Интерференция - Сью Бёрк

Однако теперь они все на улице. Я опасаюсь неприятностей, но мало что могу сделать.

Кто-то из Десяток указывает на Зайвона с Поллуксом:

– Вон они, думают, чем бы заняться, лишь бы не работать.

Он демонстративно трет бритую голову, чтобы подчеркнуть различие поколений.

– Он в нашей команде, – реагирует Одиннадцатый мужчина.

– В медленной команде!

Десятки хохочут.

– У нас новое поле. Там работать труднее.

Еще какой-то Одиннадцатый добавляет:

– Ленивая команды – это вы, а не мы.

Теперь уже смеются Одиннадцатые.

Толпа увеличивается: человеки разных поколений и стекловары разных семей. Помощник Божьей коровки протискивается к центру, недолго наблюдает за происходящим – и убегает. Хорошо. Я уверен, что он ее позовет.

– Ну да, зато у нас не команда болезни! – заявляет кто-то из Десятых.

Еще один добавляет:

– Из-за них я десять дней был в клинике!

Какой-то Одиннадцатый выкрикивает:

– Земляне нашли новый колодец для запада.

Мне не видно, кто именно говорит:

– Ты уже родился лентяем!

Еще один Одиннадцатый говорит:

– Я один раз был в вашей команде. Ой-ой, смотрите, черви! Зовите охотников! Кончайте работать!

– Мы хотя бы не ломаем инструменты, – парирует Десятка.

– Мы хотя бы умеем ими работать!

– Была бы у меня лопата, я бы тебе вдарил.

– У тебя кулаки есть, старик. Давай попробуй!

Вмешивается руководитель Одиннадцатых:

– Эй, нас работа ждет!

Ее отталкивают:

– У меня даже два нормальных кулака!

Она толкает того, кто ее толкнул. Двое мужчин бросаются друг на друга. Женщина-Десятка толкает руководительницу Одиннадцатых, а та отвечает оплеухой. Кто-то из толпы пытается их развести, кто-то еще пытается оттащить этого пытающегося назад, какой-то работник встает на дыбы и ударяет того человека в спину копытом, другой работник наскакивает на этого работника, после чего драка нарастает лавинообразно.

Поллукс с Зайвоном забиваются между стеной здания и моим стволом, чтобы их не задело.

– Мы в опасности! – говорит Поллукс дрожащим голосом.

Зайвон смотрит им за спины.

– У нас есть возможность быстро убраться отсюда, если понадобится. Драка из-за нас.

– Откуда ты знаешь?

– Я их слышал. Я знаю язык. Я не полагался на систему.

Я чую человеческую кровь. Я никогда раньше подобного не видел, и мои корни предсказывают только катастрофу.

– Хочешь здесь оставаться? – вопрошает Поллукс. – Вот что я собирался узнать. Или хочешь вернуться домой?

– Ага, у нас тоже образуются два лагеря, как и у них. Эй, вон идет Божья коровка. Она это прекратит.

– А как скоро они начнут нападать и на нас?

Он обеими руками вцепляется в плечо Зайвона.

Божья коровка пытается вмешаться в драку и развести стороны, но ее отталкивают, и она шлепается на спину. Ее помощник помогает ей встать, и, оказавшись на ногах, она немедленно отправляет его бегом. Кто-то пытается ее ударить, и пожилой мужчина Поколения 9 заслоняет ее своим телом. Но очень скоро он уже сражается с какой-то женщиной Поколения 10. Мне казалось, что и Девятки, и Десятки настроены против землян. Драка превращается в хаос.

– И как скоро мы будем драться вот так же? – говорит Зайвон. – Друг с другом? Те, кто хочет остаться, против тех, кто хочет улететь немедленно?

Поллукс игнорирует этот вопрос, хоть он и вполне уместный.

Человеки и стекловары сбегаются к месту драки со всего города, включая цариц с теми членами семей, которые еще в нее не втянуты. Я только один раз видел царицу сражающейся: она вышла против бродячего фиппольва. Она быстро с ним расправилась, ко всеобщему изумлению. Царицы смертоносны. Надеюсь, они пришли с миром.

Хаус тоже приближается – скрытно, прячась за зданиями и деревьями, – направляясь к Поллуксу и Зайвону.

– Эй, это Хаус, – шепотом предупреждает он.

Оба землянина вздрагивают. Хаус смеется и манит их к себе, подальше от драки.

– Иди и прекрати это! – приказывает Поллукс, указывая на свалку.

Хаус снова смеется.

– Только в броне, – отвечает он все так же шепотом, – и с подмогой. И с роботами. С брандспойтами – это помогло бы. Но нам-то следует просто не вмешиваться. Это их проблема.

– Но мы в опасности!

– Тише! А то они услышат.

Однако среди всех этих криков и воплей я даже удивляюсь, что они вообще друг друга слышат.

– Прямо сейчас нам ничего не угрожает, – продолжает Хаус. – А вот потом… не знаю. И сеть рухнула. Ее пытаются наладить, но диагностика не работает. Так что это будет не быстро. Нам надо быть осторожными.

– Разве они не проводили регулярное техническое обслуживание? – спрашивает Поллукс.

Зайвон хмурится:

– Да. По крайней мере здесь, внизу. А вот чем они занимались на борту? Мне показалось, они были довольно ленивы.

Подошедшие семь цариц отважно вступают в толпу. «Семья царицы Забавы, сюда!», «Семья царицы Грозы, доклад!». Каждая взывает к своей семье, и на фоне пыли и крови я чую приказы «Сюда!», «Повиноваться!» и семейные опознавательные запахи. Работники и основные бросаются к ним – порой топча упавших человеков.

– Кавалерия! – громко хохочет Хаус.

– Не смешно! – огрызается Поллукс.

Зайвон делает шаг вперед, чтобы лучше видеть.

Собрав свои семьи, царицы расходятся, окружая драку, и отправляют основных разделять толпу на сектора, словно разрезая каравай на дольки. Благодаря своей скорости и скоординированным действиям за счет запаховых и выкрикиваемых приказов они работают быстро и результативно. Время от времени какой-нибудь человек или группа пытаются им сопротивляться, но хотя человеки выше и массивнее, а некоторые даже орудуют лопатами или граблями, стекловары успевают отскочить, встать на дыбы и лягнуть или рвануть когтями по кулакам человека, пуская кровь.

Но им редко приходится прибегать к силе. Хотя человеков численно больше, они действуют каждый сам по себе, так что благодаря согласованным действиям стекловаров их быстро изолируют, разделяя на все более мелкие группы. Царицы хором орут:

– Вы не будете драться! Вы прекратите и успокоитесь! Вы всегда мирные!

Эти звуки подобны грому. Городские фиппокоты ныряют в укрытия или застывают в полной неподвижности. Летучие мыши стремительно разлетаются. Все человеки, не участвовавшие в драке, – даже те, что вне городских стен, – останавливаются, озираются, переглядываются и смотрят в сторону источника шума.

Одна из цариц манит Божью коровку, которая выбрела из толпы, и помогает модератору встать себе на спину. К этому времени стало достаточно тихо, так что ее слышат.

– Это не по-мирянски! Мы разрешаем противоречия разговором и голосованием! Мы не деремся друг