Шут-2 - Ник Гернар

И с этими словами я вытащил из ящика…

Ключ.

Это определенно был он. Та же форма, что на устройстве возле выхода.

— Что это? — спросил я Флетчера.

Тот озадаченно уставился на предмет. Но ответить не смог, только непонимающе потряс головой.

— Проход заблестел, нам пора возвращаться! — крикнул вдруг Локи.

И я, подняв голову, увидел, что проход действительно начинает затягиваться пленкой.

— Ян, уходим! — сказал я. — Успел забрать, что хотел?

— Да, — отозвался Данилевский.

И мы все четверо поспешили наружу.

Выход на полигон закрылся, и мы облегченно выдохнули.

Но не Флетчер.

Беднягу затрясло в два раза сильней, его глаза округлились.

И я мог его понять.

Он оказался в комнате, где ноги скользили от крови, а справа и слева валялись обезглавленные и освежеванные человеческие тела вперемешку с тушами животных. С непривычки такое зрелище не очень-то успокаивает.

Он не успел сделать и пары шагов, как его стошнило.

Я похлопал его по спине.

— Ничего. Ты привыкнешь. Если что, меня зовут Монгол. Это — Ян, а за твоей спиной — Локи.

Но Флетчер, похоже, меня не слышал.

Ян подошел к месту нашего ужина, подхватил здоровой рукой фляжку и подал внезапно нашедшемуся соплеменнику.

— Выпей. Полегчает немного, — сказал он.

Флетчер послушно глотнул и закашлялся. Но, отдышавшись, еще раз приложился к спирту.

— Вот так, — приободряюще проговорил Ян. — Можешь оставить себе. Выпей, отдышись. Еще успеем поговорить. Локи, да отпусти ты его, он и так чуть живой! Марат, помоги запаковать все это в мой рюкзак? Выбрасывай оттуда весь хлам, документы важнее.

Мы уложили папки и жесткий диск.

А потом я водрузил ключ на свое место, и запертая дверь перед нами нехотя подалась вперед. Холодный, чистый воздух ударил в лицо, резко контрастируя с затхлой, пропахшей кровью и гарью атмосферой комплекса, и перед нами открылась картина заснеженной поляны, залитой ярким солнечным светом. Прямо напротив нас шагах в тридцати медленно развернулось мерцающее пятно рифта.

Голосовой помощник сообщил мне на ухо:

Испытание 2 — «Пир Храбрости в Подземелье Смерти»- выполнено

Награда: мутация

Выберите мутацию: пирокинез (3 %), дистанционный удар (78 %), бронированная шкура (69 %)

Активировано Испытание 3 — «Заснеженный путь»

Задание: найдите дорогу, ведущую в старый город, и войдите в городские ворота…

Через 11 часов 59 минут 59 секунд выбор будет сделан автоматически

Дальше я уже не слушал.

— Наконец-то! — облегченно выдохнул я.

Наконец-то мы покинем этот тюремный рифт!

Вот только где окажемся?

По логике, если мы перешли из тюремного в смежный с ним рифт, то и выход из него должен быть совершенно другим… И располагаться он может где угодно. В Африке, или на Северном Полюсе.

Хотя стоп. На Северном полюсе нет рифтов.

— Пора домой, — тихо проговорил Ян по-русски, с блуждающей улыбкой глядя на мерцающее пятно.

— Почему там зима?.. — простонал Флетчер. — С утра ведь было шестнадцатое июля… Июль — это лето. Летом не бывает снега…

— Не думай сейчас об этом. Лучше выпей еще, — посоветовал я ему.

Скоро тебе придется узнать очень много нового о мире, который когда-то казался тебе понятным и известным.

— Ну что ж, — подал вдруг голос Локи. Он вышел вперед и развернулся к нам с Яном лицом. Криво улыбнулся уголком рта. — Похоже, наше приключение подходит к концу. Бегающий сейф донес интерфейс, куда нужно. В целости и сохранности. Так что? Время решать вопрос?

Мышцы под его кожей нервно заиграли, готовые в любой момент к рывку.

Глава 21

Как возвращались из командировки американец, поляк и русский

Если бы Локи хотел, он мог бы включить первую космическую и буквально вылететь из этого рифта навстречу прекрасному далеко.

И, честно слово, я не стал бы его догонять. А Данилевский просто не смог бы.

Но этот чудак не хотел бежать.

Ему нужно было что-то совершенно иное.

Он стоял и смотрел на нас с Яном, напряженно дыша. И кровь из его раны на плече тонкой струйкой стекала по голой груди.

Данилевский, не сводя глаз с Локи, на всякий случай отодвинул Флетчера от него в сторону. Пошевелил в воздухе пальцами правой руки — все рабочие, гнутся и слушаются. Потом бросил быстрый взгляд на меня.

Губы Локи тронула злая усмешка…

Один из них ждал, что я возьмусь за оружие.

А другой не сомневался, что я именно так и поступлю.

Я глубоко вздохнул.

Сражаться? Сейчас? Ради великой идеи Данилевского защитить наш прекрасный светлый мир от злобного Локи?

Да ну нахрен. Без меня.

Я поежился на ветру. И проговорил:

— Пойду-ка переоденусь, что ли. Не зря же костюмчик придержал…

И, развернувшись ко всей этой сцене спиной, насвистывая себе под нос, побрел искать своего безголового хранителя шмота.

— Что?.. — вырвалось у Яна. Вопрос прозвучал так искренне и непринужденно, почти по-детски. И за ним скрывалось такое большое и честное разочарование, что ответить мне все же пришлось.

Я обернулся.

— А ты предлагаешь схлестнуться нам друг с другом? Серьезно? — устало проговорил я. — Чтобы мы тут поубивали один другого, и уж точно порешили бы твоего бедного американца, которого ты даже допросить не успел? Потому что он определенно не выживет, если мы тут начнем приборами мериться.

— А ты предлагаешь выпустить маньяка⁈

Локи с детским интересом посмотрел на меня.

— Одним больше, одним меньше… — пожал я плечами. — А главное — где ты найдешь другого такого Джокера? А ведь если он есть в игре — значит, он нужен. Знаешь, кто такой Джокер?

— Безумная и безудержная тьма — вот что он такое согласно системе таро, — с тихой яростью в голосе проговорил Ян.

— А еще — единственная карта, которая может стать любой другой, — сказал я. — Сердцем чувствую — есть в этом какой-то смысл.

Локи хмыкнул.

— Все-таки умный ты, Монгол, — проговорил он. И хотя на губах у него все еще играла придурковатая улыбка, взгляд стал очень внимательным и серьезным. Чтобы не сказать — пронзительным. — Приятно бывает встретить умного человека.

Он развернулся и направился к разлому. Но, остановившись перед самым пятном, вдруг обернулся:

— И передай своему приятелю, на которого я немного обиделся, пусть, как вернется, закажет себе дорогой черный костюм. Ирония судьбы! Он хотел подарить мне клинок под ребра, а я подарю ему две корпорации. Исключительно из братской любви.

— Локи, ты!.. —