Граф Суворов. Том 4 - Иван Шаман

— У него фиксировали пики до девятого ранга. Никак не до шестого. — заметил один из мужчин со значком судьи. — Если это каденция, соло, то это все объясняет.

— Теперь главное, чтобы княжич выжил и сумел дать показания. — ответил другой. — Что же, думаю других мнений быть не может. И с технической и с практической точки зрения — победа за Александром Суворовым. Поздравляю вас юноша, и желаю успехов в финале. Думаю, вы сумеете показать в Летнем дворце все на что способны.

— В Летнем дворце? — не сразу сообразил я.

— Совершенно верно. Его императорское величество приказал перенести финальные схватки туда. Через три недели. — ответил судья с плохо скрваемой гордостью в голосе. — И мы все туда приглашены.

Три недели… во дворце. А у меня еще ничего не готово… похоже стричься и красится пора уже сейчас.

Зимний дворец, покои императора.

— И что она в нем нашла? — недоуменно проговорил Петр, глядя на фотографию младшего Суворова, вклеенную в досье. Фото было чуть размытым, и явно не с самого лучшего ракурса, зато по словам шефа тайной полиции — самым актуальным. Подростки растут и меняются быстро, так что не важно, как он выглядел еще полгода назад.

Не смотря на то что лицо оказалось смазанным, по фигуре была различима мощная мускулатура, а в досье указывалось что парень выдерживал не только стандартные нагрузки, но и повышенные, которые применялись к штурмовым частям гвардии для отбора в спецотряды.

Показательна была и сила парня. Двенадцатый формальный ранг был перекрыт использованием всех трех типов конструктов, при этом пресс был указан как восьмой, а щит — девятый ранг. Что для неполных семнадцати лет было уровнем гения, или же, по-простому — барона. Такому титул можно было присвоить просто по факту сдачи экзаменов в высшую военную академию, так что если он еще и в турнире победит…

Единственная проблема, и в докладе от тайной канцелярии и в досье, предоставленном по требованию самим родом Суворовых — прошлое парня оказалось совершенно туманно. Мирослав настаивал на том, что парнишка — сын Бронислава, родной, пусть и незаконнорожденный. Шеф полиции — что подросток был усыновлен согласно завещанию и последней воле погибшего Суворова, что не отменяло первого варианта. Так или иначе, талантливый дарник на службе империи — никогда не лишний.

А что до замужества дочки, если этот выскочка сумел ей отказать, пусть она побарахтается… вдруг Петру, как отцу, повезло, и егоза и в самом деле нашла себе достойного мужа, который сумеет совладать с ее взрывным характером?

Петроград, усадьба Долгоруких.

— Что скажешь, Михаил? — спросил Илларион, не вставая с кровати. После ранения врачи вытащили из него почти сто грамм дроби, но за прошедшие несколько месяцев он так и не сумел прийти в норму, передав жандармерию в руки отца. Однако дела сына заставили его вновь взять бразды правления.

— Он монстр. — ответил сын нехотя. — Чудовище.

— Чувствую ты имеешь ввиду не Якова, хотя, судя по выкрикам этого юнца он хотел и нашей с тобой смерти. — усмехнулся и тут же поморщился от боли Илларион. — Суворовы побеждают на всех фронтах. Становятся только сильнее, пока наш род чахнет. А государь задумал взять себе в жены новую, молодую девку. Так еще и племянницу твою признал дочерью, возвысив в титул княжны Морозовой. Ты не имеешь права проиграть.

— Это мелкое чудовище за пару месяцев перепрыгнуло с двенадцатого ранга до восьмого! Да ты же сам видел, как он расправился с Яковом! — возмущенно проговорил Михаил, не поднимая глаз на отца. — Или ты хочешь, чтобы я тоже… спел соло?

— Ну нет. Такого счастья нам не надо. — усмехнулся Илларион. — Но выскочек необходимо поставить наместо.

— Если не усиливающие наркотики и выгорание, то что? — все же решился взглянуть на главу рода парень.

— Скажем так, есть у меня пара идей. Не беспокойся, лучше отправляйся на тренировку. — улыбнулся Илларион. — Я уже велел техникам подготовить для тебя доспех в котором ты выйдешь на финал.

Глава 26

За 15 дней до турнира. Суворовское училище.

— Ха-ха, дружище! Я вижу, ты поймал течение модных петроградских трендов! — рассмеялся Багратион, идя на меня с расставленными для объятий руками. Сам принц Грузинский тоже был в теме, так как его шевелюра была выкрашена в синий и красный напополам. Заметив мой удивленный взгляд Константин с объятьями лезть не стал, вместо этого чуть обойдя по кругу. — Но на твоем месте я бы выбрал красный, а не зеленый.

— Это еще почему? — удивленно спросил я.

— Ну как, зеленый — родовой цвет Демидовых, а они главные сторонники императрицы. — ответил, улыбаясь Багратион. — Так что твой выбор — красный, синий или белый с золотом. Но такие экстравагантные многоцветные волосы могут себе позволить только главные модницы столицы, ты же к ним явно не относишься и будешь смешон. К слову, борода у тебя, совершенно случайно, еще не растет?

— В шестнадцать? — удивленно спросил я, потрогав подбородок. Нет, пару волосинок там уже было, и я их вполне мог брить, если бы не контролировал распределение тестостерона в теле. Впрочем, идея отрастить бороду, чтобы появиться перед императором в таком виде… а еще покрасить ее в красный.

— Красная борода, звучит. — проговорил я, решив, что это все-таки шутка.

— Да, как будто капитан пиратского судна. — снова заразительно рассмеялся Константин. Черт, его совершенно невозможно было воспринимать серьезно, особенно с таким боевым раскрасом. — К слову, на главных торговых маршрутах проблема пиратства стоит довольно остро. В это неблагородное занятие чуть ли не эскадрами вливаются, а несколько дворянских родов уже заработали неплохое состояние.

— Был бы у меня корабль, я бы обязательно об этом подумал. — усмехнулся я, поставив в голове еще одну галочку. — Раз уж зашла тема о родах, что ваша светлость забыла в нашем среднем училище? Ты уж извини, но провести тебя к Коловрату без согласования я не смогу при всем желании.

— Да? Жаль… — искренне вздохнул принц. — Впрочем я здесь на правах сороки, новости тебе на хвосте принес, да такие что закачаешься.

— Ну давай свои новости, раз уж ты выделил для этого время и решил приехать лично, а не позвонить — значит это что-то важное. — ответил я, взяв эмоции под контроль.

— Точно, телефон! Все время забываю. — в полном отчаянье стукнул себя по лбу Багратион, да так картинно что я не смог сдержать улыбки. — Но, если честно, я просто хотел посмотреть на твое лицо, когда