Мустанкеры - Ник Одинцов

– Это что это за сеты такие? – сросил Тихон.

– Нормальные сеты. Хорошие, – насупился старик. Потом добавил заговорщическим шепотом: – Есть кое-что неподцензурное, в городах вы такого не найдете, там с авторскими правами строго… Контрабандный товар, несертифицированный перевод с английского…

Не заметив ответной реакции, стихомант насупился еще сильнее:

– Не хотите – не берите…

– Ладно, отец, уговорил. Хотим, хотим… Веди в свой азилий, – махнул рукой казак.

Дед повел их мимо стойки в глубину цистерны. Там за ветхой ширмой обнаружилась гора старых подушек и великанский стальной кальян о шести трубках. В колонне мутного стекла застыла темная жидкость.

– Не разумею, где у него вирт-транслятор. В кальяне, что ли? – недоумевал Журибеда.

– Думаю, его вообще нет, – улыбнулся Тихон.

– Нет? А как же он… Колдует?

– Я думаю, он – дропер.

– Это что за птица?

– Запрещенное течение среди стихомантов. Они достигают эффекта грез химическим путем.

– Наркоту, что ли, дают? Да на кой ляд оно мне нужно?

– Ты погоди, давай посмотрим, что он делать будет.

Между тем старик извлек из-под вороха подушек продолговатый ящик со сдвижной крышкой. Внутри обнаружилось множество ячеек, заполненных разнообразными пузырьками и коробочками.

– Так, кому чего? – спросил старичок, выжидательно вглядываясь в лица путешественников.

– Ну это, я бы… «Полет» бы взял, – неожиданно высказался Журибеда.

Тихон с удивлением уставился на друга. Только что отказывался и вот, в первых рядах.

– Только недолго, а то обдерешь еще, – спохватился Сэмэн. – Тих, следи, чтоб недолго, ладно?

– Хороший выбор! Милости прошу!

Стихомант предложил казаку присесть и протянул тому ворот с костяным мундштуком.

– Раздувай.

Сэмэн послушно запыхтел, а стихомант быстро сунул лапку в одну из банок и сыпанул в чашку кальяна. Затем он извлек из кармана термотаблетку, надломил и отправил туда же. Почти сразу пахнуло жаром, полетели искры, и чудо-аппарат ожил, задышал, послушный мощным легким Сэмэна. Запах у дыма был приятный, чуть сладковатый, с оттенками меда и еловой хвои. Сэмэн прикрыл глаза. Похоже, ему нравилось. Стихомант тем временем развернул перед казаком небольшой транслятор. Изображение странно двоилось и плыло, сплошные серые завихрения и бугры. Однако Журибеда, похоже, видел нечто другое. Он откинулся на подушки, заулыбался. Стихомант тут же подхватил ворот и сделал долгую затяжку, посидел с минуту неподвижно, потом взял казака за запястье, сверяясь с пульсом, и вдруг защелкал, запузырился рифмованными строчками.