холлоран спустился в машинный зал, отдернул огромный лист полиэтилена, которым было прикрыто одно из рабочих мест, и чихнул от поднявшегося облака пыли.

— Тогда, в девяностых, тут было оборудование уровня «Т+2». В серверной даже стоит один из первых квантовых компьютеров, правда, его еще оживить надо, подозреваю. А что это значит сейчас?

Дженис подбежала к заработавшему компьютеру, освобожденному Голландцем от чехла, уселась на продавленное кресло и заклацала по антикварной механической клавиатуре. Одна команда, другая, третья… десятая. Девушка с восторгом обернулась к агенту:

— Сейчас все железо и каналы связи соответствуют уровню «Т0», вполне современны. Да, это не наши привычные волшебные игрушки… но они надежные, и Парадокс нам не страшен. Мы снова в игре, патрон!

— Именно, детка, именно! Ладно, я немного прошвырнусь здесь, посмотрю еще, что к чему, да за продуктами и еще парой игрушек съезжу. Ты пока обживайся, заводи эту шарманку. И еще одно.

— Да, патрон? — в голосе Дженис явно проскакивало нетерпение.

— Не светись по всем каналам, как рождественская елка, веди себя тихо — как мышь. Сдается мне, нас ищут серьезные ребята.

— Насколько серьезные?

— Самые серьезные, какие только могут быть. Наше родное Агентство. Видишь ли, детка, перед тем, как началась заварушка на станции, я видел не только мусоровозы. Над ними висел наш штатный дрон наблюдения, так что, подозреваю, по нашу душу пришли ребята мистера Блума лично.

— Но почему?

— А это — вопрос на миллион. Ладно, обживайся пока, потом решим вопрос загадочного мистера Зерги и примемся собирать уже нашу головоломку.

— Мистер Васкез? Эрик Васкез?

— Доктор Васкез, с вашего позволения. — Застывший на крыльце расположенного в самом сердце Крусиан Лейк дорогого дома в стиле хай-тек мужчина средних лет (аккуратная стрижка, светлые легкие брюки и тенниска, часы «Омега», легкий портфель крокодиловой кожи) обернулся к визитеру, шагнувшему на залитый светом фонарей тротуар с переднего сиденья удлиненного черного «Мерседеса». — А вы?

— Зовите меня Холлоран. Я бы хотел обсудить с вами одну из ваших бывших пациенток — Ли Энн Зеленевски.

— Вы из полиции? Где ваш значок?

— Меня можно назвать обеспокоенным гражданином. А в полицию я пойду, если не удастся этот вопрос обсудить с вами.

— Намерены меня шантажировать? Предупреждаю сразу, на шантаж я не поддаюсь. Ли Энн умерла и похоронена, и ее раковый диагноз подтвержден данными биопсии.

— И в мыслях не имел. Но давайте мы пройдем внутрь, и я расскажу вам преинтереснейшую историю.

Васкез зазвенел ключами, отпирая дверь.

— Могу уделить вам не больше пятнадцати минут.

— А это уж как пойдет, доктор Васкез. — Холлоран нагнулся и поймал попытавшегося прошмыгнуть на улицу кота. — Чудесное животное. Его рыжая шерсть не очень идет к вашей обстановке, но кот просто чудесный. Как его зовут?

— Эм-м… Майло.

— Странное имя для кота, ну да бог с ним. С вашего позволения… — Холлоран устроился в кресле в гостиной вполоборота к хозяину, вынуждая того сесть на диван. — Я правильно понимаю, что бедняжка Ли Энн была вашей пациенткой?

— Да. Я, хоть и не онколог, был ее семейным врачом и вел ее на протяжении всей болезни.

— А какая у вас врачебная специализация, если не секрет?

— Врач общей практики. Сейчас получаю дополнительную специализацию трансплантолога. А в чем дело?

— Вам что-нибудь говорят такие имена, как… — Холлоран достал из кармана блокнот и полистал его. — Майкл Стефанов, Ричард Колхиди… Элисон Кеннеди?

— Я был врачом Майкла, там у него была какая-то странная история с самоубийством, верно? А остальные — кто они?

— А к дому номер шестнадцать по Тисовой аллее в Глейдс вы имеете какое-нибудь отношение?

— Мы с товарищами вскладчину образовали фонд, купивший несколько участков в Глейдс и сдающий их в аренду. Деньги должны работать, понимаете? — Васкез утер пот со лба. — А в чем, собственно, дело?

— Дело в коте, доктор. В Майло, как вы его называете, или, как его называла Ли Энн, — в Бенни.

— Не понимаю.

— Ничего, я объясню. — Холлоран щелкнул застежками своего чемоданчика, достав несколько распечаток. — Начнем, как положено в палп-фикшн, с фантастического допущения. Видите ли, дело в том, что после смерти Ли Энн, подробно документированной, ее кот находился у нее дома. Квартирный хозяин это подтверждает. Ключей он никому не давал, так что я делаю фантастическое допущение: мисс Зеленевски сама привезла вам кота. Уже после своей смерти.

— Абсурд! — Васкез заметно побледнел.

— Возможно. Ведь всем известно: мертвые не ходят и уж тем более не приносят котов. Но вот здесь у меня распечатки данных вашего мобильного телефона и телефона ее квартирного хозяина. Согласно данным сотовой связи вы никогда не были в радиусе сотни метров друг от друга. Но кот здесь.

— Вы несете ерунду. Пожалуйста, покиньте мой дом!

Доктор завел правую руку за спину, словно что-то нащупывая, Холлоран и бровью не повел.

— Дайте мне еще пять минут, мистер Васкез. Итак, я не знаю, что произошло потом. Но вы — начинающий трансплантолог. И у вас есть доступ к дому в Глейдс, где согласно все тем же данным сотовой связи примерно за день перед своей смертью бывали и Стефанов, и Колхиди, и миссис Кеннеди. Что там произошло, Васкез? Вы пересадили им что-то от Ли Энн?