Волчья степь - Михаил Сухоросов

- Нет, Воденвирт, - обладатель Силы явно не соглашается, голос более жесток. - Этот человек мой. И второй, орденец, тоже.

- Я их у тебя не отнимаю.

- Вот и хорошо. Значит, так, - повелительно бросает негромкий кому-то, - завтра он должен быть вполне здоров, в здравом уме и твердой памяти, понятно? Иначе пеняй на себя.

- Будет сделано, - без особого энтузиазма откликается третий голос.

- И учти: хоть немного его повредишь - будешь ходить с собственной головой в руках. Действуй.

Открылась и закрылась дверь, а потом появился еще кто-то, вызванный, очевидно, мысленной командой, и за меня принялись всерьез.

Силовой массаж центральной нервной - удовольствие ниже среднего: ощущение такое, словно к каждой клеточке подключен высоковольтный кабель. Но в норму приводит, надо сказать, очень быстро. Несмотря на это, я продолжал симулировать отключку, а потом мне снова вкатили в вену что-то, от чего я провалился в глубокую, без сновидений, черноту.

Судя по ощущениям - утро. Не знаю, чем именно меня вчера приводили в норму, но это явно удалось: я свеж и полон сил. Почти как новый. И, самое странное, не заблокирован по Силе! Контроль, конечно. ощущаю, словно кто-то сквозь стенку за мной следит, но как-то так... Конечно, можно попробовать ребят за это наказать и уйти - остановить сердечко - проще простого. Но это уж крайний выход. Так что самоуничтожение лучше покуда отложить до лучших времен и оглядеться. Говорят, помогает...

Обстановка в хижине предельно простая: топчан, на котором я, собственно, и лежу, стол, лавка, вделанная в стену. И все. Окошко маленькое, затянутое то ли бычьим пузырем, то ли чем-то еще - и без всяких признаков решетки! Только пары стульев в интерьере не хватает... Хотя их можно как дубины использовать...

Я чуть не заржал: Чародеи - круче некуда, и вдруг опасаются удара стулом из-за угла... хотя, в принципе, правильно - любая мелочь может боком выйти, и я тому - живой пример. Но пока я жив, а значит, игра продолжается. И надо собраться. Эх, сигарету б сейчас... Ч-черт, запросы стали прямо королевские, Мик! Мало того, что жив, так еще и курить подавай...

Не знаю уж, чего я ждал - но ждать пришлось долго. Сначала я решил, что обо мне забыли, потом - что решили извести бездельем. дальше - что тут таких, как я - хоть пруд пруди, и с каждым в отдельности разбираться... В процессе этих раздумий я проглотил какой-то нехитрый и почти безвкусный завтрак, принесенный охранником, смахивающим на эльфа-недомерка. То, что меня все же кормят, вселяет определенные надежды... Хотя поводов для радости я тут не вижу - вариант, что со мной будут разбираться весьма и весьма круто, сбрасывать со счетов попросту глупо. А уж расслабляться и благодушествовать - тем паче.

И вот тут я почуял того, вчерашнего - обладателя громадной (и непонятной) Силы. Явно топает сюда - и явно не один, но кто с ним - не разобрать. Тут у меня очко-то и заиграло... Ладно, спокойствие. Собраться... Я забрался на топчан и устроился в позе Будды.

Прошла, может, минута или около того - но мне это время показалось нестерпимо долгим. Дверь наконец открылась, я нарочито ленивым взглядом скользнул по троим вошедшим и снова отвернулся. Первой в дверях появилась пучеглазая рожа охранника-полуэльфа, он у дверей и остался. А двое остальных вплотную подошли к топчану, так что мне волей-неволей пришлось их разглядывать.

Первый - высоченный, плечистый, осанистый, лет сорока с чем-то на вид - в пластинчатом панцире и плаще, лицо настоящего вояки, как с плаката - словно из гранита высечено, крупные черты, тяжелый подбородок, глаза - два автоматных ствола. И Силой владеет, но какая-то она у него... Чародейской сшибки даже со мной он может и не выдержать.

А та Сила, которую я со вчерашнего дня запомнил - это от второго исходит. Сам этот второй совсем неприметен: невысокий, плотненький, лысоватый, в жеваном комбинезоне цвета хаки, в очках с толстыми стеклами... Этакий бухгалтер лет пятидесяти...

Они тоже молча разглядывали меня, и наконец высокий повернулся к очкастому:

- А ты уверен, что он тебе нужен?

«Бухгалтер» только плечами пожал:

- Тебе он ни к чему, во всяком случае.

- Ну, как сказать... - усмехнулся верзила. - Ребята заскучали...

Очкарик рывком повернул к нему голову и бросил неожиданно резко:

- А это уже твой просчет. Давай своими делами заниматься. У тебя - войска, а каждый Чародей, поступающий к нам - моя законная добыча. А с этим вообще разговор особый. Договорились?

- Ладно, - с явной неохотой пробурчал вояка, делая охраннику знак убраться, потом, тяжело ступая, подошел к лавке и уселся, нога на ногу. Оба продолжают себя вести так, словно меня здесь и нет... В каком-нибудь там метафизическом смысле это, пожалуй, и верно: когда меня распотрошат, что рано или поздно случится, я интереса представлять уже не буду, а следовательно, можно считать меня трупом уже сейчас.

Очкастый покачал головой:

- Воденвирт, с этим человеком у меня свои дела. А ты тут упоминал, что ребята твои заскучали. Так что иди и займись своими прямыми обязанностями - до похода считанные дни.

- Пожалуй, - выдавил из себя верзила, вставая и направляясь к двери. Мне почему-то кажется, что он здесь не первая скрипка...

Когда дверь закрылась, невысокий прошелся по хижине, глядя в пол и что-то мурлыча под нос, покачался с носка на каблук, скрестил руки на груди и повернулся ко мне:

- Видишь, с кем приходится работать? И никуда не денешься, серой массе нужен герой, повелитель. А этот - как раз такой герой и есть, армия на него молиться готова. Если вдуматься, все эти повелители толпы - Чингиз-хан, Аттила, Троцкий - все они порядочными ничтожествами были, согласен?

Так, начало в духе светской беседы. Что бы это значило?..

- Это еще как посмотреть, - выдавил я на редкость глубокую мысль, настороженно разглядывая собеседника.

- Да как ни смотри... Завести толпу может только тот, кто в плане интеллекта способен опуститься на ее уровень - при наличии соответствующей Силы, конечно. А этот Воденвирт - фактически мое творение, без моего участия он бы до сих пор племенем на побережье командовал.

- Может быть, - осторожно отреагировал я. Очкастый усмехнулся:

- Все гадаешь, почему я на тебя с раскаленными клещами не набрасываюсь? У меня одно предложение: давай для начала пообедаем, поговорим не торопясь - а там уж сам решай, будешь ли ты мне что-то рассказывать. Я имею в виду, сам. Годится такой вариант?

Так. Надеюсь, ему в голову не придет подсыпать в хавку какой-нибудь пентотал, или что еще в нее для разговорчивости подсыпают...

- Идет. Только хотелось бы знать, с кем я беседую. Ты, я думаю, мое имя знаешь.

- Имя... - мой собеседник вразвалочку подошел к лавке, уселся поудобней, закурил, толкнул пачку мне через стол. - Угощайся. А имя... Орденцы называют меня Волком, свои - Хозяином, а как звали раньше... Не все ли равно? Тот человек уже не существует.