Вдалеке горят огни - Илья Самсонов

– Но это же неправда. Они же оба… – хмурится Нага.

Хора и Гехер не без удивления смотрят на Нагу. Она прерывается, замечая это. Кашляет в кулачок.

– Ну… Интересно было, кто там с Хорой будет работать.

В этот момент Хора замечает, что Гехер сидит в каком-то напряжении. Сжимает край стола, будто боится упасть. Хис, правда, этого совершенно не замечает. Он не сказать, что не эмпатичный парень, но выпивка в этом деле совсем не помогает.

– Так а чего тогда? Гех, ты чего там темнишь? Выкладывай давай, – смеется Хис.

В этот момент Гехер резко встает из-за стола. Хора бросает на него удивленный взгляд, как и остальные.

– Я… Я пойду. Надо… В общем, надо. Всем спасибо.

Он быстро уходит. Хора переглядывается с Хисом и Нагой. Нага кивает в сторону выхода. Хора вздыхает, вскакивает с места и бежит на улицу, про себя осыпая Гехера толстым слоем отменной ругани. Даже не пытается задуматься о его поведении. Главное, что он будто одним своим присутствием все портит. Хора выбегает на улицу. Гехер не успел уйти далеко. Она его быстро догоняет.

– Гехер!

Он оборачивается. Физиономия напряженная. Глаза плавают. Он все понимает, но алкоголь все-таки действует.

– Я знаю… Опять выставил себя дураком.

Хора хочет согласиться, но пытается держать себя в руках. Нужно быть мягче. Мягче.

– Все в порядке. Я просто не понимаю, что вообще произошло.

– Я… – Гехер вздыхает. – Я просто не хотел говорить об этом.

– О чем? Что там такого было-то?

– Про мою семью.

– Мы же про нее ничего не сказали, – Хора искренне не понимает.

– Ты знаешь, как я оказался в страже?

– Ты не рассказывал.

– Это… Кхм… Это просто ошибка.

– Ошибка? То есть как это ошибка?

– Я… От меня отреклись. Ты ведь знаешь, что это означает?

Отречение… Когда кого-то из рода лишают всех прав наследника. Безумная редкость, особенно среди савварийцев. Отречение рассматривает суд и удовлетворяет только при особых обстоятельствах. Отречение означает, что на бумаге ты больше не родственник своей семье.

– Знаю, – кивает Хора.

– Меня хотели отправить в стражу на аванпост к Зеленым кварталам, но вышла путаница. Я попал в список к Ниралу, а он не знал про отречение…

– И поэтому решил, что стоит еще и важного ящера добавить в стражу…

– Да.

Хора смотрит на Гехера в полном изумлении. Это настолько нелепо, что просто не может быть выдумкой. Удивительно глупое стечение странных обстоятельств.

– Вот почему ты спишь в казарме.

Гехер кивает. Отчего-то в глазах Хоры это даже ничего не меняет, только доказывает, что он совершенно бесполезен, но ведь попытаться стоит. Она подходит ближе. Преодолевает внутренние зажимы. Очень тяжело!

– Какая разница, что там было…

Хотя она ведь не знает, что Гехер совершил для этого самого отречения. Он ведь выглядит достаточно безобидным. На ее слова он кивает.

– Мне казалось, что я тебе не нравлюсь, – произносит он с усмешкой.

Догадливый. Хора аж на миг задерживает дыхание, делая шаг ближе.

– Я просто… такая.

– Колючая?

– Ага.

Усмехается. Ей кажется, что она выглядит донельзя фальшиво и наигранно, но Гехер будто вообще ничего не замечает. Вроде он успокоился и даже доволен, поэтому…

– Я думаю, что тебе нужно двигаться дальше. Я могу поговорить с Истихом. Тебя могут приписать к охране Надаха, – ей кажется, что она произносит это слишком быстро.

Гехер молчит. Смотрит на нее совершенно непонимающе.

– Я… Я не понимаю.

– Надах ведь… эм… Важный. Он сможет помочь тебе, – Хора не без труда подбирает слова. Ей кажется, что не очень удачно.

Гехер трет лоб.

– Что… Что за игру ты ведешь? – неожиданно агрессивно произносит Гехер.

Хора даже опешивает, давая ему шанс продолжить тираду.

– Я не настолько пьян… Это твое приглашение, странное поведение, а теперь это… – Гехер качает головой. – Я, может быть, и прожигал жизнь зря. И не, я не знаю, не так умен, как ты, но… Но я не полный кретин.

Хора смотрит ему в глаза. Ее дыхание ровное. Почему-то она совершенно не волнуется. Ей будто даже нравится то, что он это произносит. Словно хоть тут можно не закапывать себя в бесконечном вранье.

– Что? Что происходит? Просто скажи мне. Не надо вот этого всего, – он произносит это на каком-то надрыве.

– Почему от тебя отреклись? – неожиданно спрашивает Хора.

– Какое это имеет значение?

– Интересно.

– Не меняй тему! Я тебя спросил. Я! Ты собираешься говорить? – Гехеру будто тяжело дышать, его распирает от злости.

Провал, но провал безболезненный. Все-таки Гехер ведь ничего не узнал.

– Нет, – она произносит сухо. – Я даже рада, что это так закончится, – совершенно искренне произносит Хора, глядя в глаза Гехера.

Видит, как напряжены его челюсти. Сжимает зубы. Продолжает злиться. Она даже готова к тому, что он что-то сделает, но Гехер выпрямляется, разворачивается и уходит. Хора смотрит ему вслед. Она не испытывает сожалений. Будто с плеч падает огромная ноша. Могло быть куда хуже, верно?

Стражник позвал Юлия, когда небо уже стало темным.

– Это кто-то из Маради.

– Оу… Я понял.

Приходится искать приличную одежду, выбирать между эллинской и юлианской. В эллинской все еще как-то непривычно, Юлий аж морщится. Вот она, возрастная закостенелость. Тяжело вздыхает, вновь отдавая предпочтение просторной тунике. Удобство перебивает желание молодиться.

– Вы сегодня будете поздно? – спрашивает Юстин.

Юлий и сам усмехается такому вопросу.

– Сам не знаю, но… Надеюсь, что нет.

– Ялии боитесь?

Юлий бросает на ученика удивленный взгляд. Ого, а мальчонка, оказывается, может, если захочет! Уже неплохо.

– Только самую малость.

Даже не лукавит. Нет никаких причин считать, что проведенная вместе ночь – это что-то серьезное, но все-таки от карнифасов можно всякого ждать. Не стоит недооценивать непредсказуемость Ялии – такого мнения придерживается Юлий. И все же отказать Ясмине Маради он не может. И дело не только в том, что она чертовски эффектная женщина, которая очевидно проявляет к нему внимание. У Юлия хороший нюх на тех, кого нельзя игнорировать. Впрочем, с властными женщинами все всегда и без чуйки очевидно.

– Я постараюсь недолго, но меня можешь не ждать.

– Что сказать, если Ялия спросит?

– Правду… – короткая пауза. – Хотя, можешь сказать, что не знаешь.

Юлия эта ситуация чертовски веселит. Будто у него появилась супруга. На улице стоит целый экипаж. Двери приоткрываются. Оттуда выглядывает Ясмина.

– Юлий, поднимайтесь.

Его дважды просить не нужно. Он забирается в экипаж. Ясмина одета дорого и ярко. Алый и золотой цвета только украшают ее. Платье красивое, пестрое, но целомудренное: с высоким горлом и без декольте. Внутри приятно пахнет. Парфюм. Аромат мягкий и не слишком резкий. Можно даже сказать, что это изысканно.

– Не думал, что вы и правда решите заехать, – немного лукавит Юлий.

– Думаете, что я не держу свое слово? – она бросает на него серьезный, даже строгий, взгляд.

– А вы давали мне слово?

– Ха! А вы, я смотрю, не поддаетесь на уловки, – Ясмина улыбается.

– Просто заторможенная реакция.

– Ой, ну это не похоже на правду.

Юлий лишь пожимает плечами.

– Куда мы едем?

– К моему имению. Посидим, поужинаем. Мне хочется пообщаться с кем-то не из этого города.

– Тут вроде полно гостей из разных стран.

– А я и не говорю, что общаюсь только с вами. К тому же… Вам тоже будет интересно поговорить со мной, – Ясмина широко