Я иду - Сергей Попов

– Нуда…

И замолчал.

– Слушай, а тебе самому-то не жарко во всей этой твоей броне, маске?.. – посмотрев на него, вдруг поинтересовался я, пристально разглядывая серебристо-черные доспехи, густо заляпанные темными кляксами.

Айс удивленно изломил бровь, усмехнулся.

– Не жалуюсь – привык, – пожал плечами он, отряхивая наплечники от грязи, – тяжеловатыми, конечно, в начале казались, а потом ничего, нормально… – подышал на запотевшие стекла респиратора, протер от собачьей крови, – зато в них можно не переживать, что тебе прокусят руку…

– Это если одна собака, допустим, а вот свору? Выдержит? – состроив хитрое лицо, полюбопытствовал я. – А?

– У-у-у… – протянул тот и с легким налетом раздражения ответил: – Это тебе не тряпка какая-нибудь, а боевой доспех! Причем легкий! И к нему относиться надо бережно, а не испытывать эксперименты на прочность ставить…

Я выдержал паузу, закурил.

– А респиратор сейчас зачем таскаешь? – выпустив дым, спросил я.

– Ладно там ночью, но сейчас-то день – вроде как все видно, пыльца не летает, свежо…

– Для страховки, – пояснил Айс и как-то странно выдохнул: – Кто его знает, чем тут воздух пропитан…

– А я вот противогаз надеваю только когда лианы вижу, – задумчиво промолвил я и с наслаждением затянулся, – а вообще… тут дело чутья и вкуса. Кому как нравится… – с завистью посмотрел на респиратор, – хотя от такого, как у тебя, бы вряд ли отказался…

– Как в Горизонте-26 окажемся – такой же достану, – пообещал вдруг Айс и опустил на него глаза, разглядывая так, словно видел впервые, – главное, чтобы нас с тобой внутри базы вообще никто не видел, Сид. Иначе поднимется такая шумиха, что нас прикончат раньше, чем мы к воротам комплекса доберемся.

Я задумался, достал фотографию дочки, закусил губу.

– Ты ее скоро увидишь, Сид, не переживай, – клятвенно вымолвил Айс и поднялся, – а сейчас вставай, мы уже рядом… – ткнул в сторону невысокого темного забора, местами тонущего в хилых кустах, разнотравье и за стволами тонюсеньких больных деревьев, – Остхоулское кладбище прямо по курсу. Скоро уже будем в самом Городе.

Я привстал, выкинул бычок, убрал фотографию, пригляделся – входные ворота сильно погнуты и помяты, словно кто-то силой рвался через них.

– А вон лужи – воды можно набрать, – негромко объявил я, разглядывая вдалеке парочку зеркальных клякс. – Так что от жажды мы с тобой точно не сдохнем. Радуйся!

– Да я прям пляшу от радости! – подыграл Айс и даже картинно изобразил короткий номер, выполнив один разворот и несколько забавных движений руками, от чего я невольно засмеялся. – Всю жизнь мечтал лакать воду из луж, как верблюд какой-то!

– Привыкай. Что я могу тебе предложить… – высказал я и пожал плечами: – Супермаркетов тут нигде нет, магазинчиков – тоже. Тем более она нормальная, чистая, как из родника.

– Ну-ну… – недоверчиво буркнул Айс и, поспешно скрыв лицо респиратором, покрылся капюшоном, – ну-ну… – зачем-то повторил и, не позвав меня, стал спускаться по затравеневшему невысокому склону.

Нагонять его пока не стал, а лишь молча повернул голову в сторону церкви, где больше не слышались ни морфы, ни собаки, и увидел то, как сквозь светлые проплешины в холодном небе на крест проливаются нежно-золотые солнечные лучи, ласкают, согревают ржавый металл. А через какое-то время весь тяжелый чугунный свод дрогнул, порвался, как старое покрывало, и из него, словно тысячи призрачных иголок, вырвались яркие полосы света, разбежались за считанные секунды по всему пустырю и щедро наградили яркими красками.

«Добрый знак, – с радостью подумал я, – это добрый знак…»

И, напоследок перекрестившись, пошел догонять напарника…

Смотреть за игрой Бетти, уже час безвылазно плещущейся в тихой речушке рядом с берегом, вызывало умиление, радости. Разлегшись на надувном матраце, я блаженно посасывал через трубочку холодный яблочный сок из вытянутого стакана и довольно вздыхал, наслаждаясь долгожданным отпуском. Погода стояла теплая, солнечная, ветреная. Несильный ласковый ветерок заботливо качал пышные кроны деревьев, шумел травой, пускал по мерцающей ленте реки рябь и норовил сдуть кепку – спасение от солнцепека. По лазурному небу, купаясь в лучах солнца и отбрасывая гигантские тени, молчаливо и лениво шли пышные облака, а чуть ниже, едва ли не касаясь макушками этих мохнатых великанов, парили черные галочки птиц, изо всех сил пытающиеся потягаться с ними в скорости. То тут, то там слышалось стрекотание, жужжание, пахло цветами, травой, свежестью, свободой…

– Эх, хорошо-о-о! – зажмурившись от удовольствия, протянул я и отпил еще сока, опять укладываясь на матрац. – Всегда бы так!.. Бетти, доченька, ты не закупалась ли там?

Раздался детский смех, опять застучали брызги по водной глади.

– Нет, пап, я еще немножко, можно? – попросила она нежным голоском. – Яеще чуть-чуть! Вода такая теплая!

Я секунду помолчал, потом приподнялся на локтях и все-таки поддался на уговоры десятилетней дочурки:

– Ну хорошо, принцесса, – разрешил я и добавил с условием: – Но только не час, хорошо? Мы же не хотим с тобой заставлять маму волноваться?

– Нет! – согласилась она и захихикала, пытаясь достать брызгами.

– Ой-ой! Кто это хулиганит? А ну-ка… – я быстро поставил стакан на траву, скинул кепку и поднялся, – кто это у нас там балуется?

Бетти опять засмеялась, нырнула, как рыбка, в речку.

– Ой, сейчас догоню! – шутливо пригрозил я и с разбега прыгнул в воду недалеко от дочки.

От громкого хлопка Бетти спешно вынырнула из воды, огляделась, увидела меня, заулыбалась и тут же попыталась отплыть, взмахами маленьких ног посылая в меня крупные брызги. Изобразив дельфина, я быстро подплыл и сделал кружок, вызывая у дочки бурю детского восторга. А потом мы принялись брызгаться, дурачиться, веселиться, разбрасывая прозрачную, как слеза, воду и теряя счет времени…

– Cud! Бетти! Идите кушать! – прервал звонкий нежный голос Роуз, и мы с довольными лицами мигом обернулись. Та, в босоножках, джинсах и в моей сиреневой рубашке, стояла на берегу, держа два полотенца: одно детское – с бабочками, а второе мое – темно-синее, махровое. – Я кое-что вкусненькое приготовила! Идемте скорее!

– Ну что, принцесса, вылезаем? – спросил я и приобнял дочурку. – Посмотрим, что приготовила нам мама?

– Да! – обрадовалась Бетти и, как лягушонок, поплыла к берегу. – Мам, только ты не уходи, мы сейчас!

– Да куда же я без вас? – засмеялась она. – Сид, кстати, тебе звонили.

– Кто? – спросил я и, выйдя на берег, взял на руки Бетти и понес к Роуз. Дочь от неожиданности ойкнула, а потом засмеялась и обняла за шею. – Не видела?