Наугад - Ande

Злило то, что все с этим живут и не замечают. Больше того, вокруг этого макабра, как водится, куча народу, которые его помогают решить. За счет пусть и незначительного но нарушения УК.

В общем. Двигатель мне помог достать Иво. Никто и никогда не объяснит мне, зачем новый двигатель от одиннадцатых Жигулей, оказался на продбазе Балтийского Морского Пароходства. Тем не менее, именно оттуда, переплатив, я его поимел.

Дальше было смешно. Наш школьный приятель составил мне протекцию. По принципу мой батя служил с мужиком, что в Автосервисе Мартышкино работает. Я с ним связался, переговорил, и, в пятницу, притащил на веревке свою тачку в эту пердь. Мужик меня встретил, и, не глядя на авто, отвел к другому мужику. Который и оказался Петром, слесарем моторного цеха. Тот, за пятьдесят рублей, согласился, что у меня подошла очередь на замену двигателя. Счастливый и довольный быстрым прохождением квеста, я пошел сдавать тачку приемщику.

Приемщик сказал, что мой авто принять в ремонт не может. При том, что я уже оплатил приемку. Официально, что бы попасть на сервис, нужно пройти мойку и приемку, за двадцать пять рублей. И только после этого ты будешь допущен.

Но приемщик, мужик лет тридцати, заявил, что у меня конструктивные изменения. Спортивный руль, сиденья и ручка КПП — короткоходка. Извини шеф, не могу. И я вышел из себя.

— Значит так — сказал я, доставая их кармана сто рублей — слушай сюда удод. Ты сейчас, лично, оттолкаешь мой экипаж в цех. И тогда я тебе ничего не сделаю. Этого достаточно, что бы ты понял? А то ведь, я тебя заставлю сделать все задаром.

Приемщик на пол головы выше, и кило на двадцать тяжелее. Видимо не просто так. Похоже, граждане, частенько проявляют недовольство. И поставили того, кто сможет противостоять. Да только мне было плевать. И я начал прикидывать, как буду его бить головой о стену забора на въезде.

Пролетарий, к его чести, не испугался. Хотя, кажется, понял, что его ждет. Сотка исчезла в его кармане. Но, вместо того, чтоб впрячься и толкать, он задумчиво меня оглядел. И сказал:

— Давай отойдем. Есть разговор.

Мы отошли в сторону, он достал из кармана комбеза пачку БТ, и протянул мне. Я мотнул головой и достал свое Marlboro. Он хмыкнул.

— Я вижу, ты мужчина серьезный. Не хочешь вместо своего, шестеровский движок?

— А ГАИ?

— У нашего сервиса официальное разрешение на переделку. Мы ментам двигуны переставляли, и нам выдали.

— А подвеска, коробка, редуктор?

Приемщик с уважением поглядел на меня, протянул руку и представился:

— Меня Иван зовут.

— Я Коля.

Мы пожали друг другу руки.

— Все, Коля, делается. Если тебя не пугают расходы.

— Так что с ГАИ?

— Мы дадим официальную справку о внесении изменений. В любом ГАИ примут. Но, если хочешь, на Попова есть один капитан. Он тебе поможет все быстро оформить, на Энергетиков[2].

На том и поладили. Привезенный мной движок остается им. А я доплачиваю за более лучший, и за то, что потом назовут — тюнинг. Хотя, прошлым летом, я вполне серьезно занимался аутотренингом, и убеждал себя что это прикольно и стильно, кататься на Жигулях. В общем, за все про все, три тысячи шестьсот рублей. И вправду, проще было новую машину купить. Да только новую, не переплатив, тоже не достать.

Так что, когда открылась касса, я заплатил девятьсот семьдесят официальных рублей. Петр и Иван прониклись ко мне уважением. Потому что я с одной стороны не жадничал, с другой стороны не позволил себя развести по мелкому. С третьей стороны, им понравилась обрезанная ручка КПП, они сказали, что будут предлагать клиентам. Я промолчал про тонкости этого улучшения. В качестве жеста дружбы и сотрудничества, они мне задаром воткнули руль с Жигулей для английского экспорта. Тоесть официальный спортивный руль для ВАЗ. А не поделку, как я поставил…

Сурков, узнав что я еду на Энергетиков, напросился со мной. Познакомишь меня, Дух, с этим ментом. А то чо я, езжу на чужой Волге…

В день моего эпичного разрыва, точнее в ночь, мы с ним долго сидели, в конце-концов поднабравшись. Как я понимаю, вернувшись домой, Лишова позвонила Ирке, и потребовала обо мне ей больше не напоминать, потому что все кончено. И я потешался над Сурковскими затруднениями.

— Ты будешь вынужден мне отказать от дома, Серега! Я так и знал, что эта Ирка — не к добру.

— Да чо ты веселишься то? Дух, вот какая у тебя цель жизни?!

— У меня и жизни то нет…

— Кончай! Так и знай, что Вика не только подруга моей жены, но и мой друг.

— Как интересно! Я тоже твой друг. Идея! Будем видеться тайно. В обстановке строгой конспирации.

— Завязывай делать вид, что тебе плевать!

— Да нет, грустно конечно. Это Иво у нас, красив как гвардейский конь. Любая сочтет за счастье с ним общаться. А я простой вепс. Мне будет трудно найти подругу.

— В твоем институте?!

— Ты не понял, я наконец то поумнел. И моя девушка не будут учиться со мной в одном институте. Схожу как ни будь, с пацанами, в ЛДМ, на дискотеку.

Капитан Павел Петрович Лейкин, сотрудник ГАИ, оказался не только в гражданском. У меня выходной ребята. Но и простым и свойским. Когда мы подобрали его на Охте, он поначалу напрягся. Я не сказал, что буду со спутником. Но потом он успокоился. А узнав, что Суркову нужно будет как ни будь оформить на себя машину, и вовсе обрадовался дополнительному доходу. Тщательно изучив мою папку с документами, он сказал что за пару часов все сделаем. Давай, Коля, пети-мети. Получив сотку десятками, наказал никуда не уезжать, и скрылся в домике ГАИ.

Мы с Сурковым курили, и трепались обо всем по немногу. Я рассказал про героический ремонт, и незаметные глазу улучшения. Он надменно говорил, что ездит со мной уже час, а ничего не почувствовал.

— А ты куда после Москвы собираешься?

— Ясное дело на Кубань. Мне там нравится. Разве что, может, куда на море съезжу. С другой стороны, хотелось бы быть здесь в момент, когда ты станешь отцом. Кто ещё сможет тебя скрутить, если ты сбрендишь на радостях?

— Ты жалеешь, что вернулся?

Я усмехнулся. Лишова конечно дура. Но в одном я ей благодарен. Я не остался там. Как ни крути — здесь я дома.

— Ну, сам подумай, Сурков, вот был бы я сейчас в зимней Бразилии…

— Не в Ницце?