Вирус войны - Дайре Грей

— Какое высочайшее внимание! Хочу заметить, что далеко не всех гостей ждет такое приветствие…

— Я понимаю и высоко ценю заботу нашего хозяина.

Последняя фраза заставила этросску замереть. Улыбка ее стала жесткой. Как и выражение лица. Звякнула цепочка Батимы, упав на камни и привлекая всеобщее внимание.

— Извините, увлеклась… — она широко улыбнулась, нисколько не смутившись, и подняла украшение, снова наматывая его на запястье.

— Тебе стоит быть внимательнее, — холодно заметила Дилара и обернулась к ним, возвращая голосу прежнюю приветливость. — Мы как раз говорили о скором праздновании. День рождения эмира наступит уже через десять дней.

— Как удачно, что мы здесь оказались! — Саша постаралась скопировать безмятежность Батимы, но, судя по взгляду этросски, получилось не очень.

— Безусловно. Подобное празднество должно быть незабываемо. Особенно для тех, кто присутствует на нем впервые. Шейх Данияр упоминал, что в этом году праздник особенный. Ведь эмиру исполняется семьдесят пять лет. Три четверти столетия.

— Он и об этом успел вам рассказать…

— Ай! — короткий вскрик Батимы снова заставил переключить внимание. — Застежка сломалась…

Нижняя губа ее задрожала, а в глазах встали слезы.

— Отец рассердится… Это был его подарок.

Она часто заморгала, пытаясь сдержаться. Вот у кого стоит поучиться лицедейству. Ни капли фальши. Только искренность. Такая, что даже за душу берет.

— Мастер Ульгаз наверняка сможет все починить, а отец даже не узнает, — сухо ответила Дилара, и лицо девушки посветлело.

Она вскочила со скамейки и прижала цепочку к груди.

— Пойду и найду его прямо сейчас!

Батима выскочила с террасы быстрее, чем кто-либо успел отреагировать. Диларе оставалось лишь неловко улыбнуться.

— Юность… Батима еще не просватана и может позволить себе детские выходки.

— Но ей ведь уже пятнадцать… Разве это не тот возраст, в котором принято подыскивать жениха?

Филис явно пыталась вывести этросску из равновесия, но на этот раз не вышло. Та улыбнулась и вернулась к угощению:

— Все зависит от того, где его искать…

Выдав многозначительную фразу, она окинула алый наряд пристальным взглядом и решила перейти в нападение:

— У нас говорят, что жрицы на Киорисе ублажают мужчин за деньги. И даже странно, что пользуются таким уважением народа, у нас таких женщин называют совсем иначе…

— Известные заблуждения. Но на Киорисе за близость не платят. А если мужчина и женщина разделяют постель, то только по обоюдному желанию. Я слышала, что на других планетах все еще используют рыночную модель отношений. И не везде мужчины платят. У Эль-Сабцев самки выбирают самца и предлагают ему деньги за связь и заведение потомства. А иногда платят другой самке, состоящей в связи, за возможность использовать ее самца. Порой даже заключают взаимовыгодные союзы. Триумы. А иногда и больше…

— Да, мы тоже слышали о бесстыдстве змеелюдов, но что еще можно ожидать от зверей?

На лице Дилары отразилось презрение и отвращение лучше всяких слов говорящее о ее отношении к Эль-Сабе. Кажется, теперь ясно, почему Этра не вступила с ними в союз. Хотя… рахи ведь тоже звери. О чем Александра простодушно и напомнила.

— У этих хотя бы кровь теплая, — отмахнулась этросска. — А змеелюды… Кто в здравом уме будет с ними сотрудничать? Они всегда сами по себе. И ищут выгоду только для себя.

— Как и Этра… — мягко отметила Филис.

Дилара оскорбленно замерла.

— Прошу прощения… Мне нужно вас покинуть.

Саша проводила ее виноватым взглядом. И укоризненно взглянула на киорийку.

— Зачем ты так? Вчера она помогла мне. Была так любезна. И внимательна.

Бывшая жрица качнула головой и вздохнула.

— Муж приказал ей быть внимательной и заботливой. Данияр.

Они встретились взглядами. Александра чуть удивленно приоткрыла рот и недоверчиво распахнула глаза, стараясь понять по выражению лица собеседницы, все ли с ней в порядке. Та медленно закрыла и открыла глаза. Все хорошо.

— Надо же… Я и подумать не могла… А Батима?

— О ней он не упоминал.

Значит, кто девчонка — неизвестно. И чего от нее ждать — тоже. Плохо. Она может оказаться намного опаснее, чем кажется. А убедить ее в своей искренности точно будет сложнее, чем Дилару.

— И чем же вы занимались с шейхом?

Саша игриво подмигнула и наклонилась вперед, словно хотела посекретничать.

— Говорили… Он сварил для меня кафлу. Потом гуляли под звездами… Ночью в пустыне красиво. — Тон ее был задумчивым и мечтательным. — Знаешь, люди не рождаются великими. Ими становятся. И, оказываясь рядом с таким человеком, в какой-то момент ты понимаешь, что видишь истинное величие. Что тебе повезло оказаться рядом с тем, кто очень скоро будет творить судьбу. Это не вера, а именно знание. Осознание столь пронзительное, что в какой-то момент охватывает дрожь. Таких людей невозможно забыть. Они — большая редкость. И оставляют огромный след в истории.

— Как Птолемей и Мелпомин?

— Да. И как те, кто пришел после…

Взгляд Филис на мгновение затуманился от воспоминаний. А затем она вздрогнула, отгоняя их.

— Иногда мне жаль, что между Этрой и Киорисом непримиримая вражда. Ведь все могло бы быть иначе…

В правдивости этих слов Александра не сомневалась. Как не усомнится и тот, кто наверняка их слушает. Вот только акцент… Киорийка в своем маленьком отступлении говорила вовсе не о шейхе. О ком именно Саша не знала, но совершенно точно о том, кто затронул ее сердце. А также был велик… В мыслях мелькнула догадка, но девушка поспешила отогнать ее. Не время. И не место. Тем более что скоро их наверняка прервут. Для искренности хватит и пары минут…