Шут-2 - Ник Гернар

Тут рядом с нами нарисовался вернувшийся Локи.

— Есть дорога! Она ведет вон туда, — кивком головы указал он на ровное поле. — Прогуляемся?

И мы на небольшом ускорении двинулись в чистое, запорошенное свежим снегом поле, отсоединившись от группы Зоркого.

Около двух часов мы месили рыхлую снежную кашу. Небо начинало темнеть, отчего цветное сияние световых столбов в стороне казалось все ярче.

А потом равнина закончилась. Резко и внезапно.

Мы очутились перед обрывом. Прямо под нами виднелись хаотично разбросанные крупногабаритные механизмы, занесенные пургой, и небольшое строение из серого камня.

А в маленьких, похожих на бойницы, окошках виднелся желтый свет.

Мы переглянулись. Локи расплылся в зловещей улыбке.

— Ну что, погнали? Посмотрим, кто в теремочке живет, — и он, легко оттолкнувшись от края обрыва, едва касаясь снега ногами скользнул вниз.

Мы с Яном так не умели, так что нам потребовалось несколько больше времени на спуск.

Опасливо поглядывая на машины, мы втроем приблизились к двери. Она оказалась тяжелой и сделанной из металла.

Протиснувшись в щель, мы очутились в маленьком предбаннике с дверным проемом, занавешенным куском зеленого брезента. Воздух пах газом, сыростью и нечистотами, но зато здесь было теплее.

Прижавшись спиной к шершавой, облупленной стене, мы прислушались. Негромкое жестяное бряцанье. Плеск льющейся воды. Приглушенный стон, переходящий в сдавленный шепот…

С той стороны от стены явно находился кто-то живой.

Я приблизился к дверному проему и остановился. Поднял над головой руку с тремя выставленными пальцами. Ян кивнул. Положил палец на спусковой крючок автомата.

Один. Два. Три!

Единым рывком мы ворвались в помещение.

Небольшая комната представляла собой смесь хозблока, мусорки и больничной палаты. Два больших фонаря освещали импровизированный стол с банками консервов, фляжками с водой и аптечкой. Рядом синим цветком горела большая газовая горелка с баллоном. У стены на куче какого-то тряпья в горячке металась девушка, а нам навстречу бросился парень в черном тактическом костюме.

— Стойте!.. — в отчаянье выкрикнул он, раскинув руки и вставая между нами и девушкой. Жестяная кружка со звонким лязгом покатилась по цементному полу, оставляя за собой кляксу расплескавшегося чая.

Я сразу узнал обоих. Это были те самые близнецы, с которыми нам пришлось столкнулся на подступах к катакомбам. Я тогда применил против девушки ядовитый клинок, от которого она должна была умереть в течении нескольких секунд, но вместо этого жила до сих пор.

У меня в голове сразу же пронеслось, что эти двое, вероятно, могли бы рассказать нам что-нибудь полезное. Про Михаила, про ангелов. И про подземелье…

Вдруг парень, молниеносно метнувшись в сторону, схватил автомат. Но Локи, хищно изогнувшись, оказался быстрее. Его клинок блеснул в свете фонарей…

Кричать было бесполезно.

Так что я рванулся на своей максимальной скорости следом за Локи, опережая его.

Удар ему под локоть — и клинок устремился вверх вместо того, чтобы проткнуть противнику шею.

Тем временем пуля уже вылетела из автомата близнеца. Уйти от выстрела я уже не успевал. Пуля обожгла мне плечо, чиркнув по касательной, но в следующее мгновенье я уже выбил взрывным ударом оружие у парня из рук и схватил его за горло.

— Не дергайся! — приказал я, сжимая пальцы покрепче. — Или я попрошу моего приятеля показать тебе, что такое боль. На примере твоей сестры.

Он замер, тяжело дыша. На лбу проступила испарина, лицо стало пунцовым, глаза забегали.

— Я отдам все, что у нас есть, — хрипло выдавил парень, — Продукты, медикаменты, патроны. Расскажу, где спрятана ангельская дурь и химоза, где хранятся гранаты. Только отпусти. Зачем тебе наши трупы? В чем твоя корысть?..

Локи, флегматично слизнул с лезвия нитку от черной тактической куртки. Сплюнул себе под ноги.

— Зря ты не веришь в бескорыстные порывы, — проговорил он с недоброй улыбкой. — Ой, зря…

Я строго взглянул на Локи и слегка ослабил хватку.

Данилевский тем временем склонился над девушкой.

— Не трогай ее!.. — скрипнул зубами парень. — Она же отравлена, она опасна!..

— Я не собираюсь ее насиловать, если ты об этом, — брезгливо поморщившись, отозвался Ян, разглядывая больную. — И кстати, она очень неплохо выглядит для отравленной. Кожные покровы чистые, отеков нет, рана, насколько я могу судить… — покосился он на бинты в тазу — тоже чистая, дыхание ровное. Только температура очень высокая. Как бывает у людей с прокачанным иммунитетом. И в аптечке жаропонижающего нет — видимо, все запасы уже израсходованы. Но у людей с устойчивостью к ядам обычно такой реакции не наблюдается. В чем проблема?

Я чуть сильнее сжал его горло, чтобы простимулировать ответ. И парень прохрипел:

— У нее… нет… устойчивости к ядам. Это у меня он есть. Мы… Мы связаны!.. Я могу делиться с ней своими способностями. Только… это требует… много энергии.

— Поэтому ты схватился за автомат вместо того, чтобы попытаться атаковать с помощью мутаций? — спросил я.

— Да, — с трудом ответил парень.

— Локи, подай мне веревку? — попросил я.

Связав близнеца, я оттащил его в дальний угол. И, устроившись на ящике рядом с ним, проговорил:

— Значит, так. Убивать вас нам и правда необязательно. Но я очень любопытный, и хочу задать тебе ряд вопросов. И про тайники с запасами, и про Михаила. И про его учителя — тоже. Попробуешь врать и юлить — я это почувствую. И отдам вас обоих во-он ему, — кивнул я в сторону Локи. — А если будешь отвечать коротко, четко и по существу, то получишь не только возможность пожить, но еще и дозу жаропонижающего для сестры. Как тебе такое предложение?

— А у меня тоже есть вопрос, — заговорщицким полушепотом проговорил вдруг Локи, остановившись у меня за спиной и наклонившись к самому уху. — С чего это вдруг Монгол решил, что может распоряжаться мной, как ему вздумается? Неужели кто-то глупый решил назначить его главным без моего ведома?..

Глава 17

Тайна старого богомола

Наверное, если бы этот вопрос был задан Данилевскому, тот бы нашелся, как ответить не конфликтно и политически грамотно.

Но Локи подвалил ко мне, грубому гунну. И не в самый лучший момент.

Я стремительно поднялся, с грохотом отодвинув ящик ногой в сторону. И развернулся к Локи.

— Тебя что-то не устраивает? — прищурился я, глядя на него в упор.

— Не-а, — все с той же улыбкой отозвался Локи. — Не устраивает.

— Тогда пошел нахер отсюда, — негромко и довольно спокойно ответил я, но мой усталый хриплый голос прозвучал неожиданно устрашающе.

Данилевский весь подобрался, напрягся.

А Локи только языком прищелкнул. И, не переставая улыбаться, протянул:

— А если и это меня