Перевозчик - Анатолий Батов

Чтобы отделить эту группу от основной части курсантов и чтобы они даже не догадывались, что патриоты используют училище в своих интересах, сразу по прибытии сюда им внушали мысль, что они элита, прошли отбор и полностью подходят для почетной службы. А остальные – это низшая категория. Они отсеяны и пойдут в полицию или на заводы рабочими. Занятия с ними проводились отдельно, и обычно в училище они находились не более двух недель. И так как в жизнь охранники выпускались только отсюда, вся слава доставалась Леониду. Вот хитрец – ведь раз слава, то и никаких подозрений.

Обо всем этом шел разговор во время обеда. Кушали впятером: хозяин, их трое и Сидор. Николай после двух лет жизни на этой планете нисколько не сомневался в цели переброски сюда. Желание помочь полностью захватило и все больше становилось целью его жизни. Он чувствовал и знал свою силу и возможности, руки чесались действовать. В то же время что-то говорило ему – в таком случае нельзя спешить, очень велика ответственность, а ситуация не до конца изучена. Но сегодня, приятно пораженному увиденным и услышанным, ему не давала покоя мысль, что патриоты уже достаточно готовы к выступлению против нелюдей. Он подумал и решил: «Попробую, как бы для эксперимента, хотя бы только предложить какое-нибудь действие. Тут все свои, и интересно посмотреть, как отреагируют. А если я еще не все понимаю, в крайнем случае поправят». И он сказал:

– У нас, оказывается, достаточно сил. Хватит бездействовать. Предлагаю внезапно напасть на то место, где в республике находится их смертоносная машина – этот компьютер, и захватить его. Никому из вас не надо объяснять, что в нем вся сила нелюдей. Захватить – и они лишатся власти. Я готов возглавить эту операцию.

– Похвально, похвально. Еще бы знать, где она, эта, как ты говоришь, машина, – с некоторой долей иронии заметил Леонид Леонидыч.

– Как, и вы этого не знаете? Как же так? Я понимаю, что они открыто не станут объявлять, где она, но можно же по каким-то косвенным приметам попытаться определить место. Наверняка там запретная зона, много охраны или еще что-то.

Леонид, удивляясь наивности Николая, покачал головой и сказал:

– Наверное, ты думаешь, что это какой-то громоздкий агрегат, тогда как он всего лишь обычный, стандартный, маленький чемоданчик с ручкой, дипломат, а еще точнее – ноутбук. Попробуй определи, где его хранят: то ли на каком-нибудь острове в океане, а могут вообще, поскольку это стандартная вещь, не прятать, а в открытую переносить с места на место.

Николай осекся, замолчал и задумался, а Крис дружески подколол его:

– Ну что, смелый налетчик, получил?

– Да-а… – в ответ протянул он и больше ничего не сказал.

После обеда они еще ходили на стрельбище, где Николай продемонстрировал свое умение.

Когда вечером они собрались уезжать, с ними напросился Сидор. Его мопед стоял у ворот рядом с кухней, и его загрузили в «газель». Над воротами трое курсантов натягивали транспарант. «Да здравствует юбилей великой победы!»

Все расселись в машину. Николай завел, и в это время часы на здании кухни снова резанули его слух шестикратным пиканием. Он посмотрел – они показывали восемь часов.

Уже за воротами, на шоссе, Николай поинтересовался у севшего рядом Сидора:

– А что это за праздник, что за юбилей?

Тот равнодушно пожал плечами и показал на Криса:

– Вот он лучше знает.

Крис с улыбкой взялся объяснять:

– О-о… Это юбилей победы нелюдей.

– Сколько же уже лет юбилею?

– Зачем отмечать года, и так известно, который идет год. А юбилеи у них отмечаются не по годам, а по циклам.

– Х-м-н, как это?

– А так. Есть три вида циклов: шестилетний, как раз он и наступает, – четыреста восьмидесяти пятилетний цикл. Есть еще шестидесяти шестилетний и шестьсот шестидесяти шестилетний.

Дальше Николай спросил у Криса:

– Эти странные шестилетние циклы, почему у нелюдей такая привязанность, отчего они так любят эту цифру? Наверное, она что-нибудь символизирует?

– А черт их знает, – пожал Крис плечами, – отмечают, и все тут.

Но зато попытался ответить Эстебан:

– Точно тоже не знаю, но слышал, когда-то очень давно, когда только все начиналось и нелюди еще не были правителями, одна группа исследователей, состоящая из психиатров, социологов и богословов, проводила исследования социальных групп. Выяснилось, что среди нелюдей много половых извращенцев, они одержимы психическими и душевными болезнями, и все они подвержены комплексу власти. Таких среди нелюдей оказывалось примерно 70 %, такой же процент был «голубых». И ученые увязывали это пристрастие к числу «666» с процентом неполноценности.

– Не совсем понятно, и даже скорее совсем непонятно, – пожимая плечами, сказал Николай.

– Да, да, конечно, сложно понять. Это тебе не дубиной размахивать, – подколол его Эстебан. – Для людей с железной мускулатурой объясняю: если взять простую арифметику, то 70 % – это как раз на тысячу примерно шестьсот шестьдесят шесть человек.

– Но почему шестьсот шестьдесят шесть, а не точно, уж семьсот, – снова попробовал уточнить Николай.

– Ну это уже не ко мне вопрос. Конечно, семьдесят процентов – это на самом деле семьсот человек от тысячи, но ведь ученые называли примерную цифру. А кому, как не самим нелюдям, знать у себя точное число извращенцев.

11

До аэродрома «Северного» доехали быстро, там высадили Сидора и уже по воздуху последовали дальше.

В полете Эстебан обратился к Николаю:

– На следующей неделе в третьей республике будет проходить слет писателей Ялмеза. От нас пригласили восемь человек, и мы думаем, как туда лучше добираться. Придется нанимать два такси, но это дорого. Сейчас мне пришла мысль, что хорошо бы ты согласился нас перевезти.

– Третья республика, это получается Африка, – для себя, вполголоса, пробормотал Николай, – интересно бы там побывать.

– Чего, чего ты говоришь? – не расслышав, переспросил Эстебан.

– Я говорю: интересно там? Кенгуру, крокодилы бывают?

– Кенгуру это в четвертой республике, а крокодилов навалом, успеешь познакомиться, мы там дней пять пробудем. Есть и твои подруги акулы, с ними у тебя уже сегодня взаимный интерес образовался. Обязательно захвати гидрокостюм, слет состоится на самом берегу океана. Ну что, согласен, отпустят тебя?

– Думаю, да. В крайнем случае Антон подменит, а какого числа лететь?

– Пока только знаем, что в начале недели, когда сообщат точную дату, я тебе позвоню. Потом учти, среди приглашенных писателей ни одного патриота, только я. Поэтому не говори, что ты старовер, ну их, побольше молчи и на вопросы отвечай поглупее да потупее, а то подумают, откуда такой умный простолюдин появился. Я скажу, что ты деревенский перевозчик и познакомились мы с тобой случайно. Я попросил помочь, а ты по простоте душевной согласился.