Узоры тьмы - Кэри Томас

– Может, я вообще не из тех девушек, на кого можно произвести впечатление цветами, – отозвалась она. – Зачем дарить девушкам то, что когда-то было прекрасным, а теперь медленно умирает?

Аттис задумался над ее словами:

– Пожалуй, в этом что-то есть.

Анна остановилась перед входом в естественно-научный корпус и сощурилась:

– А у тебя точно сейчас здесь занятия?

Он окинул здание взглядом и покачал головой:

– Не-а. Мне просто хотелось пройтись. Я вообще не помню, где у меня следующий урок.

– Аттис!

– Не переживай, без меня все равно не начнут.

Он ухмыльнулся и зашагал в другую сторону.

Анна проводила его взглядом, задаваясь вопросом, неужели она теперь стала для него всего лишь очередным объектом для флирта, потом развернулась и пошла в класс – и, открыв дверь, застыла на пороге…

В заднем ряду с блокнотом наготове сидел инспектор Имз. Его взгляд упал на нее, и на мгновение она перестала видеть что бы то ни было, кроме черных бездн его глаз. Не чуя под собой ног, она пошла к своему месту. Держи себя в руках.

– Анна, вы опоздали, – упрекнул ее учитель.

– Простите, доктор Пинкетт.

Она проскользнула за парту.

– Как я уже сказал, – продолжил доктор Пинкетт, многозначительно глядя на Анну, – на сегодняшнем занятии будет присутствовать инспектор Имз. Беспокоиться вам не о чем. Урок будет проходить в обычном режиме…

Анна достала учебники, изо всех сил стараясь не обращать внимания на инспектора, сидевшего на галерке, но его присутствие было единственным, о чем она могла думать, единственным, что она ощущала. С чего он вдруг решил сидеть на уроках? С начала триместра прошло уже несколько недель, и, хотя слухи о Дарси по-прежнему были у всех на устах, они уже начинали утрачивать свою изначальную остроту, однако его присутствие, его внимание лишь подогревали вопросы. Анна спрятала руки под парту и принялась нервно теребить пальцы, пытаясь отвлечься от пустившегося вскачь сердца, но в мозгу у нее звучал тревожный набат, и все, что она ощущала, – это холодную пустоту, которая расползалась по всему телу, завладевая каждой клеточкой…

Она занималась магией. Заставляла себя открыться ей навстречу. Вчера вечером, принимая ванну, Анна пустила по поверхности воды зыбь, а потом попыталась при помощи магии собрать ее обратно в центр. Поначалу ничего не происходило. Она сравнительно легко преодолела первые этапы заклинания, чувствуя магические нити: мерцание воды, разбегающуюся в стороны рябь, насыщенное облако пара, – однако, когда она попыталась воззвать к магии внутри себя – пробудить свою хиру, – ее просто… там не оказалось. Она пыталась не паниковать из-за того, что ничего не чувствует, и все туже натягивала нити, но они были какими-то бесцветными… слишком растянутыми. Тогда, в швейной мастерской, когда рядом были все остальные, у нее все получилось. Сейчас же, в одиночестве, когда опереться, кроме как на себя саму, было не на кого, магия не давалась. Однако же, когда она с досады шлепнула по воде ладонью, зыбь внезапно разбежалась в разные стороны и стала яростней, забурлила, точно готовый переполниться родник, устроила в ванне небольшую бурю и перелилась через бортик. То же самое произошло, когда она, пытаясь зажечь у себя в комнате свечу, вместо этого подожгла занавески. Как она могла контролировать свою магию, если та упорно не желала повиноваться и либо не давала никакого результата вообще, либо результат был катастрофическим?

Ей было бы не так обидно, если бы им хотя бы удалось достичь какого-нибудь прогресса с проклятием, но их новый план пока не давал никаких результатов. Вечер за вечером Анна, вместо того чтобы делать домашнее задание, искала в Интернете информацию о самой первой паре сестер – Ханне и Элинор Эверделл. Но все было тщетно: таких словно никогда и не существовало. Она написала письмо Яге Бабановой и попыталась спланировать поход в библиотеку в обществе Эффи, но та или пропадала где-то на тусовках, или отсыпалась после них. Со дня той приснопамятной поездки к Демдайку их отношения заметно улучшились, и Анна очень старалась ничем не нарушить это хрупкое равновесие, но нежелание Эффи хоть немного поторопиться выводило ее из себя. С другой стороны, Эффи не снились вороны и винтовые лестницы, ведущие в никуда; магия Эффи не выходила из-под контроля в самый неподходящий момент; Эффи верила, что они не тем, так иным способом сумеют покончить с проклятием; Эффи не убивала родную тетю…

– Мисс Эверделл!

Анна вскрикнула от неожиданности.

Весь класс уставился на нее. Доктор Пинкетт, хмурясь, смотрел на нее: это он произнес ее имя. Он свел брови на переносице:

– Анна, вы… хорошо себя чувствуете? Вы никак не отреагировали на мой вопрос.

– Э-э-э… да-да, простите. – Анна поднялась, стараясь не обращать внимания на смешки, перешептывания и скрип инспекторской ручки у нее за спиной. – Повторите, пожалуйста, вопрос.

Когда их наконец выпустили из класса, у Анны было такое чувство, что она вот-вот взорвется. Низко опустив голову, она направилась прямиком в кабинет музыки. Ей хотелось оказаться как можно дальше от инспектора. Навстречу ей попался Питер. Он шел куда-то в другое место, но при виде Анны замедлил шаг:

– Анна…

– Не сейчас, Питер.

Она двинулась дальше, но он не отставал:

– Анна, что случилось?

Она обернулась:

– Что случилось? Что случилось? О, даже и не знаю, может, меня просто обвиняют в совершенно безумных вещах, большая часть школы шарахается от меня как от зачумленной, а только что мне пришлось просидеть весь урок в присутствии этого… инспектора, который следил за каждым моим движением. И этот человек здесь потому, что меня обвиняют в травле Дарси, хотя все время, что я тут проучилась, это Дарси меня травила. И кстати, она твоя бывшая подружка!

Этот выплеск явно ошарашил Питера. Анна надеялась, что, может быть, теперь-то он оставит ее в покое, но он лишь подошел ближе, с озабоченным видом сведя брови на переносице, так что между ними образовалась коротенькая прямая морщинка.

– Ну разумеется, нет ничего удивительного в том, что у тебя стресс. Тебе столько всего пришлось пережить.

Его сочувственная реакция застала Анну врасплох.

– Пойдем присядем, – успокоительным тоном произнес он и повел ее по коридору к пустовавшей скамейке.

Анна опустилась на сиденье и обхватила себя за плечи руками.

Он покачал головой:

– Плюнь ты на эту Дарси. Она всегда обожала быть